Чтение онлайн

— Правильно, Там, не выходи за него, я лучше, — пробасил Арвес и расхохотался.

— Ну, все, вы доигрались, — обиделся Ноэль. — Я вам дома устрою.

Веселый смех потешающихся над Ноэлем братьев эхом разносился по лесу. И даже когда всадники оказались на окраине деревни, в пылу дружеской перепалки никто не заметил, как над ними бесшумно пронеслось что-то громадное и темное.

Рэйнэн не спал, он смотрел в окно и ждал когда наступит утро. Он был зол, девчонка могла быть с ним во дворце уже этой ночью. Но он, как последний болван, поддался совершенно не свойственной ему жалости. Она так трогательно пыталась его защитить, искренне веря, что те трое олухов могли вообще с ним тягаться. И ему не понравилось, как смотрел на нее тот светловолосый, что вез ее в деревню. Он не мог забыть бушевавшего в нем пламени от звука ее голоса, от легкого прикосновения ее пальцев к губам и дикого, необузданного желания сжечь всю деревню и забрать свою добычу. Но он умел ждать, умел расставлять сети так, что ничего не подозревающая жертва сама шла к нему в руки. Мысли одна темнее другой роем носились в голове Рэйнэна, и он вдруг ужаснулся сам себе. Он ничем не лучше своих безумных предков, с их дикой жаждой поймать, подчинить и сломать понравившуюся им женщину. А эта девочка с зелеными, как весенняя листва, глазами виновата лишь в том, что помогла ему обрести магию, которую он тщетно пытался получить долгие годы. И все же она нужна ему. Арха права, если она как-то связана с тем, что искали сморги, самое безлопастное для нее место — быть рядом с ним.

Утренний лес встретил Тамми тихим шорохом листвы и веселым щебетаньем птиц. Легко ступая по мокрой от росы траве, она впитывала в себя силу земли и энергию восходящего солнца, подставляя лицо его теплым лучам. И было так хорошо, так легко, так чудесно. Хотелось петь, танцевать, смеяться. Она любила этот лес, это небо, этот воздух, весь мир вокруг. Она любила. Вчера вечером Ноэль, провожая ее домой, сказал, что придет к ней свататься через неделю, а еще через неделю Тамми войдет с ним в храм духов, чтобы соединить навек их судьбы и сердца. И он целовал ее так нежно и так бережно, так пьяняще сладко. Отгоняя страхи и вселяя надежду, что она больше никогда не будет одна. Не будет серых и темных ночей, не будет тревожных снов и жутких видений. Будет семья, дети.

Представив себе, что однажды она будет держать на руках светловолосого малыша или малышку, Тамми залилась счастливым смехом и радостно закружилась.

А потом ее накрыло липкой волной чужого страха и боли. Беда… Она почувствовала ее кожей. Скользкой змеей ужас происходящего прополз по телу, и она побежала… Никогда в жизни она не бегала так быстро. Все смешалось. Крики. Звон стали. Холодные, рваные звуки битвы острыми клиньями врывались в ее сознание. От увиденного кровь застыла в жилах. Их было так много. Воины в черных одеждах громили деревню.

Выбивая двери домов, вытаскивали на улицу рыдающих женщин и орущих детей. Мужчины, вступившие с ними в бой, были обречены. Кто-то лежал без движения, кто-то еще оказывал сопротивление, но у них не было никаких шансов выстоять в этой битве, слишком неравны были силы. И в центре этого безумия Тамми увидела его — вчерашнего «демона» с яркими, как бирюза, глазами. Он даже не шел, он скользил легко и плавно, как наползающий на землю туман, оставляя за собой странный дымчатый шлейф, и его целью был Ноэль. Парень выпускал в надвигающегося на него воина одну за другой стрелы, но они, не достигая незнакомца, просто растворялись в воздухе. Бросок — и «демон» хватает Ноэля, высоко поднимая над землей. В этот миг Тамми выпустила свою ярость, направив ее в обидчика любимого. Удар силы должен был отбросить его как минимум шагов на двадцать, но «демон» даже не шелохнулся. Он резко развернулся и легко, словно в его руках был не человек, а тряпичная кукла, отбросил Ноэля в сторону. Взгляд бездонный, как омут, злой, раздраженный, наткнулся на Тамми. От этого взгляда волосы у нее на затылке зашевелились и по коже прошел мороз. Но внезапно что-то в глубине его глаз стало неуловимо меняться, в них появился какой-то алчный и хищный блеск. И Тамми все поняла… Нашел…

Они пришли в деревню утром. Его воины один за другим обыскивали дома, но девушки нигде не было. Рэйнэн был в бешенстве, он опять упустил ее. И тут он увидел того светловолосого. Этот дурачок пытался выстрелить в него из лука. Подойдя к парню вплотную, Рэйнэн схватил его за горло и, удерживая на вытянутой руке, зло спросил:

— Где она?

Но ответ он не успел услышать. Сила — могучая, грубая, неконтролируемая, как молот обрушилась на него. Не будь на Рэйнэне магического щита, его бы попросту расплющило от удара такой мощи. Отбросив белобрысого охотника, Рэйнэн повернулся в ту сторону, откуда пришла магия.

— Какого… Схихийница!? — выдохнул Рэйнэн, вглядываясь в хрупкую женскую фигурку с вытянутой в его сторону рукой, за спиной которой сплошной стеной поднимался огонь. Шок. Стихийница такой силы в этой тьмой забытой дыре!? Откуда в человеческом мире обладательница магии древних? Рэйнэн сразу понял, девчонка плохо владеет даром, иначе тут уже было бы месиво. Слишком хорошо темный император помнил встречу с последней из рода стихий. Осторожно, так, чтобы разгневанная магиня ничего не успела понять, он поднял руки, произнося заклинание. Призрачная серо-голубая дымка сорвалась с пальцев мага. Исчезли звуки. Люди, воины, лошади — все замерли как изваяния. Преодолев за миг разделявшее их расстояние и глядя в широко распахнутые от страха глаза девушки, Рэйнэн тихо произнес:

— Огонь был ошибкой.

— Почему? — дрожащим голосом спросила ничего не понимающая Тамми.

— Ты стоишь против ветра. Если я направлю в твою сторону волну воздуха, деревня сгорит дотла за считанные секунды. Ты ведь не хочешь, чтобы кто-то пострадал?

— Нет, — обреченно произнесла девушка, и стена огня медленно стала таять, как снег на солнце.

— Почему все замерли? Что ты с ними сделал?

— Стазис. Он еще никогда никому не вредил. Мне не нужны бессмысленные жертвы. Тебе придется сделать выбор. Ты идешь со мной по своей воле, и я никого не трону, или я уничтожу все здесь и заберу тебя силой.

Тамми так хотелось плакать, но разве могла она позволить себе выглядеть слабой в глазах этого чудовища. Гордо вскинув голову, она бросила с вызовом:

— Отзови своих псов, я пойду с тобой.

Почти незаметное движение рукой, секунда — и все вокруг пришло в движение.

— Уходим, — рыкнул «демон».

— Точно псы, — зло отметила про себя Тамми. Воины как один развернулись, услышав зов хозяина, и, проворно взобравшись на лошадей, выстроились ровной колонной.

Незнакомец поднял пленницу, усадил на огромного черного жеребца, легко запрыгнул на лошадь, устроившись сзади. Ощущения от близости этого ужасного человека были жуткие. Воин взял поводья, и Тамми оказалась запертой в кольце его рук. Взгляд ее невольно упал на широкие, мощные запястья мужчины, обвитые проступавшими из-под кожи лентами вен. Огромные ладони с длинными гибкими пальцами крепко сжимали кожаную узду. Содрогнулась от воспоминания, как эти руки душили ее Ноэля. Резко крутанувшись в седле, Тамми попыталась отыскать взглядом любимого.

Парень лежал на спине без движения. Вздох облегчения вырвался из груди девушки, когда она увидела, что Ноэль зашевелился и попытался подняться. Светлые волосы безумным водопадом рассыпались по траве, бледное, обескровленное лицо. Взгляд, ставших словно стеклянными, глаз. Боль, исказившая лицо до неузнаваемости. Она читает по его губам, как он произносит ее имя.

— Нет! Тамми! — кричит он. Крик рвет сердце на мелкие клочья. Ноэль резко встает и бросается к ней. С пальцев демона срывается темное облако и, ударившись о грудь парня, отбрасывает его назад.

Черный отряд по взмаху руки срывается на бешеный галоп, стремительно покидая взбудораженную деревню. Ветер бросает в спину удаляющейся Тамми душераздирающий крик Ноэля:

— Я найду тебя…

От сумасшедшей езды у Тамми дико болела спина. Всю дорогу она пыталась держать ее ровно, чтобы невзначай не прислониться к груди сумасшедшего похитителя. Девушка спиной чувствовала исходящую от него мощь и звериную силу. Мужчина был магом. Она не могла объяснить природу его дара, но чувствовала его каждой клеточкой своей кожи. Какая же она глупая, думала девушка. Как ей в голову могло прийти пытаться защищать этого монстра. Нужно было дать Ноэлю и братьям прикончить его еще тогда, в лесу. Потом, вспомнив, как маг одной рукой отбросил любимого, с ужасом поняла, что она спасла их всех. Монстру ничего не стоило перебить братьев еще вчера. «Что же со мной будет? Зачем я нужна этому чудовищу?» — думала она.