Дожить до коронации
Шрифт:
— Кто?! — Я вскочила и сжала кулаки, готовясь прямо сейчас бежать и разбираться с беспардонным заказчиком. Архимаг отшатнулся и ткнул пальцем в Артлейна. — Вам-то это зачем?
— Я должен проверить все варианты, — не стал оправдываться начальник тайной канцелярии. Это моя работа! Уж не обессудьте!
— Да! — подтвердил архимаг. — А еще он к вам и на милю не подошел бы, если бы не был уверен, что он вам не безразличен.
Интересно, в Зимнем саду можно будет прикопать одного вредного старика?
— Ой! — Кажется, мои мысли опять прочитали и начали медленно продвигаться к выходу из кабинета. — Лучше я пойду. Куда-нибудь. Прогуляюсь. В сад. Зимний. Местечко присмотрю!
И захлопнул за собой дверь.
Мы остались вдвоем.
Эол попытался что-то сказать, но я предупреждающе выставила руку, останавливая:
— Помолчите ради Неба! Я слишком зла, чтобы вас услышать! Вы то оставляете меня наедине с проблемами, то предлагаете решить все одним щелчком пальцев! То подвергаете необоснованному риску, то стараетесь защитить! То игнорируете, то готовы ночевать у меня под дверью! Я вас не понимаю! Вы хоть сами себя понимаете? Чего вы от меня хотите? Я не вижу в ваших поступках ни капли логики!
— Леди Аврора, вы правы! — вдруг согласился невозможный мужчина. — Сейчас не время и не место обсуждать такие темы! Вы ведь именно этого хотите — красивых слов и заверений? Простите, но почему вы не можете оценить меня по поступкам? Кажется, они достаточно красноречивы!
— Я не хочу вас слушать, — встала, чтобы выйти из кабинета. Желательно — как можно быстрее. Слишком колотилось сердце.
— Я и не буду говорить! — Артлейн вскочил на ноги, схватил меня за руку и притянул к себе. — Не сейчас!
— Хорошо! Когда? — Пусть уж лучше говорит, чем столь пристально изучает мое лицо. Уперлась руками в грудь мужчины, пытаясь сохранить хоть минимальную дистанцию. И твердо посмотрела в глаза. Я уже достаточно разобралась в характере герцога, чтобы быть уверенной: если не дам повода, он и не подумает… сделать что?
— Сегодня. Вечером, — прохрипел Ворон, завладел моей рукой и поцеловал тыльную сторону ладони.
Предательское сердце ухнуло. Мир начал кружиться и…
— Кхе-кхе! — раздалось со стороны двери.
Да благословит Небо очень трудолюбивых секретарей! И почему Артлейн до сих пор не отправил эту даму в бессрочный отпуск?
А вот эол не растерялся:
— Гертруда, будь добра, проводи леди Аврору в гостевое крыло. Она уже уходит.
Провел к выходу из приемной и снова поцеловал ладошку. Будто такое между нами заведено испокон веков и просто не могло быть по-другому.
— Конечно, конечно, — скептически выдала Гертруда, но комментировать или оспаривать указание не стала. Только всунула в руки начальника увесистую кипу документов и папок да напомнила о каких-то важных встречах.
Не успела я войти в свою комнату, как воздух вокруг меня сгустился, стал вязким, словно летний мед. Неужели опять!
Опять не пошевелиться! Опять чувство беспомощности и беззащитности.
По спине пробежала холодная струйка пота. Я уже знала, что за моей спиной стоит незнакомец с зимнего маскарада и пришел он не просто справиться о моем здоровье.
— Какая отличная идея! Жаль, исполнение немного подкачало! Но с кем-нибудь другим могло бы и сработать. Не спорю…
— Не понимаю, о чем вы!
Кажется, эта фраза станет моей любимой!
— О нашем общем друге, герцоге Артлейне. Если у него нет слабостей, стоит их создать! Но у вас не хватит времени его соблазнить. Хоть вы, моя дорогая, и близки к успеху!
Сознание зацепилось за главное.
— Что значит — не хватит времени?
— Коронация Доминика состоится через два месяца. Прекращайте виться вокруг Артлейна и займитесь наконец главным. Ваша задача — убить Ольгу.
Плечо уколола невидимая игла.
— А это небольшая страховка. Чтобы вы не думали затягивать с выполнением задания.
ГЛАВА 20
Мне снился странный сон.
Я лежала на спине в своей кровати. Почему-то в одежде, не сняв неудобных туфель. Изучала складки балдахина, а это такое интересное занятие. Повернуть голову и посмотреть, кто скрипнул дверью и вошел без приглашения, было лень. Или я не могла пошевелиться?
— Спит? — Голос женский, не вызывающий приятных ассоциаций. Воображение быстро нарисовало худую женщину с недовольным лицом и ярко-рыжей, на грани вульгарности, копной густых волос. Еще хотелось одеть ее в игривый пеньюарчик, но здравый смысл подсказывал, что на ней платье по последней моде. Возможно, даже темных траурных тонов. Надо же леди выражать верноподданнические чувства с минимальными потерями для собственной красоты. И волосы не рассыпаны по плечам, а собраны в строгую классическую прическу. Титул для гостьи тоже придумался. Не быть ей выше баронессы, не быть.
— И еще долго проспит, — пропыхтел ее спутник. Его я представила мужчиной средних лет в самом расцвете сил. С пышными усами. Лакированными туфлями. И звездой за заслуги перед государем. Кажется, он нес не самую легкую ношу. — Вот только понять не могу: зачем нам лакей?
— Сам к ней в постель хочешь? — Рыжая остановилась рядом и оценивающе меня осмотрела. — Н-да, раздеться она не успела. Придется импровизировать.
Шуршание платья. Затем я почувствовала, как мой дорогой придворный наряд без сожалений разрезают тонкие маникюрные ножнички. Где резали, а где просто рвали. А кружева ручной работы. Жалко.
Хотелось возмутиться. Разозлиться. Но свет настенных светильников так интересно играл в складках балдахина! Уверена, я еще успею высказать им свой протест.
— Э нет! Эта леди для меня слишком худая! Еще сломается!
Противный у него хохот.
— Дорогой мой Леманчик, — женщина прекратила истязать мое платье и начала активно жестикулировать ножницами, — если не ты, то кто? Правильно, кто-то другой. Не просто мужчина, а мужик. После которого наш брезгливый герцог и не посмотрит в ее сторону.