Чтение онлайн

Но он увидел её платье цвета персика и странную холодную улыбку.

Ещё никогда люди не создавали таких непреодолимых препятствий, как сейчас. Эмиль пытался бежать, протискиваться сквозь лениво бредущие компании подвыпивших бездельников, но всё зря. Она ускользала, растворяясь среди деревьев, как утренний туман исчезает в голубеющем небе. И, наконец, пропала из виду совсем.

Глава 12.

Море заштилело. Лишь редкие вздохи горячего ветерка с суши едва заметно шевелили чахлые кустики, кое-где торчавшие вдоль берега. Эмиль медленно брёл по самой кромке воды, изредка пиная круглые камни. Они шумно шлепались в воду, и, словно в ответ на эти всплески, издали покрикивали чайки.

Так глупо! Ну, почему, почему нельзя обойтись без этих игр? Совершенно дурацкое положение! Принять правила игры и считать ее призраком? Или же попытаться догнать? Возможно ли это? Нет, без второго визита в пустой дом не обойтись. Наверняка, там найдется очередная подсказка. «Я, Ю…» Дальше что будет? «Э», надо полагать. Алфавит в обратную сторону! Точно. Что же, надо найти третью букву. Дальше будь что будет, а пока только и остаётся, что мерить шагами побережье.

Солнце, хоть и склонилось сильно к западу, жарило так же неистово, как и в полдень. Эмиль прошёл по узкой полосе тёмного песка до самой воды, посмотрел на усеянное крупными камнями дно, быстро сбросил одежду и зашёл в море. Яркими блестками метнулись в разные стороны рыбки, заволновались темные ленты водорослей. Глубина! Обрывистый берег резко уходил вниз, исчезая в тёмной синеве, и дальше идти было невозможно.

Быстрыми сильными движениями Эмиль доплыл до небольшой скалы, сплошь покрытой бурым ковром водорослей. Дна уже не было видно, лишь только уходящую вниз отвесную каменную стену. Там, дальше, только неизвестность. А до берега совсем недалеко – вон он, такой надёжный, предсказуемый… и скучный. Эмиль резко оттолкнулся от скалы и, набирая скорость, направился в открытое море. Нет свободы без опасности, нет побед без риска. Вперёд, пока есть силы!

Эмиль принял чуть влево, описывая огромный полукруг вдоль берега. Как бы ни звал бирюзовый простор, совсем терять голову не стоило. Кто знает, что скрывается здесь в толще воды? Это же не пляж какой-нибудь, где всё сорок раз почищено и проверено. Это вольное море. Это реальная жизнь.

Выбравшись на сухие камни, Эмиль победно вскинул руки к небу и громко крикнул. Что бы ни случилось, вызов принят.

Добравшись до дома, Эмиль долго сидел на веранде. Чай давным-давно остыл, от печенья остались одни крошки, а он вглядывался в темнеющее небо и молчал. И только позже, закрыв за собой дверь, он понял, что ничего больше не хочет, кроме как упасть на кровать и исчезнуть из этого мира до утра.

А утро оказалось на удивление тихим и ласковым. По небу медленно плыли легкие облачка, и ветра хватало лишь на едва видимую зыбь. Море разделилось на две части: хмуро-серую и белоснежно сияющую, и впервые Эмиль увидел, как скользит по водяной глади необъятная и величественная тень от гор.

Сегодня обошлось без суеты, но и скучно не было. Потихоньку ловились ласкири, буйным недовольством встречали зловещую судьбу селёдки. Меняя снасти, копая червяков и вытаскивая улов, Эмиль потерял чувство времени. И лишь жаркое солнце, ударившее изо всех сил по всему Ветряному берегу, заставило его опомниться.

Обратно пришлось идти медленно. Тяжелый садок стремился во что бы то ни стало разогнуть пальцы Эмиля, а сумасшедшие рыбы раскачивали его в разные стороны, чуть не отрывая руки. Прохожие останавливались, изумленно глядя вслед удачливому рыбаку, но он лишь скользил по чужим лицам безразличным взглядом.

Его мучала совсем другая мысль, далёкая от гордости и тщеславия – куда деть сокровище из морских глубин? Нонна Михайловна ещё вчера была более чем довольна и четырьмя селёдками, а сегодня в садке трепыхалась целая дюжина, да ещё окуньки – тех попалось десятка полтора.

Пока что место для садка нашлось только на террасе, под плотной занавесью виноградной лозы. Едва только кофе поднял ароматную пенку под самый край турки, в дверях появилась хозяйка.

– Утро доброе! – громко сказала она, зевая во весь рот. – Что у тебя тут за звуки? Не пойму, собака, что ли, где-то чавкает?

– Это рыба, Нонна Михайловна, – тихо ответил Эмиль. – Вон та.

– А батюшки! – воскликнула хозяйка, увидев садок. – Это куда ж теперь? Ну, ты даёшь! Хоть на базар иди и торгуй. Её-Богу, окуни-то дорогие, за них нормально можно брать. Селёдки вроде как дешевле, да вот только у нас они в свежем виде страшный дефицит, тоже можно крутить под небеса.

– Разве кто купит, – пробормотал Эмиль. – Только простою как дурак на солнцепёке. Я не умею торговать. А если сразу не продам, то испортится рыба. Чёрт знает, что делать.

– Да вот и я не умею. Раз пробовала клубнику с огорода продавать, так она к обеду раскисла вся, а взяли-то меньше половины. Что ж делать-то? Ну, пока живая, всё одно пусть треплется. Но к обеду надо реализовать. Хоть куда, хоть обратно в море.

Эмиль вздохнул и поставил пустую чашку в раковину. Надо идти в хинкальную. Если кого и спрашивать о продуктах, то только повара.

Тариэл приветствовал Эмиля с неизменной радостной улыбкой. Посетители ещё не собирались завтракать, и разговору никто не мешал.

– Что, кацо, сегодня как обычно?

– Если можно, то половину порции, – вздохнул Эмиль.

– Вах! Что случилось?

– Я все деньги потратил на снасти, так что теперь на диете.

– А ты сегодня ловил рыбу?

– Да, будь она неладна, – махнул рукой Эмиль. – Не знаю, куда теперь деть.

– Много?

– Достаточно, чтобы заставить нервничать Нонну Михайловну. Нет, правда, хоть обратно отпускай.

– Эй, подожди, не унывай! У меня есть приятель, тоже повар, душевный человек такой, вот он открывает кафешку на набережной. Ну, как открывает, считай, открыл уже. Закуски там, пиво-шмиво, все дела. Сейчас я дам тебе его телефон, позвонишь, скажешь, что от Тариэла. Он знает. Его, если что, Соломон зовут. Сдаётся мне, вот он-то очень будет рад твоей рыбе, потому что в нашем городке это, как бы тебе сказать, редкость. Так что деньги деньгами, а хинкали надо есть полными порциями.

Тариэл подмигнул и скрылся в глубине кухни. Эмиль некоторое время смотрел на бумажку с номером, не решаясь набрать.

Голос у Соломона оказался молодым и веселым, и вообще этот человек показался Эмилю ровесником – во всяком случае, энергия чувствовалась даже через телефон. Договориться о встрече получилось быстро, и на душе сразу стало так легко, как бывает, когда у безвыходной проблемы неожиданно нашлось потрясающе красивое решение.

Кафе называлось «Русалочка», и вывеску его украшала несколько странно выполненная фигурка диснеевской подводной принцессы. Создавалось впечатление, что Русалочка вместо моря нырнула в шампанское или сидр. В остальном заведение производило крайне приятное впечатление. Уютные столики мягко освещались свисающими с потолка лампами в зелёных абажурах, в глубине зала играла тихая музыка, и пахло жареной картошкой и базиликом.