Чтение онлайн

– Точно не помню… Я не спрашивал.

– Но у него был акцент?

– Конечно.

– Итальянский?

– Нет. Скорее, одной из северных стран – Дания, Швеция, возможно, даже Германия, хотя он, разумеется, пытался его скрыть. Явно не итальянец. Блондин. Кроме того, его имя ничуть не похоже на итальянское…

– А как его звали?

– Не помню его имени, а вот фамилия – Фармер. Мне это запомнилось, потому что звучит по-английски, хотя его никто не принял бы за англичанина.

Имя, конечно, выдуманное, решила Пет. Волосы, возможно, покрашены, акцент подделан. Но Амберлей быстро распознал бы самозванца, так же как легко узнал бы фальшивый камень. Возможно, мистер Фармер все-таки не был Витторио д'Анжели.

– Лорд Амберлей, не знаете ли вы, куда отправился этот человек после того, как продал вам ожерелье? Это очень важно.

– Не знаю, куда отправился, но я случайно узнал, где он находился несколько лет спустя. И это крайне удивило меня.

– Что именно?

– Я увидел его фотографии в газетах. Оказалось, что он преступник и его посадили в тюрьму.

– В тюрьму?!

– Да. Я испугался, что арест связан с ожерельем, поэтому постарался подробнее разузнать о нем. Но ничто не указывало на то, что оно ворованное. Это чрезвычайно обрадовало меня, потому что Касси очень любила это украшение.

– Лорд Амберлей, я должна найти Фармера! – воскликнула Пет. – Вы не помните название тюрьмы? – «Даже если его там нет, – подумала она, – можно отыскать какие-то сведения о нем».

– «Уормвуд скрабз», – сказал Амберлей, – но без медиума вам не удастся поговорить с ним. Он там умер.

Пет охватило горькое разочарование. Ниточка оборвалась.

Пет встала.

– Вы были очень терпеливы, лорд Амберлей. – Она протянула ему руку. – Спасибо.

– Не за что, не за что. Всегда буду рад вас видеть.

Уже собираясь выйти, Пет задала ещё один вопрос:

– Лорд Амберлей, а за что этого Фармера посадили? Его обвиняли в воровстве?

– Нет, мисс д'Анжели. Его посадили как фальшивомонетчика.

В вагоне поезда, направлявшегося в Лондон, Пет обдумывала то, что узнала от графа Амберлея.

Витторио забрал коллекцию Ла Коломбы из швейцарского банка, представив подделку верхней половинки флакона. Тот, кто сделал эту фальшивку, очевидно, был одаренным мастером. Мог ли взяться за это человек, занявшийся впоследствии изготовлением фальшивых денег?

Без сомнения! Фармер навел бы ее на след Витторио. Но он мертв.

Пет охватило отчаяние. У нее нет времени на поиски потерянного сокровища. Она вспомнила слова Лотти: «Вам лучше вернуться домой до конца недели, мисс. Иначе лишитесь работы. А вместе с вами и я, а мне мое место очень нравится».

Пет знала, что Лотти права. Она провела в отъезде почти месяц, вдвое дольше, чем планировала. Сейчас, когда рядом не было Хиро, Пет знала, что ее влечение к нему несопоставимо с чувством к другому человеку.

Решив покинуть Жемчужного Принца, Пет больше не хотела прятаться от того мира, который выбрала для себя.

Толкая перед собой багажную тележку в аэропорту Джона Кеннеди, Пет шла мимо газетного киоска. Ее глаза автоматически скользнули по заголовкам газет и внезапно остановились на первой странице «Дейли ньюс». Она увидела фотографию женщины с закрытыми глазами, лежащей под капельницей. Статья называлась «Живой труп».

В женщине она узнала. Джесс.

Пет начала лихорадочно шарить по карманам в поисках мелочи и тут же заметила фотографию в «Пост»: Фернандо де Моратин в наручниках заходит в полицейский участок.

Купив газету, Пет выяснила, что Джесс лежит в больнице Ленокс-Хилл без сознания в результате приема большой дозы инсулина. Пет похолодела, прочитав, что, по мнению врачей, мозг поражен и кома необратима.

Но почему арестован Фернандо? Ее глаза скользнули вниз по колонке…

«Так как миссис де Моратин страдала диабетом и находилась под постоянным наблюдением, вначале ничего не заподозрили. Однако родители миссис де Моратин потребовали расследования, в результате которого полиция арестовала ее мужа. Не углубляясь в детали, детектив Джон Терасси сообщил репортерам, что, по мнению полиции, мистер Моратин ввел жене смертельную дозу инсулина. Он арестован по обвинению в умышленном убийстве».

Оцепенев от ужаса, Пет быстро покатила тележку к выходу из аэропорта.

В залитой светом комнате Джесс казалась особенно бледной. К ее телу тянулись многочисленные трубочки. Рядом попискивали и гудели электронные приборы и аппарат для искусственной вентиляции легких. Возле дочери сидела резко постаревшая Салли Уолш.

Когда вошла Пет, Салли повернула к ней голову:

– Она проснется, Пет. Ты знаешь, она уже была в коме. Она проснется.

Пет кивнула, хотя знала, что прогноз крайне неблагоприятный. Врачи сказали ей, что уровень инсулина у Джесс катастрофически низкий, а энцефалограмма практически не выявляет активности мозга.

– Я всегда боялась за нее, – тихо сказала Салли. – Всю жизнь боялась чего-то такого.

«Поэтому старалась держаться подальше и лишила Джесс своей любви?» – подумала Пет, но промолчала.

Глядя на неподвижную подругу, она вспомнила последнюю встречу с ней за обедом в «Плаза-Палм-Корт» – как раз перед тем, как Пет отправилась на свадьбу Андреа. К тому времени Джесс уже сообщила Фернандо о будущем ребенке и сказала, что он очень обрадовался…

Предположим, Фернандо не был рад. Но достаточное ли это основание для убийства?

– А что с ребенком? – спросила Пет.

Салли Уолш сделала вид, будто не слышала вопроса.

– Ребенок, Салли, – повторила Пет чуть громче, – он?..

– Погиб, – безжизненным голосом отозвалась та. – Плод удалили вчера вечером.

Слова падали как камни. Пет безмолвно смотрела на подругу.

«О, Джесс, – взмолилась она, – неужели я предала тебя? Могла ли я что-то сделать?»

Внезапно на нее нахлынули воспоминания о свадьбе Джесс и ссоре с Люком, который презирал Фернандо и не верил ему. Пет вспомнила его слова: «Фернандо почти признал, что женился на Джесс ради ее денег…»