Дом льда
Шрифт:
– Человек, – с удовлетворением констатировал хаат Дома Огненной Саламандры, после того, как мудрёно выругался.
Проморгавшись от подтаявших на ресницах снежинок, я смогла его разглядеть. Смуглый, черноволосый, при этом коротко стриженый, высокие скулы, раскосые чёрные глаза, алые губы. Он смотрелся как тлеющий костёр в своих огненно-чёрных одеждах посреди холодного горного пейзажа.– Угу, – кивнула я, во все глаза таращась на него, как на чудо. После "снежных" контраст во внешности оглушал. Захотелось коснуться этого странного существа, чтобы убедиться: он реален.
– И не просто человек, а человек, притворяющийся хаат Дома здешних хозяев, – продолжил, между тем, парень. – На что надеются эти людишки?
Я возмущённо вскинулась, гневно уставившись ему в глаза. Вот у "огненных" зрачки вполне… а, нет. Неровной формы, угловатые, как тлеющие угли. Чёрные, с тёмно-вишнёвыми искрами, как будто в них отражается…. И тут меня словно оглушило, я почувствовала резкую боль и холод, а потом словно в тумане увидела, как поднимающийся по главной лестнице нашего замка этот хаат вдруг падает ничком. Из спины у него торчать три ледяных кинжала – традиционное оружие моего Дома из разряда высшей боевой магии. Испуганно завопив, я… открыла глаза. Надо мной нависли две озабоченные физиономии. Одна из них принадлежало моему новому знакомцу, вторая – Ктийру, на чьих коленях, собственно, и покоилась моя несчастная голова.– Э…. Что это было? – смущенно пробормотала я, обращаясь к последнему, и постаралась отползти в сторону. Снег вцепился в голые ладони острыми иголочками холода, отрезвляя.
Но ответил как раз таки не Ктийр. "Огненный" сказал, что я потеряла сознание, а потом начала что-то говорить, вроде бы на Древнем. Не нужно быть гением, чтобы понять – суть Смотрящей ненавязчиво напомнила о себе. Только почему так специфично? Как же вода? Снег не в счёт: считываемая поверхность должна быть гладкой и желательно прозрачной.– Идём, Талле. Тебе надо рассказать всё Алоре, – Ктийр, помог мне подняться, придерживая так бережно, словно я была хрустальной и в любой момент могла разбиться. – Она за тобой послала.
– Нет! – я вцепилась в рукав хаат-гостя, недоумённо вытаращившегося на меня, и опрометчиво выпалила. – Его нельзя бросать. Я видела, как его убили….
…Узнав о том, что я учудила, Алора сначала сдержанно порадовалась, что у меня, наконец-то, всё получилось. А потом… заявила, что, прежде всего, о видении должна узнавать она. Ведь я, Смотрящая, принадлежу её Дому, значит, должна действовать исключительно во благо ему. Не выдержав, весьма едко поинтересовалась, не её ли меткой рукой должны были быть брошены те кинжалы? Ответом мне стал Истинно Ледяной Взгляд в духе Веймара.– Чему только удивляюсь? Вы же хаат! Вы готовы друг другу глотки перегрызть ни за что! А ещё людей обвиняете в варварской жестокости! – переборщив с патетикой, воскликнула я и, от души долбанув дверью, вышла из кабинета главы Дома.
Чёрт…. Моя демократичная натура, воспитанная на принципах гуманизма, не выдержит местных средневековых порядков…. Да уж, Алора не будет разговаривать с камнем, просто шарахнет по нему чем-нибудь, и он рассыплется в пыль…. И чем только ей "огненные" помешали? Если верить хрониками, они всегда были союзниками "снежных", а если между ними возникали конфликты, то они были крайне незначительными и очень быстро разрешались. Да что же тут творится?! Внутри Дома – "холодная война", вне его – то же самое? Ох…. Но как бы то ни было, а тот парень, сын советника главы своего Дома, остался жив. Правда, был взвинчен и слегка рассержен, что вполне понятно…. А зовут его, кстати, Тъярато – мне потом Леора сказала. Через два после отъезда хаат Дома Саламандры мне пришло от него письмо (на самом деле это был свиток длинною в ладонь). Тъярато выражал мне свою благодарность и извинился за свой поступок. Имелось в виду то огненное сияние и прочее. Оказалось, моя лавина сошла аккурат на него, стоящего по ту сторону вершины. Как тут не осерчать? Только вот что он там делал, спрашивается – парадный вход располагается совсем не в том месте…. Что ж…. Вроде бы с этим Домом какие-то отношения у меня наладились. Радует. Надо будет спросить у Тъярато, не знает ли он способа возвращения обратно…. Ибо терзают смутные сомнения, что ответа на этот вопрос у Алоры долго теперь не добьюсь. Хоть позже я и была великодушно прощена ею, не думаю, что она всё так легко забудет. Скорее, подвергнет глубокой заморозке, чтобы потом использовать при необходимости. Наверное, тогда мне стоило выяснить все недоговорки и недомолвки у главы Дома. Быть настойчивее, смелее, наглее, но… увы. *** Через пару дней я таки начала понемногу считывать нужное с поверхности воды. Правда, конкретно "будущее" видеть не получалось. Прошлое – да, причём, только частично и неясно…. Но зачем оно мне? Точнее, зачем оно остальным? Зато слух о том, что Талле, наконец-то, оправдала "должность" Ант-Лер, разошлись быстро среди хаат нашего Дома. После происшествия с Тъярато, думаю, и не только нашего…. Сначала я было обрадовалась (да и сам процесс был очень увлекательным), решила, что это несколько сгладить противоречия, возникшие в Доме из-за моего появления, да и вообще, сделает всё намного проще. Естественно, вышло с точностью до наоборот. Ибо Дом Снежных Вершин, славившийся своей беспристрастностью и справедливостью, в отсутствие Смотрящей погряз в суетных дрязгах. А тут она снова возникла. Этакое Кентервильское привидение, не дающее покоя скелетикам в шкафах "снежных" хаат. Единственными, кто в тот момент не косился с неприязнью и не начал меня тайно или явно избегать, осталась прежняя троица. Наверное, потому что они были слишком юными, чтобы стыдиться своих прошлых поступков.– Ну, что, Талле? Ты так и не увидела, куда Мейр засунул свой холст с пейзажем Океана? – Ктийр подмигнул мне и подтолкнул друга плечом. По-зимнему спокойный Мейр с усмешкой покосился на него и почему-то посмотрел на меня так, словно действительно ожидал, что я знаю ответ на этот вопрос.
Очень не хотелось его разочаровывать. Но ничего умнее глубокомысленного мычания мне произнести не удалось.– Стихии, Кир…. – Леора укоряющее покачала головой и метнула ледяной дротик в мишень, нарисованную мною на куске холста, который был повешен на стену в моей же комнате. Они с Ктийром в последнее время пристрастились к этой игре. – Зачем ты беспокоишь Смотрящую по таким пустякам?
Оскорблённый в лучших чувствах, Мейр полыхнул серо-синим глазами, но смолчал. Искусство для хаат – тема довольно-таки болезненная, насколько я успела понять. У "снежных", по крайней мере: им сложно выражать себя вовне через что-либо. Об этом можно судить даже по тому, что среди авторов в библиотеке "снежных" крайне мало, но их творения отличаются какой-то особенной глубиной. Тем временем, не заметившая ничего Леора продолжила распекать незадачливого шутника. Чувствуя, что всё может вылиться в очередную размолвку между друзьями (не такая уж и редкость, надо признать – высокомерие и гордыню в их характерах никто не отменял), я принялась усиленно всматриваться в круги воды, шедшие по поверхности чашки с подогретым травяным настоем, которую держала. Лучше, конечно, чистая вода с ледника, но на безледниковье…. Ух…. До сих пор пугаюсь, когда получается…. Надо же.– …Этому холсту уже четыре года. Тем более этюдные очень плохо хранятся. Может быть, Талле не видит ничего потому, что он рассыпался по ниточкам, – добила Леора. Дротик звонко воткнулся в десятку.
– Нет, Лера, – как можно беспечнее отозвалась я, откидываясь на подушку. – Холст лежит между горным озером и портретом… какой-то девушки.
Мейр недоверчиво вскинулся и умчался из комнаты.– Девушка с чёрными волосами? – с едва заметными нотками ревности – если не жила бы среди "снежных" столько времени, даже не расслышала бы – переспросила юная хаат, обернувшись ко мне. Очередной дротик попал в "молоко". Хм, а я ещё гадала, кто из кузенов ей нравится больше…. Хотя она может выдать нечто подобное и по отношению к Ктийру. Парни были кем-то вроде её свиты – в хорошем смысле этого слова, и просто лучшими друзьями.
– А глаза у неё разные: один карий, а другой – чёрный? Зрачки необычные?
– Не помню… – честно ответила я. – Может быть, это и не девушка…. А кого ты так подробно описала?
Она замялась на секунду, и этого хватило, чтобы наш общий друг рассказал, что это – дочь главы Дома Огненной Саламандры, куда обожающий писать Мейр ездил пять лет назад. Их резиденция затерялась где-то на юго-востоке континента.– Вот там-то он и познакомился с ней…. – многозначительно закончил Ктийр.
– М… – не менее многозначительно промычала я.
– Нашёл, – тон Мейра в переводе на человеческую натуру можно было назвать искрящимся неподкупной радостью. Некоторые хаат – сущие дети, честное слово.
Той же ночью я решила на сон грядущий "заглянуть в чашу": стало интересно, насколько далеко смогу оглянуться в прошлое Дома? Вот только что из этого получилось мне так и не удалось вспомнить утром. *** Следующим вечером мне "посчастливилось" познакомиться и с представителями моей исконной расы. Пятеро ведьмаков, ума не приложу как, проникли в замок где-то в районе центрального зала и, убив пожилую хаат, скоропостижно скончались от силового отката. Ещё одна особенность этой расы: когда они насильственно умирают, неудерживаемая стихия прорывается наружу, уничтожая всё на своём пути. Не всегда явно, но всякое живое существо, не способное сопротивляться, отправляется следом за погибшим, едва ли осознав, что произошло. Так вот я первой наткнулась на трупы (дело было к ночи, когда все по большей части уже спали, а к этому времени я пристрастилась совершать набольшую прогулку в одиночестве), и буквально через секунду об этом был извещён каждый, кто находился в замке. Крик больно царапнул горло, отразился от каменных стен зала, усиливаясь и вибрируя. Когда воздух в лёгких кончился, я впала в ступор, боясь двинуться с места. Самое страшное уже случилось, и страшиться было нечего, но легче от этого не становилось. Ворвавшийся в зал ураганным вихрем Веймар едва не налетел на меня, изображавшую соляной столб, следом – Арой. Хаат бегло осмотрелись, и Веймар, что-то вполголоса сказав товарищу, спешно вышел.