Чтение онлайн

Вероятно последнеё, решила я. Я подошла к столу, выдвинула стул и села. Посмотрев ему в глаза, я спросила:

— Ты знаешь, как меня зовут?

— Твоя бабушка говорила о тебе. — Он, не мигая, посмотрел в ответ.

Бабушка говорила обо мне? С чего бы это, если мы виделись с ней едва ли полдюжины раз за всю жизнь? Я качнула головой.

— В это сложно поверить. Она едва меня знала.

И тут же пожалела об этом. В смысле что я только что сделала? Назвала его лжецом?

Вроде бы это его не задело. Он холодно спросил:

— Может быть, ты хочешь что-нибудь выпить?

Миссис Валуа бросила на него взгляд, как будто спрашивая его, с чего он поддерживает этот неудобный разговор, но повернулась ко мне.

— Могу я предложить тебе содовой?

Он поправил её.

— Спорю, Саре больше понравится вишневая кола из тайника в задней части холодильника. — Потом он улыбнулся, только уголками губ и его брови приподнялись. Как будто он проверял меня. Как будто он хотел, чтобы я попыталась с ним спорить.

И к тому же, откуда он знал об этом? Бабушка и об этом упоминала? А она откуда знала?

— Да, — неохотно согласилась я. — Вишневая кола больше подойдет.

Миссис Валуа подошла к огромному холодильнику — кажется, это была единственная современная вещь во всем доме. Пока она инспектировала его содержимое, я рассматривала парня передо мной.

Как я посчитала, он был примерно моего возраста. Сидя близко к нему, я увидела, что он весь в шрамах — выглядело так, как будто он пострадал после какого-то пожара, когда он был младше. Над манжетой его рубашки с левой стороны и над воротничком на его шоколадного цвета коже виднелась сеть линий и пятен. Шрамы пробегали по его шеё до подбородка и скул. Высокие скулы. Слегка миндалевидные зеленые глаза. Они смотрели прямо на меня, рассматривали меня. Я заставила себя перевести взгляд на его руки — большие и квадратной формы, с длинными пальцами. Я всегда думала, что о человеке очень многое можно сказать, если посмотреть на его руки. Может быть, потому что я восхищалась руками своего отца — руки хирурга, полные умения и интеллектуальной одаренности. Руки этого парня напоминали руки моего отца.

Пока я рассматривала его, его правая рука потянула манжету левой руки, чтобы прикрыть шрам. Мысленно я пнула себя ещё раз. Иногда у меня был настоящий талант строить из себя идиотку.

Миссис Валуа вернулась с содовой. В стеклянной бутылке, ей богу. Парень взял её, чуть ослабил крышечку и протянул бутылку мне.

— Это моя любимая, — сказала я, поддаваясь ему. — Спасибо.

— Твоя бабушка тоже любила её, — сказал он.

Я сделала несколько глотков, задумавшись, может ли передаваться по наследству вкус к сладким безалкогольным напиткам. Парень продолжал смотреть на меня, не грубо, просто с любопытством, как будто он ожидал продолжения разговора.

— Прости, — наконец выдавила я, — Я не знаю, как тебя зовут.

Он покачал головой, как будто не мог этому поверить. Прости, но бабушка о тебе не упоминала.

— Джексон, — сказал он.

— Рада с тобой познакомиться, — я кивнула ему и его бабушке. — С вами обоими.

Казалось, это сподвигло миссис Валуа на какие-то действия:

— Взаимно, — ответила она, — но мне нужно проверить еду, убрать какие-то блюда.

— Ой, — сказала я, и собралась вставать. — Я могла бы вам помочь, миссис Валуа.

— Нет, — оставайся на месте, — коротко сказала она.

— Отвлекись здесь от старых куриц… — Джексон кивнул.

— Следи за тем, кого ты называешь старыми, молодой человек. — Она направилась было к двери, но вернулась. — И пока я не забыла, Сара, зови меня просто Роза. Когда меня называют «миссис Валуа», я сразу же чувствую все прожитые годы. Для вас, дети, каждый кто старше тридцати уже в шаге от могилы… — Двери за ней захлопнулись.

Теперь определенно была моя очередь начать разговор.

— Почему твоя бабушка занимается всем этим? — спросила я. — Я думала, что она была сиделкой моей бабушки.

— Неа, не совсем. Бабушка на пенсии. Она лет двадцать работала в отделении интенсивной терапии в Балтиморе. Она просто помогала Иде. Они были близкими подругами большую часть жизни. Она из уважения занялась этим.

— А тогда, Боже, — сказала я, — они, должно быть, были очень хорошими подругами — ты видел пиршество на обеденном столе?

— Бабуля никогда не делает ничего наполовину. И она любит готовить. — Он был доволен этими словами.

— Надеюсь, осталось что-нибудь. На вид всё очень вкусно. Как ты думаешь, я могла бы взять что-нибудь с собой в отель?

— Вы не остаетесь? — Это удивило его.

— Здесь? — переспросила я. — Нет. Даже на сегодня. Мама ненавидит это место. Она собирается его продать.

Он отвел глаза, пытаясь скрыть это, но я заметила выражение шока на его лице. И я подумала, снова класс, Сара. Разве мама не говорила тебе, что они живут здесь? Она, скореё всего, продает всё за их спиной. Что я могла сказать?

— Мне жаль.

Он откинулся назад, его лицо снова ничего не выражало.

— Я просто… удивлен. Такое место как это… Никто не ожидает, что его продадут незнакомцам.

— Наверное. — Я слегка пожала плечами.

— Как бы то ни было, — Пришел его черед пожимать плечами, — слишком плохо, что вы не останетесь. Я надеялся, что мы с тобой… — Он замолчал, и я ждала, думая, как он собирался закончить предложение. Он выглядел смущенным.

— Надеялся, — наконец произнес он, его голос стал таким тихим, что я была вынуждена придвинуться ближе, — мы могли бы поискать сокровище.

Такой концовки я точно не ожидала.

Миссис Валуа — Роза — снова вошла через вращающиеся двери, её руки были заняты кучей посуды. Я спрыгнула и крутанулась, когда моя рука задела бутылку с колой, столкнув её со стола. Джексон поймал её в воздухе, прежде чем успела пролиться хоть одна капля. Мои глаза расширились. Его рефлексы были очень быстрыми.

— Там повсюду крошки, — проворчала Роза на другом конце комнаты. — В диване заведутся тараканы. — Она сгрузила тарелки в раковину. — Никто из них её не любил. Почему бы им всем просто не разойтись по домам?