Дом царя Давида
Шрифт:
И все воздали хвалу Богу своих предков, и, опустившись на колени, поклонились до земли царю. На следующий день они принесли жертвы и всесожжения: 1 000 молодых быков, 1 000 баранов, 1 000 ягнят и винные приношения к ним. Они принесли множество жертв за весь Израиль.
В тот день они ели и пили и очень радовались. Они во второй раз поставили Соломона, сына Давида, царём и помазали его вождём, а Цадока — священником. Соломон сел на престол, и все князья, сильные воины и все сыновья царя Давида подчинились царю Соломону.
Иоав сидел в кабинете и перебирал бумаги. Вошел Кеназ. Поискав где бы сесть, он вынужден был остаться стоять как слуга перед хозяином. Тяжеловато царю так унижаться перед каким-то военачальником. Но пока он вынужден был смириться с этим. На все это смотрел Иоав внутренне усмехаясь чванливости этого царька.
— Господин царь Ашдода и Хораи, — вежливо произнес Иоав титул Кеназа, — Чем обязан визиту?
— Пришел я к тебе военачальник пожаловаться на твоих людей, — мрачно произнес Кеназ, — Ты раздал казну своим людям. Твои люди творят насилие над горожанами. Народ возмущен.
— Возмущен, — Иоав вспылил, — Ты знаешь, что это за бумаги. Это донесения по факту убийства десятка моих людей. Их завлекают в подворотни и забивают насмерть. Я помог вернуть тебе твой город, но сейчас я могу все потерять. Мало того что я сижу здесь пока Соломон укрепляется на престоле так теперь Ионадав требует вернуть войско. Соломон повторно помазан в цари и весь Израиль признал его. Он прислал военачальников Итритян и мои люди не хотят воевать с ними. Соломон прислал своих людей, разобраться по какому такому приказу я вошел в Ашдод. Если я не появлюсь, то это будет означать мое полное изгнание, а возможно и арест.
— Ты уходишь, — опешил от неожиданности Кеназ, — Но как же я. Если Реи вернется, то мне не устоять. Он опять наймет людей. Я кстати тоже слышал, что к нему на службу поступили Итритяне.
— Это просто люди Давида, — отмахнулся Иоав, — С Итритянами мы потом разберемся. Примирись с братом. Отдай ему Макацу. Другого совета я тебе не дам. Если я останусь, то потеряю все, что у меня есть. И мои планы полетят в бездну.
Дальнейший спор был бесполезен. Войско Иоава покинуло Ашдод. У Кеназа еще оставались две сотни воинов да ополчение из десяти сотен мечников. Но он понимал, что Реи превосходит его в силе.
Иоав больше не вернулся в Ашдод. Воины вернулись под командование Ионадава. Сам Ионадав был отозван в Иерусалим и занял место советника, а руководство Западным корпусом передали Итритянам. К тому же аромеи вступили в союз с Реи, и это сильно напрягало Соломона.
Как только земля подсохла после весенней распутицы, войско Реи выступила на юг. Помимо двух тысяч хораитов и тысячи филистимлян здесь было еще тысяча арамеев. Такая сила могла сровнять с землей любое войско.
Но Ашдод оказался покинутым. Кеназ бежал с немногими своими сторонниками. У него был лишь один путь, в пустыню. Он опять стремился навести на Ашдод кочевников.
Горожане встречали своего царя радостными криками. Весь город собрался у ворот и под радостное ликование Реи въехал в Ашдод. В престольном зале придворные склонились, когда вошли царь Реи и царица Бриония.
Придворные с радостью воскликнули:
— Да здравствует царь Реи и царица Бриония!
— Долгих лет тебе государь!
— Да живет долгие годы царь Реи!
Реи смотрел на склоненных придворных и понимал что это миг торжества. Он одолел всех. Конечно, придет время, и князья опомнятся. Но это будет потом. А сейчас они боятся сказать те слова, что могут оказаться последними.
Давид лежал укрытый одеялами. Соломон склонился над ним. Царь шептал:
— Я чувствую, что ухожу к своим предкам. Я скоро умру, а ты будь сильным и мужественным. Слушайся своего Бога: ходи его путями, исполняй его постановления, заповеди, законы и следуй его наставлениям, как написано в законе Моисея. И Господь исполнит обещание, которое он дал мне: «Если твои сыновья будут преданно ходить моим путём и служить мне всем сердцем и всей душой, твои потомки всегда будут сидеть на престоле Израиля».
Ты также знаешь, что сделал мне Иоав, сын Церуи, как он поступил с двумя израильскими военачальниками — Авнером, сыном Нера, и Амасой, сыном Иетера. Он убил их, как убивают врагов на войне, пролил кровь в мирное время и запятнал ею пояс на бёдрах и сандалии на ногах. Поступи мудро и не позволь ему умереть своей смертью.
А сыновьям галаадитянина Барзиллая воздай добром и пусть они будут среди тех, кто ест за твоим столом, ведь они поддержали меня, когда я бежал от твоего брата Авессалома.
Ещё у тебя есть Шимей, сын Геры, вениамитянин из Бахурима. Он осыпал меня страшными проклятиями в тот день, когда я шёл в Маханаим, но, когда он пришёл к Иордану, чтобы встретить меня, я поклялся ему Господом, что не убью его. Не оставь его без наказания. Ты человек мудрый и знаешь, как с ним поступить. Не дай ему в старости умереть своей смертью.
Соломон поцеловал Давида и пообещал:
— Я все сделаю отец и царь мой.
В нем самом играла лира.
У него слишком занемели пальцы, чтобы коснуться струн той лиры, которая лежала около кровати. Его голос охрип, потом сломался от горя. Смерть близких лишила его голоса раньше, чем он встретил свою собственную смерть. Но он все равно пел в глубине своего сердца.
Он всегда владел лишь одним предметом: своей лирой.
Первая была уже давно потеряна, раздавлена, он даже не знал, в какой битве. Он полировал ее своими ладонями, проводил пальцами по изгибам, как будто это была женщина, тысячи раз менял струны. Последняя была изготовлена из древесины кипариса лучшими мастерами Иерусалима, которые затем украсили ее слоновой костью и серебром. Впрочем, звуки не отличались от тех, которые когда то слушали бараны на лугах Вифлеема.
Он воспевал на ней красоту.