Дом скитальцев (рис. Н. Васильев)
Шрифт:
Он поднял руки - перчатки лопнули и висели клочьями.
– Слушайте меня!
– Глор потащил его к ящику с командорскими перчатками, инструктируя на ходу: - Сейчас я вызову начальника Охраны. Да слушайте же, перестаньте скулить! Вам надо молчать и смотреть достойно. Я все прикажу от вашего имени. Мы идем в корабль. Будете рассматривать десантный «посредник». Инструкцию не забыли? Великолепно! Когда останемся втроем с офицером, вознесете его в Мыслящие. Поняли? Надевайте!
– Он достал пару парадных, по форме один, перчаток.
– Не рвутся? То-то… У входа в грузовой трюм скажете мне только два слова: «Господин порученец!» И все. Запомнили?
– Вы мой порученец?
– Нурра заржал, как целый взвод офицеров.
– Разрази меня тремя антеннами по уху и под ребра! А спросят что-нибудь, как тогда?
– Обругайте. Это вы умеете. Офицера зовут Сулвершем.
Он запихнул «посредник» в контейнер, запер крышку и вызвал начальника Охраны. Отчаянный Нурра хихикал, сидя в кресле, и поочередно осматривал свои пальцы, обтянутые парадными командорскими перчатками. Больше всего он походил на мальчишку, обряженного в мундир знакомого адмирала. С Севкой подобный случай был совсем недавно.
Смешно. Честное слово, Нурре было весело!
«Щелк-Щелк»
– Смир-рна!
– грохнул снизу голос Сулверша.
– Его прредусмотриссь! Командорррр! Пути!
Нурра крякнул. Глор щелкнул на него челюстями. Сменил повседневные перчатки на парадные. Если бы командор Пути один шел в парадных перчатках, это привлекло бы внимание. Но раз и порученец их надел - значит, таков приказ, нечто официальное, не ошибка.
– Идите… Не отставайте от начальника Охраны. В приемной на секунду задержитесь. Ну, марш…
Пошли. Его предусмотрительность выглядел еще предусмотрительнее обычного. Разве что шел чересчур быстро - Сулверш с испугом оглядывался и наддавал. Сулвершу не хватало дыхания для криков «смирно» - так поспешно его предусмотрительность направлялся к кораблю. К процессии пристраивалось местное начальство. Комендант жилой сигары преследовал до центрального вестибюля, а там дожидались первый кодовой Диспетчер и Полный командор - начальники наладчиков. Посыпались еще Диспетчеры, Полные командоры, откуда-то вынырнул пит, представлявший особу Великого Десантника… Нурра выкатывал глаза и нажимал. В ангаре летающих блюдец он был уже похож на робота - глаза его, казалось, торчали из лица на стебельках. Глор опасался, что Нурра за давностью лет не сможет узнать вход в трюм, и приготовился окликнуть его - почтительно, разумеется. Ему очень уж не хотелось нарушать этикет. В ангар набилось человек десять, не считая Охраны… Однако старый Десантник узнал место. Он повел своими гляделками и с важностью промолвил:
– Га-аспадин порученец!..
– Слушш!
– восторженно отозвался Глор.
– Господин начальник Охраны, его предусмотрительность желают…
– Смир-рррн-а!
– раскатился Сулверш.
– Его предусмотрительность командор Пути!..
– и замер. Смотрел си только на «командора».
– …Желают осмотреть трюм одни, без церемониала.
– Без церемониа-ала!
– пропел начальник Охраны.
– Без церемониала!!
Два офицера встали у люка, по сторонам невозмутимого робота. Казалось, робот с Нуррой состязаются, тараща глаза друг на друга. Играют в «гляделки», так сказать.
Сулверш предъявил роботу пропуск, браслет, перчатку и скрылся в трюме. Настала очередь Нурры. Глор незаметно сжал в руке лучемет, хотя чем здесь мог способствовать лучемет? «Третий Великий изволит пройти!» - звякнул робот. Уф! Не заметил парадных перчаток по форме один. Возможно, он заметил, но в его программе тоже было заложено почтение к Великим. Нурра шагнул в трюм. Молодец, старина, соображает… Он вперевалочку поплыл по проходу, оглядывался с большою важностью, дожидаясь порученца. Глор предъявил свою перчатку - законную, форма два. Робот со звоном пристроился на место, поперек входа. Глор догнал Нурру, выразительно подтолкнул его и сказал:
– Ваша предусмотрительность желают…
– А иди ты… - отозвался Великий командор.
Сулверш подпрыгнул. В луче фонаря мелькнула разинутая солдатская пасть. Ай да Нурра! Ему было сказано - в случае чего, обругать, вот он и лается, как кург… Приходилось действовать напролом:
– Мои глаза увлажнены почтением, вашусмотрительность… Разрешите напомнить, вы желали осмотреть десантные «посредники». Господин Сулверш, я неважно ориентируюсь. Где поворот к мастерской?
Нурра доброжелательно крякнул. Сулверш, все еще с открытым от удивления ртом, повернулся и полез в туннель. «Веди, веди, солдафон, - думал Глор.
– Веди, ходячая глотка… Проспал ты своего командора, хоть и верный раб. Теперь и спохватишься - будет поздно».
Они лезли молча. Сначала по силе тяжести - «вниз», потом «по ровному», потом «вверх». Под ногами поскрипывали жгуты проводов. В одном месте Нурра остановился и довольно долго рассматривал робота-черепаху, который уже нашел неисправность в проводке и приступил к ремонту. Насмотревшись, Нурра толкнул черепаху каблуком и сделал знак - вперед. Сулверш проворно двинулся дальше. Похоже, он стал задумываться и что-то заподозрил. Он вытянулся у входа в мастерскую и ел глазами начальство. Слишком усердно ел… И впервые взялся за лучемет. Оружие казалось крошечным в его лапищах. «Поздно, поздно», - думал Глор, вползая в мастерскую.
Это была тесная пещерка, выгороженная среди трюма. Сулвершу пришлось попятиться и выдвинуть ноги в проход, чтобы остальные двое смогли разместиться. Глор прислонился спиной к универсальному станку, занимавшему половину камеры. Прочий объем загромождали сменные инструменты для роботов, ящички с запасными аппаратами десантного корабля, такие же миниатюрные, как сам корабль. Полом служили ящики с двигателями для малых «блюдец».
«Посредники» висели над головами. Шесть штук без чехлов и три - в чехлах. «Командор» протянул руку и сноровисто вытащил один - расчехленный. Глор поспешил направить свою лампу на «посредник». Гнезда для Мыслящих были пустые, кроме одного, как и полагается. Сулверш весь подобрался. Вибратор лучемета угрожающе отсвечивал синим при каждом его движении. Из рук не выпускает оружия, мер-рзавец…
«Командор» заглянул в воронку, подул в нее. Почему-то взял другой «посредник». Мыслящий засверкал под фонарем переливчато, как живой. И тут случилось непредвиденное - Глор не выдержал. Он покачнулся, зацепился поясом за что-то, повис. Ноги не держали его. Он беззвучно орал: «Не хочу, не хочу, не хочу! Это мое тело, мое!» Он рвался прочь, он хотел жить, и Севка замер от жалости, и не мог с ним совладать. Наравне с его глазами проплыли черные треугольники - глаза Сулверша. Весь обмякнув, Севка смотрел, как Нурра бессмысленно вертит в руке «посредник», а Сулверш, загородив выход, отстегивает от портупеи лучемет.