Чтение онлайн

– Звучит заманчиво, – попыталась пошутить я. – Но думаю, с меня хватит подобных волнений… Подожди-ка, сколько времени прошло с тех пор, как Зарина ударила меня ножом?

– Несколько часов.

От удивления мой рот открылся, а ресницы затрепетали.

– Часов?

Нур кивнула.

– Я вымыла твою кожу и волосы, сменила платье. После чего Берон отнес тебя в одну из свободных комнат, чтобы ты могла отдохнуть. Он остался дежурить возле твоей двери на случай, если ты неожиданно превратишься, но настоял, чтобы Киран зашел внутрь. Берон хотел, чтобы жрец Сол был рядом на случай, если тебе понадобится помощь, когда ты проснешься.

Мои глаза расширились.

– Он точно знал момент, когда я проснулась…

Нур кивнула.

– Берон послал Кирана, потому что не хотел тебя пугать. Он не был уверен, вспомнишь ли ты хотя бы что-нибудь.

Я прикусила губу, гадая, в какое именно место Волк укусил меня. Как глубоко ему пришлось вонзить клыки в мою плоть, чтобы произошло это чудесное исцеление?

– Ситали… – тихо произнесла Нур мое имя. – У тебя есть сын?

Да, у меня был сын. Мой величайший секрет и самое большое достижение, которое мне было запрещено раскрывать. Я прочистила пересохшее горло.

– Помнишь, когда я была заперта в своих комнатах несколько месяцев?..

Тяжелое молчание воцарилось между нами. Моменты прошлого, которые теперь встали на места и обрели смысл, хотя раньше совсем не подходили друг другу.

– Нам сказали, что ты больна, – тихо призналась Нур.

Я покачала головой. Тяжесть свалилась с моих плеч после того, как я рассказала свой самый сокровенный секрет. Что-то во мне кричало, что это нормально – доверять Нур. Когда я истекала кровью на полу своей спальни, я знала, – если попрошу позаботиться о моем сыне, вырастить его и защитить, она сделает это.

– Ему два года, – сообщила я. – Он живет с родителями своего отца.

Нур смотрела на текущую мимо реку, будто мои слова ее совсем не удивляли.

– Где его отец?

– Мертв.

– Любезность нашего отца? – спросила она, хотя уже знала ответ.

– Да. Отец приказал убить его.

Нур повернулась ко мне лицом.

– Кем он был?

– Охранником. – Разочарование отразилось на ее лице. – Я любила его, – сказала я, защищаясь. – Мы любили друг друга. Я не сплю с каждым охранником подряд, хотя знаю, именно так ты и думаешь. Это можно прочесть на твоем лице, когда ты видишь меня с ними. Те, с кем я регулярно общаюсь, были знакомы с Мериком и уважали его. Самые близкие ему люди знают о нашем сыне, потому что он рассказал им об этом перед смертью. Он был так рад стать отцом. Друзья Мерика присматривают за нашим ребенком. Они поклялись защищать его. Даже наперекор воле отца, даже ценой собственной жизни они поклялись уберечь его от зла.

– Я помню Мерика, – сказала Нур, разглядывая собственные ногти. – Он был добр.

Я вздохнула. Он был добрее любого другого мужчины, которого я встречала. И он был веселым. Его улыбка могла растопить золото быстрее, чем горячие руки Нур.

Еще несколько кусочков головоломки, в которую превратилась наша жизнь, встали на свои места.

– Я бы хотела, чтобы все было по-другому, – сказала она.

Я желала того же. Я хотела, чтобы наш отец не убивал мужчину, которого я любила. Я хотела, чтобы он не прогонял моего сына и не угрожал им, чтобы манипулировать мной. Я хотела изменить так много вещей, но не могла. Так что не было смысла сокрушаться по этому поводу. Не в наших силах было изменить прошлое, но будущее менялось каждую секунду; каждое решение меняло песчаную дорожку под нашими ногами.

Нур посмотрела на Люмоса.

– Отец использовал сына против тебя, верно?

Я едва заметно кивнула, но Нур уловила мое движение.

– Так вот почему ты пыталась убить меня?

Это было трудно признать. Я не гордилась своим прошлым. Стыд залил мое лицо, нагревая его до тех пор, пока мне не стало жарко.

– Он сказал, что убьет моего сына, если я не расправлюсь с тобой в Люмине. Он не хотел, чтобы ты вернулась в Гелиос. Теперь я знаю почему.

– А я теперь знаю, почему подниматься вместе со мной по ступеням на вершину храма было самым трудным, что ты когда-либо делала.

Нур уже простила меня. Сочувствие сияло на ее лице яркими солнечными лучами. Но я не была уверена, смогу ли простить себя сама, да и хотела ли я этого вообще. Я не заслуживала прощения, потому что к концу дня часть меня сожалела, что не выполнила приказ отца. Не потому, что я желала Нур смерти. Ничего подобного.

Я ненавидела себя за то, что была недостаточно сильна, чтобы сделать это ради своего сына. Я никогда не могла защитить сына от своего жестокого отца. Я знала, что, поднявшись на вершину храма с Нур и столкнувшись лицом к лицу с отцом, я навлекала проклятие на собственного ребенка. Взгляд, который отец бросил на меня, был многообещающим. Он готов был сдержать свое слово, потому что я не сдержала своего.

Я потерпела неудачу. Он же предпочитал никогда не проигрывать.

Он забрал бы единственную радость в моей жизни, раздавил бы ее.

Я закрыла глаза, желая, чтобы рев в ушах прекратился.

Нежная рука опустилась на мое плечо.

– Он ушел и не причинит вреда ни тебе, ни твоему сыну.

– Отец рассказал Зарине о нем.

Нур напряглась.

– Позволь мне послать Берона и нескольких заслуживающих доверия стражников, чтобы забрать его. Твой сын может остаться здесь, в безопасности.

– Именно здесь Зарина и нанесла свой удар. В Доме Солнца небезопасно.

Нур покачала головой.

– Ты была одна. Дом был пуст. Она была рада воспользоваться редкой возможностью, которую мы ей предоставили. Но мы не допустим подобной ошибки вновь. Разреши мне послать Берона. Он никому не позволит причинить вред твоему ребенку, Ситали. Я бы не поручила это Берону, если бы не доверяла ему.

– Я хочу пойти с ним.

Она снова замерла.

– Ситали, Берон сказал, что ты уязвима, пока не превратишься в первый раз. Пока ты не научишься контролировать себя, ты можешь быть опасной для других, даже если не хочешь этого.

Мое сердце бешено заколотилось.

– Я не представляю опасности для своего сына. Я люблю его больше всего на свете. Я бы никогда не причинила ему вреда.

– Просто… позволь Берону и его стае доставить ребенка и его бабушку с дедушкой сюда в целости и сохранности. Пожалуйста.

Ее глаза умоляли меня согласиться. В то время как все внутри кричало о том, чтобы я бежала прямо к моему ребенку. Я хотела защитить его – даже если защищать придется от меня.

– Только при двух условиях: во-первых, они отправятся в путь сейчас, пока я не передумала, и, во-вторых, как только мой сын окажется здесь, они выследят Зарину. Но именно я положу конец ее жизни. Я пообещала ей это, когда она посмела отнять мою.