Шрифт:
Она не любит шумных вечеринок и шумных людей. Она давно мечтает о тишине. И в тоже время ей, как и любой другой женщине, хочется любви. Жизнь идет своим чередом. Но однажды все изменится мистическим образом. Теперь у неё будет свой дом и долгожданное одиночество. По крайней мере, она так думала. Ведь вместе с новым жильем она обзаведется и новым неожиданным «соседом».
http://stmichael-hudson.com/tag/a-haunted-house-2– обложка.
Кораблева Диана: «Дом у старой ивы».
Посвящается моей любимой мамочке. Спасибо тебе за безграничное терпение. И пусть в последнее время мы редко общаемся и многие твои жизненные принципы я вряд ли смогу осознать до конца, ты всегда будешь для меня эталоном сильной женщины, заботливой мамы и любящей жены.
Уильям Шекспир. Гамлет
Святители небесные, спасите!
Благой ли дух ты, или ангел зла,
Дыханье рая, ада ль дуновенье,
К вреду иль к пользе помыслы твои…
Глава 1.
– Свободная касса!
Молодая девушка, в кепи и с бейджиком на груди, на котором незатейливым шрифтом было выведено имя «Дарья», подняла руку вверх, приглашая к стойке заказов очередного посетителя. Несмотря на то, что время было поздним, гостей в ресторане быстрого питания оказалось довольно много. Людская шеренга заполнила весь зал и выстроилась до самого дальнего входа. А все потому, что закусочная находилась неподалеку от новенького стадиона, и только что, закончился футбольный матч.
Людской гул смешивался с детским криком и незамысловатыми песенками, игравшими из динамиков.
– Мне, пожалуйста, три чизбургера, три картошки фри и три большие кока-колы,– скороговоркой проговорил посетитель.
– Если вы возьмете меню – выйдет дешевле,– предложила девушка.
– Нет, спасибо,– отказался посетитель.
– Пирожок на десерт желаете? – обязана была добавить Дарья, но человек по ту сторону кассы отрицательно покачал головой.
– Кушать здесь будете?
– Здесь.
Для девушки оставалась загадкой, где все эти люди могли разместиться – зал не такой уж и большой. Благо на улице тепло. С приходом весны от вечно жующих людей и криков их детей, спасала летняя площадка.
Приняв плату, девушка сама побежала собирать заказ, поскольку помощников, или как говорят на языке фаст-фуда – бэкапперов, рядом не оказалось. Несколько корзинок с картошкой-фри, тоже самой пришлось поставить во фритюр, кухня явно не справлялась с нахлынувшим потоком посетителей.
Человек критично разглядывал чек, а затем свой разнос с едой. Дашу это ужасно нервировало. За его спиной девушку уже прожигал взглядом следующий голодный посетитель. И таких как он было бесконечно много. И пока она их не обслужит – домой её вряд ли отпустят, хотя смена должна была закончиться полчаса назад.
– Дороговато-то получилось…– рассуждал посетитель, который явно никуда не торопился. А вот ей, Дарье, хотелось как можно скорее покинуть рабочее место, за которое она вернётся уже завтра.
– Я же вам предлагала заказать меню. Вышло бы дешевле, – спокойным ровным тоном сказала девушка.
Её удивительная манера всегда держать себя в руках, несмотря на вечное недовольство гостей и стекающий из-под козырька кепи пот, поражала многих менеджеров. Поэтому, её из кухонного работника, перевели на сервис. Умение держать себя в руках в стрессовых ситуациях – всегда ценится. Хотя и не всеми. Некоторые из менеджеров, только и ждут повода, чтобы к чему-нибудь придраться. Не ругаешься с посетителями – значит медленно работаешь, или забыла улыбнуться, или забыла что-то предложить… В общем вариантов масса.
– Значит, плохо предлагали,– нудил посетитель. – И почему картошка-фри большая?! Я хотел среднюю!
– Но вы не уточнили размер порции. Политика компании подразумевает большую порцию картофеля по умолчанию,– все так же спокойно ответила Даша и провела сквозь себя раздосадованный взгляд посетителя. Раздосадованный, но не гневный. – А сейчас если позволите, я должна принять заказ у следующего человека. Как видите – сегодня аншлаг, и мы не успеваем.
Едва она это произнесла, как из-за её спины выросла Настя Циперманн – новоявленный менеджер. Её повысили совсем недавно из инструкторов – в управляющие. Еще вчера Дарья могла бы назвать Настю своей хорошей приятельницей. Но как обычно бывает – люди меняются после повышения и зачастую не в лучшую сторону.
Настя напоминала старого ГДРовского пупсика – такая же пухлая, с раскрасневшимися щеками и несколькими подбородками. Её можно было бы назвать милой, раньше, до того как она стала поглощать самые большие сандвичи за обе щеки.
– Мы сейчас же поменяем вам картошку,– расплылась в улыбке Циперманн, посмотрев на посетителя. Тот даже немного растерялся. Настя провела своей менеджерской карточкой по отверстию в Дашиной кассе, и та, щелкнув, открылась.
– Сделай возврат и поменяй картошку,– шикнула она на девушку.
Ну, зачем, зачем нужно все так усложнять?! Человек не был зол, расстроен немного, но явно не агрессивен. Он просто взял бы поднос с едой, развернулся и сел бы за свой столик. А теперь придется заново делать картошку, хотя в зале больше сотни голодных и злых посетителей. Мало того, что люди по своей природе злые, когда хотят поесть, да еще и команда города по футболу, проиграла в сегодняшнем домашнем матче. Но пугало Дашу даже не это, а то, что придется самой посчитать разницу между тремя порциями большой картошки, и тремя новыми, стандартными. И только потом взять оплату, дальше касса уже сама сосчитает! О, как же девушка ненавидела цифры! Считать в такой суматохе, для неё, было хуже кары небесной! Не удивительно, что через час, когда её все-таки сняли с кассы, там оказался небольшой минус. Пришлось докладывать свои деньги. Не много – но неприятно. А еще неприятней было писать объяснительную за этот минус по кассе, под строгим взглядом Циперманн.
Уставшая, она присела на лавку в раздевалке, и закрыла руками блестящее от фритюрного масла лицо. Затем выдохнула, встала и начала собираться домой. Время позднее, некогда рассиживаться и жалеть себя. Последний автобус, который доставил бы её прямиком к дому, отправляется в половине девятого. А сейчас уже почти одиннадцать. Это значит, что придется подниматься пешком до трамвая, а затем пересаживаться на любой автобус, который довезет её хоть немного ближе к семейному очагу. Неизвестно еще, сколько потом ей придется идти домой пешком, хоть она уже и валилась с ног от усталости.