Дом плоти
Шрифт:
Логан понимал. Он поблагодарил старшего детектива и повесил трубку.
— Ну? — спросила Стил.
— Связь с «Блюстителями веса» не подтвердилась.
Стил кивнула, затем некоторое время занималась своими волосами.
— Ты с нашим начальством сегодня общался?
— Нет пока.
— А вот мне уже досталось, пока ты развлекался с толстяком. — Она подмигнула ему: — Думаю, я этой рыжей дамочке из Стратклайда понравилась.
Логан вернулся к своим бумагам:
— Вы же замуж собрались.
— Может же девушка помечтать? И где мой чертов кофе?
Сегодня на ужин у него было филе форели с овощами, двойная порция. По крайней мере, так было написано на пакете. Логан сунул рыбу в микроволновку и потопал в гостиную, чтобы проверить автоответчик.
— Логан, это мама. Ты знаешь, я не люблю говорить с этой штукой.
Она пустилась убеждать его взять напрокат килт и надеть на свадьбу брата.
Бииииип.
Второе послание оказалось от Алека, который хотел знать, не намечается ли что-нибудь интересное на завтра. Ему грозили урезать бюджет, если ничего не произойдет.
Бииииип.
Затем он услышал взволнованный голос Колина Миллера:
— Лаз, это я. Надо, чтобы ты позвонил, как только получишь это. Идет? Я имею в виду СРОЧНО!
Биииииип.Это последнее послание.
Логан набрал номер:
— Колин?
— А? — В трубке слышалось чье-то нытье. — Потерпи немного, дорогой. Папочка разговаривает по телефону. Лаз? Лаз, ты не хочешь пойти куда-нибудь выпить? — Визг на высокой ноте. — Шшш… шшш…. Да, папа знает. Папа все быстро исправит. Лаз? Я принесу тебе те материалы из газетного архива, которые ты просил. Давай, приятель, выручи меня, приходи…
— Куда и когда?
— «Принц Уэльский», полвосьмого. — На заднем плане почти неслышный голос Изобел. — Прости, Иззи, работа… необходимо на завтра кое-что написать. — Затем снова в трубку: — Ладно, но я могу там быть только в половине восьмого самое раннее. У меня семья, о которой я должен думать прежде всего.
Слава богу, визг наконец прекратился.
— Она не виновата, Хитер. — Мистер Новичок сидел, прислонившись спиной к прутьям решетки. — Она напугана, ее сестра умерла, а она сама оказалась взаперти. Одна, в странном месте… Ее нельзя винить.
— Разве я что-нибудь сказала?
— Нет, но подумала.
Верно.
— Итак, — Данкан кивком показал на тарелку с холодным мясом у нее на коленях, — ты думаешь, что это она? Ее сестра?
Хитер взяла отбивную, откусила кусок, прожевала.
— Возможно… немного странный вкус… вроде металлический.
Но мясо, по крайней мере, не было тухлым, как те последние куски Данкана. Хитер вовсе не хотелось еще раз отравиться. Она съела еще кусок и запила его глотком воды.
Тарелка уже стояла, когда она проснулась. Рядом лежали таблетки. Голова болела. Келли сказала, что Мясник о ней беспокоился — уложил ее на матрас, сходил за лекарством… Хитер заставила себя проглотить лекарство. Головная боль постепенно прошла.
Она жевала и думала.
— Келли? Келли, ты не спишь?
— Хочешь еще таблетку?
— Что он сказал?
— Что… что, если я не уговорю тебя принять таблетку, он меня накажет.
— Вот как…
— Хитер? — Да?
— Расскажи мне про Джастина…
Она рассказала. С момента зачатия и до восемнадцати лет, когда Джастин уехал в университет, чтобы выучиться на архитектора. Рассказала про жизнь, которой у него никогда не будет.
Потом Келли начала рассказывать про своего мальчика. О том, что врачи вернули ей его, он вырос и стал знаменитым актером.
Они тихо сидели в темноте и ели мясо неведомой им сестры девушки из соседней камеры.
— Какой она была, твоя мама? — спросила Келли.
Хитер поморщилась:
— Она считала, что я всё делаю неправильно. После того как папа… умер, во всем, что случалось, была виновата я. Она ненавидела Данкана…
Ее товарка по камере с минуту молчала.
— Я… я тебе соврала. Я не от бойфренда забеременела. У меня никогда не было бойфренда. Сорок девять, и ни одного бойфренда.
— Келли, это не…
— Это был мой отец… Мама умерла, когда мне было шесть лет. И он… он сказал, что у него есть потребности…
— О господи…
Хитер слышала, как Келли плачет. Она просунула руку между прутьями, разыскивая ее руку.
— Я… я обрезала волосы, стала одеваться как мальчишка. — Келли шмыгнула носом. — Но он слишком много пил… — Глубокий вздох. — Потом с ним случилось несчастье. И… он стал еще хуже…
— Шшш… — Хитер переплела свои пальцы с пальцами Келли. — Всё хорошо. Ведь этот мерзавец умер, так? Погиб в автокатастрофе?
— Нет… Когда мне было восемь, социальная служба забрала меня у него. Меня… меня удочерила очаровательная пожилая пара… они меня никогда не обижали…
Хитер не смогла удержать слез. Пройти через всё это и оказаться здесь, во тьме, и ждать, когда случится что-то ужасное. Ждать смерти.
— Ох, Келли, мне так жаль…
— Когда…. Когда… после катастрофы отец пришел в дом моих приемных родителей… Он был так пьян… Я не смогла справиться с ним…
Келли плача рассказывала, как папашка развлекался с ней, пока она не забеременела.