Чтение онлайн

Корсиканец достал из кармана несколько банкнот. Ему потребовалось некоторое время, чтобы разобраться в незнакомой валюте. Наконец, он протянул через окно пятидолларовую бумажку. Сторож показал ему место у забора.

– Здесь можете встать.

– Спасибо.

Араб въехал на указанное место и выключил мотор. Корсиканец переложил люгер в правую руку. Его палец лег на спусковой крючок, плащ он набросил на руку, маскируя оружие. Он вышел из машины и медленно осмотрелся. Он еще продолжал этим заниматься, пока араб поставил машину на тормоза, выключил свет, а затем достал из кармана ключ и закрыл специальный секретный механизм противоугонного устройства. Если кому-нибудь вздумается открыть машину, ему предстоит трудная и шумная работа, прежде чем он сможет на ней уехать.

Араб выбрался из фургона, закрыл переднюю дверь, проверил задние, чтобы удостовериться в том, что они закрыты. Корсиканец продолжал изучать стоянку, затемненные улицы и аллеи, окружающие их дома.

Он не заметил никого, ведущего за ними слежку, но он знал, что кто-то должен быть. Он надеялся увидеть кого-нибудь из тех, кто, предположительно, должен быть здесь.

Он посмотрел на араба, который, казалось, не решался оставить фургон и надежно спрятанный груз.

– Пошли, – бросил он.

Араб следом за ним покинул территорию стоянки. Палец корсиканца лежал на спусковом крючке люгера, спрятанного под плащом.

Они прошли квартал, а затем корсиканец остановился. Он несколько минут рассматривал улицу. Потом он надел плащ и сунул люгер в карман. Но руки из кармана не вынул. Они обошли квартал и вошли в маленький отель под названием «Эрмитаж». Оформление было простым. Комната для них была заказана еще утром. Клерк их проводил. Корсиканец дал ему на чай и закрыл дверь, в то время как араб прошел между кроватями и посмотрел из окна. Из него им был виден стоящий внизу фургон.

Из окна дома, напротив отеля «Эрмитаж» Тони Фарго следил ха тем, как они поставили фургон на стоянку, он продолжал наблюдать за стоянкой и прилегающими к ним улицами. Иногда мимо проезжала машина или проходил пешеход, торопящийся домой. Ночью это происходит не так часто.

В десять минут второго из-за угла вышел пьяный. Он спотыкался на протяжении всего своего утомительного пути вдоль квартала. Когда он дошел до стены дома, следующего за отелем, он, казалось, запнулся о собственные ноги, свалился около стены, его лицо было повернуто в сторону стоянки.

Тони поднял полевой бинокль, лежащий на столе рядом с его кольтом «кобра» 38 калибра. Он направил бинокль на человека, лежащего у стены.

Человек выглядел очень пьяным. Заторможенный вид, разорванная грязная рубашка, измазанное грязью лицо. Пьяница оттолкнулся от стены и начал свой неустойчивый путь вдоль тротуара, качаясь из стороны в сторону.

Тони перевел бинокль на окна комнаты, занимаемой арабом и корсиканцем. Они оба спали. Тони методично прошелся биноклем по всем окнам, а потом по крышам. Наконец, он осмотрел темные аллеи и подъезды. Если еще кто-нибудь и был на этой территории, то он был, очевидно, чертовски осторожен. Он не смог никого обнаружить. Он положил бинокль рядом с кольтом и стал ждать.

Невозможно доставить большую партию груза без того, чтобы слухи о его прибытии не достигли блюстителей закона. В городе было так много изголодавшихся потребителей, беспокоящихся о подходящих к концу запасах, и слишком много посредников, уверяющих их, что их голод будет скоро утолен. Менее чем год назад, партия груза, почти такая же большая, как эта, была захвачена федеральными агентами, сидевшими в засаде в назначенном месте. Рано или поздно обнаружатся следы их присутствия. Но если закон вышел на след груза, на территории должна находиться армия полицейских. Они могут захватить порошок, что приведет к большим финансовым убыткам, но, по крайней мере, никто не будет арестован. Но если следит кто-то, не связанный с законом?

Двери спальни открылись. Френк Регалбуто вышел и потянулся с сонным удовлетворением. В нем было так же много сицилийской крови, как и в Тони, но он выглядел совсем иначе. Френк был высоким, атлетически сложенным, стройным. Его глаза были темно-голубыми и глубокими, веснушчатое лицо и волосы песочного цвета. Временами проглядывал его жесткий характер, но сейчас он был расслаблен и добродушен.

Он закрыл дверь спальни, прошел в маленькую кухню и повернул кран.

Тони сказал:

– Закрой дверь, я не хочу, чтобы она вошла сюда.

– Она не выйдет, – сказал Френк со смесью бравады и гордости. – Когда они имеют дело со мной, то потом дрыхнут, как мертвые. О ней не беспокойся.

– А я и не беспокоюсь. Для сына дона ты иногда действуешь довольно глупо.

Френк усмехнулся. Он его не боялся. Тони это знал. Он просто не обижался.

– Я считаю, что сейчас я не только потомок старого капо, – ответил он добродушно. Он налил полчайника воды и поставил его кипятить.

– Что-нибудь произошло?

– Они появились. Сейчас они в отеле.

Френк подошел к окну и взглянул на стоянку.

– Какой их автомобиль?

– Фургон, возле грузовика.

Френк изучил его, а потом осмотрел окрестность.

– Ничего подозрительного?

– Думаю, что пока нет.

Френк прошел в кухню и бросил в чайник пару ложек кофе.

– Хочешь немного?

– Нет. Я лучше пойду посплю. – Тони взял винтовку и встал. – Твоя очередь наблюдать. – Он прислонил винтовку к соседнему окну. – Разбуди меня, если что-нибудь заметишь. Если все будет в порядке, то не буди меня до десяти.

Френк кивнул. Вода закипала. Он налил ее в чашку, положил две ложки сахара и отнес чашку к столу, на котором лежал бинокль и кольт Тони. Его куртка валялась на диване. Он достал свой полицейский пистолет 38 калибра, в это время как Тони вошел в спальню.

Он колебался, держась за ручку двери.

– Придется будить.

Френк посмотрел на него и покачал головой.

– Антонио, милый, перестань вести себя так, словно я совершил что-то или я совершенный идиот. Немного мозгов и у меня есть.