Чтение онлайн

— Недостаточно, — вдруг упрямо заявила даже не я, а ядовитая обида внутри.

Смолянов с интересом посмотрел на меня. Молчал обдумывая.

— Хорошо… Если ты готова оказаться в центре скандала, то мы можем сделать публичной его измену. И тогда мой отец… разозлится. А без его поддержки Старцев никто, — как-то зловеще закончил он.

— Никто? — недоуменно переспросила я.

— Да. Это мой отец два года назад вытащил Старцева из задницы. Этот избалованный подонок практически просрал свой бизнес, и только мой папаша помог ему не стать банкротом.

Я удивленно взирала на Смолянова. Кажется, сегодня волей-неволей я узнала о Тимуре больше, чем за все время нашего знакомства.

— И что будет, если твой отец разозлиться? — тихо уточнила я.

— Может быть, в этот раз он будет не спасать Старцева от банкротства, а поможет завершить этот процесс? — с усмешкой заявил он.

— Твой отец очень влиятельный человек?

— Ты даже не представляешь насколько.

И я действительно не представляла. От меня был вообще безумно далек их мир. Мир бизнеса, интриг, богатства. В моей жизни все просто — картины и глупая, безумная, неразделенная любовь. По крайне мере, это все, что осталось сейчас.

— Тимур же… постоянно изменял твоей сестре. Думаешь, твой отец об этом не знает?

— Главное, что Тимур не допускал публичности. Публичности мой отец не потерпит. Но я помогу тебе… иначе ничего не пропустят даже в печать.

Готова ли к такому? Публичному скандалу? А как же моя семья? Мой брат и сестры? Что они обо мне подумают? И я понимала, что этот публичный скандал Смолянов устроит и без меня, даже если я откажусь. И здесь вопрос лишь в том — хочу ли я быть в эпицентре?

Я посмотрела на Смолянова, вдруг понимая, что у меня нет выбора. Я уже ввязалась в эту игру. Уже на нее согласилась. Поздно отступать. Слишком поздно.

Как минимум, потому что при отказе меня ждет штраф в сто миллионов. Да, я могла бы согласиться на меньшее. Доставить мелкие неприятности бизнесу Старцева — не так уж и плохо, правда? Но я ведь хотела сыграть по-крупному, именно поэтому пришла к единственному, известному мне врагу Тимура. Я хотела поставить все на зеро. Иначе никак. По-другому я не могла. Слишком было больно. И мне нужно было отомстить за эту боль. Важно было именно это — почувствовать себя отомщенной.

— Хорошо, — медленно проговорила я. — Публичный скандал, так публичный скандал.

Смолянов довольно усмехнулся. А я в очередной раз подумала, что это сделка с дьяволом, не иначе. И последствия у неё могут быть слишком непредсказуемые.

Мой телефон резко начинает звонить, разрывая тишину и наше молчание. Я достаю его и сбрасываю вызов. Звонит Эмма. Перезвоню ей позже, когда останусь одна. Разговаривать при Смолянове точно не лучшая идея. Но телефон вновь начинает надсадно напевать. Хмурюсь. Эмма редко звонит, мы практически не общаемся. Может быть, что-то случилось?

— Возьми, — раздается спокойное рядом.

И я согласно киваю.

— Да?

— Сэм, — голос Эммы звучит взволнованно, — ты в Москве?

— Хм… да, а что такое?

На несколько секунд в трубке воцаряется тишина.

— Удивительно, что я узнаю это не от тебя, а от какого-то непонятного человека, — с обидой отзывается сестра.

— В смысле? — непонимающе спрашиваю я.

— Тут приехал… один. Ищет тебя.

Мое сердце взволнованно сжимается. Почему-то я сразу решаю, что это Тимур. Но потом сама себя одергиваю. Может быть, это мой муж?

— Кто? — хрипло уточняю.

— Эй, как тебя зовут? — раздается громкий крик сестры.

— А что, у нее много кандидатов? — слышится резкий, грубый ответ.

И я вздрагиваю, холодею, судорожно сжимая телефон. Не веря.

Он там? Ищет меня? Ждет меня?

Я ведь сменила номер телефона, и новый номер зарегистрирован на Кэт. Поэтому он не может мне ни позвонить, ни написать.

Но… зачем он меня ищет? Что хочет?

— Эй, Сэм, ты тут? — слышу я голос сестры, который выдирает меня из прострации. — Он говорит, что не уйдет, пока не увидит тебя.

Я молчу. Растерянно. Он сошел с ума? Свихнулся? Чокнулся?

— Я не приеду, — хриплю, облизывая почему-то пересохшие губы. — Передай ему, что я не хочу его видеть.

— Сэм… — обеспокоенно говорит Эмма, — у тебя все хорошо?

Навряд ли. Ой, как навряд ли. И сомнительно, что в ближайшее время со мной что-то будет в порядке. Я свихнулась на мести, потому что Старцев меня растоптал, уничтожил, поломал. Не умеет он по-другому, иначе.

— Все хорошо, — ложь дается слишком легко.

На минуту воцаряется тишина. Я не вижу Эмму, слышу только ее дыхание, но почему-то уверена, что она мне не верит.

— Ладно… я скажу ему, что ты не приедешь к нему. Но… приезжай ко мне, пожалуйста. Раз уж ты в Москве. Не сегодня, но вообще.

— Да… да, конечно. Я только недавно прилетела в Москву. Еще не успела.

— Понимаю, — горько отвечает она.

И я чувствую, что это какое-то запутанное “понимаю”. С одной стороны, да, действительно, понимает, а с другой — совершенно нет.

Я кладу трубку. Несколько минут смотрю невидящим взглядом вперед. И только потом вспоминаю, что не одна. Резко оборачиваюсь, ловя задумчивый взгляд Смолянова.

Он слышал. Может быть, не все, но многое. В тишине машине было хорошо слышно не только мой голос, но и моей сестры, я в этом уверена.

— Не поедешь к нему?

— Нет, — твердо, непримиримо.

Сейчас я не могу, не готова. Видеть его опять так близко. Чувствовать, слышать, вдыхать. Не сегодня.

— Хорошо, — соглашается Смолянов.