Чтение онлайн

— Дети, вернитесь в машину!

— Но мама!

— Я сказала, немедленно сядьте в машину!

— Если хотите, я позвоню в национальную службу помощи автомобилистам, — предложил Росс. — Вы принадлежите к ней?

Последовало непродолжительная дискуссия об этой транспортной организации и о том, в состоянии ли подобные службы оказать помощь тем своим членам, у которых кончился бензин. Росс пообещал, что если им не повезёт, то он позвонит в полицию.

— Возможно, было бы лучше, если бы кто-нибудь поехал вместе с нами, — сказал он. — Вы или ваша жена. Может быть, ещё маленькая девочка.

— О, нет. Спасибо, но мы не хотим расставаться.

— Мы не можем поехать все вместе? — предложил мальчик. Маленькая девочка подергала отца за шорты:

— Можно мне в фургон? — спросила она.

— Нет, дорогой. — Верли повернулась к ним. — Правила дорожного движения запрещают ездить в прицепе.

— Мы не поместимся, — объяснила мать своим отпрыскам. — Не волнуйтесь. Они обязательно позвонят кому-нибудь, и нам помогут.

— Но для этого нам нужно знать ваши имена, — пробормотал Росс. Он достал свою записную книжку и шариковую ручку и записал всю необходимую информацию. Рассеянный профессор оказался Ноэлом Фергюсоном. Его жену звали Линда Фергюсон. Росс записал их адрес и регистрационный номер машины вместе с маркой автомобиля и местом производства. Затем он положил записную книжку в нагрудный карман и отдал ручку Верли, которая спрятала её в своём кошельке.

— Надеюсь, что вам вскоре встретится человек, у которого есть лишний бензин. К сожалению, у нас нет. — Вообще-то, они с Верли обсуждали предложение взять с собой лишнюю канистру бензина, но, в конце концов, он воспротивился. Они всё равно будут держаться главных дорог. А в случае аварии присутствие канистры бензина в фургоне может оказаться опасным. Кроме того, Росс был слишком хорошо организован, чтобы рискнуть и предпринять длительный переезд, не имея доступа к бензину.

— Я не могу понять людей, которые не умеют планировать, — сказал он, когда Фергюсоны остались позади. — Очевидно, этот парень выехал из Брокен-Хилла с почти пустым баком. А теперь он застрял посреди пустыни с женой и тремя маленькими детьми. — Росс покачал головой. — Некоторые люди просто не умеют думать вперёд.

— Но он показался мне довольно милым. Да и вся семья тоже.

— Я не говорю, что они не милые. Я говорю только то, что они почти преступно небрежны. А потом они ждут, чтобы другие вытаскивали их из неприятностей, — как те глупцы, которые пускаются в поход без необходимого снаряжения и которых приходится эвакуировать на самолётах. — Он прищёлкнул языком. — Боюсь, это старая история. Недостаток предусмотрительности.

Верли ничего не ответила. Разумеется, Росс обладал предусмотрительностью в избытке, но не во всех сферах жизни. Он никогда не проявлял достаточно предусмотрительности, когда дело касалось разделения светлых и тёмных вещей во время стирки или предчувствия (и улаживания) конфликтов с детьми.

Она позволила ему высказываться на одну из своих любимых тем ещё несколько минут, прежде чем её внимание привлёк другой предмет. Однако на сей раз это была не машина. На сей раз это был почтовый ящик.

— Посмотри, — сказала она, — это не может быть тот самый почтовый ящик, о котором они говорили?

— Возможно. — Её муж не удостоил его и взглядом.

— Он не очень далеко, правда?

— Да.

— Как ты думаешь, они могли бы дойти до него пешком? Может быть, нам стоит вернуться и сказать им о ящике?

— Верли, — сказал Росс, — то, что почтовый ящик находится недалеко, совсем не означает то, что дом находится близко. Он может быть в нескольких миляхот дороги.

— Полагаю, ты прав.

— Кроме того, очень скоро мы будем на месте. Нет никакого смысла отправляться на поиски дома, когда город находится так близко. Это пустая трата времени.

— Полагаю, ты прав, — повторила Верли.

В то же время ей совсем не нравилось то, что они оставили трёх маленьких детей на незнакомой пустынной дороге. Почему-то это не казалось ей правильным решением. Она чувствовала беспокойство.

И она почувствовала себя ещё хуже, когда через несколько километров они проехали мимо пустого грузовика — большого белого грузовика с двумя огромными прицепами, брошенного посреди пустыни.

Это ещё большеудивило её.

— Похоже на то, что скоро у нас кончится бензин, — сказал Грэхем.

Он утверждает очевидное, подумал Крис. Он сам последние пятнадцать минут беспокоился из-за уровня топлива в баке. Он знал, что-то было не так, потому что он рассчитал потребление бензина до последнего миллилитра. У него был такой склад ума, и до сих пор он никогда не подводил его.

— Не могу поверить, что мы ещё не там, — пробормотал он. — Сколько времени? Половина третьего? Мы должны быть уже в городе.

— Мы останавливались у гостиницы, — напомнил ему Грэхем.

— Да, но на сколько? На двадцать минут? На полчаса, самое большее. И мы выехали из Милдуры в десять тридцать…

— В десять тридцать пять.

— Мы уже должны быть на месте, так, Алек? — обратился Грэхем к спасённому шофёру грузовика, который почти ничего не сказал с того момента, как сел на заднее сиденье. Он принял предложение Грэхема выпить немного воды и рассказал — после того, как его спросили, — что он перевозит цемент. Но, видимо, он был немногословным человеком. Или у него было что-то на уме. Крис подозревал последнее. Ему казалось странным то, что Алек продолжал грызть ногти и постоянно выглядывать из окна.

— Да, — наконец сказал Алек, когда «лендровер» остановился на обочине. — Да, сейчас мы должны быть уже там.

— Что ты делаешь? — спросил Грэхем, повернувшись к своему брату. — Почему ты остановился?

— Чтобы залить ещё бензина.

— Но мы почти приехали.

— То же самое мы думали полчаса назад.

— Но это так, Крис. Я проверял по карте. Мы пересекли Пайн-Крик ещё до того, как встретили Алека.