Чтение онлайн

Накадзима был самодвижущимся роботом шестого поколения, способным воспринимать отдаваемые голосом команды, но не умеющим их подавать. Он молча протянул свой суставчатый захват, взял заряд, положил его в контейнер и покатил в центр контроля для доставки предмета на изучение.

В пятидесяти метрах от двери силовой подстанции, в месте, достаточно удаленном от людей и важного оборудования, пластиковая бомба с зарядом взрывчатки «Си-8» сдетонировала, и громоподобный рокот взрыва раскатился по бетонным коридорам пятого уровня.

Центр «Дракон» был спроектирован и построен с расчетом на самые сильные землетрясения, и каких-либо заметных разрушений его конструкций не произошло. Проект «Кайтен» остался нетронутым и готовым к действию. Единственным результатом срабатывания подложенной Уэзерхиллом бомбы оказалось полное разрушение курьера Накадзимы.

Охранники-роботы сообщили службе безопасности о странном происшествии в саду прежде, чем Питт успел поднять свой самолет с поворотными турбинами над живой изгородью. Поначалу сообщение роботов было сочтено результатом неверного визуального восприятия, но когда немедленный поиск Сумы оказался безуспешным, в помещениях службы безопасности поднялась безумная паника.

Из-за своего непомерного самомнения и параноидального пристрастия к секретности Хидеки Сума не проинструктировал своих старших управляющих, как им действовать в экстренных случаях в его отсутствие. Запаниковав, руководители службы безопасности попытались связаться с Каматори, но быстро обнаружили, что на их телефонные звонки и обращения по громко-говорящей связи никто не отвечает, а вызовы его персональных роботов-охранников также остались безответны.

Специальная оперативная группа, усиленная четырьмя вооруженными роботами, бросилась к апартаментам Каматори. Старший офицер громко постучал, но, не получив ответа, отступил в сторону, приказав одному из роботов взломать дверь, оказавшуюся запертой. Толстая непрозрачная стеклянная преграда была быстро разбита вдребезги.

Офицер осторожно прошел через пустую переднюю комнату, просматриваемую видеокамерой, и медленно вошел в комнату с трофеями. У него отвисла челюсть от невероятного зрелища. Моро Каматори висел на стене в вертикальном положении, его плечи поникли, глаза были широко открыты, а изо рта бежала струйка крови. Лицо Каматори было перекошено от боли и ярости. Офицер оцепеневшими глазами смотрел на рукоять сабли, торчавшую из паха Каматори; клинок проходил насквозь через его тело, приколов его к стене.

Изумленный офицер не мог поверить, что Каматори мертв. Он осторожно потряс его и попытался заговорить с ним. Через минуту до него наконец дошло, что опоздавший родиться самурайский воин уже больше никогда ничего не скажет. И только тут офицер впервые заметил, что пленники убежали и роботы-телохранители Каматори застыли в неподвижности там, где стояли.

Паника еще больше усилилась известиями об убийстве Каматори и почти одновременным взрывом на пятом ярусе. Ракеты класса «земля-воздух», размещенные по периметру острова, поднялись из своих бункеров, были нацелены и готовы к запуску, но команда на пуск не была отдана из-за неуверенности, не находится ли Сума на борту самолета.

Но вскоре действия людей Сумы стали управляемыми и целенаправленными. Видеозаписи роботов-охранников были заново просмотрены, и они ясно показали, что Суму силой затащили на борт его самолета.

Стареющий главарь «Золотых драконов», Корори Ёсису, и его финансовая опора, Ичиро Цубои, находились в токийской конторе Цубои, когда до них дозвонился директор службы безопасности Сумы. Они немедленно приняли на себя руководство всеми действиями людей Сумы.

Через восемь минут после взрыва Цубои, воспользовавшись своим значительным влиянием в военных кругах, сумел организовать вылет двух реактивных истребителей в погоню за ускользающим самолетом с поворотными турбинами. Он приказал перехватить самолет и попытаться посадить — его обратно на остров Сосеки. Если это окажется невозможным, они должны будут уничтожить самолет со всеми, кто находится на его борту. Цубои и Ёсису согласились, что, несмотря на их многолетнюю дружбу с Сумой, для Проекта «Кайтен» и их новой экономической империи будет лучше, если Сума умрет, чем если станет орудием шантажа со стороны иностранной державы или, что еще хуже, окажется выставленным на показ публике в качестве обвиняемого перед американской судебной системой. И, кроме того, была устрашающая уверенность в том, что Суму заставят выдать детали японской секретной технологии и план экономического и политического господства американским специалистам по допросам из разведывательных служб.

Питт взял курс по компасу на то место, где корабль находился в тот момент, когда он покинул его, отправившись на остров Сосеки. Он выжимал из двигателей все, что мог, опасно превышая их расчетные нагрузки, пока Лорен отчаянно пыталась связаться с «Беннетом».

— Кажется, я не могу пробиться к ним.

— Ты на правильной частоте?

— Шестнадцатый диапазон высоких частот?

— Неверная частотная полоса. Переключи на УКВ и используй мое имя в качестве наших позывных.

Лорен установила переключатель на УКВ и снова набрала частоту. Затем она заговорила в микрофон, прикрепленный к наушникам у нее на голове.

— Питт вызывает американский корабль «Беннет», — сказала она. — Вы меня слышите? Вы меня слышите? Пожалуйста, ответьте.

— Говорит «Беннетт». — Ответ прозвучал так громко и ясно, что барабанные перепонки Лорен под наушниками чуть не лопнули. — Это действительно вы, мистер Питт? У вас такой голос, как будто со времени нашей последней встречи вы сменили пол.

Самолет, который вел Питт, был засечен сверхчувствительными системами обнаружения «Беннетта» в ту же секунду, как он поднялся с земли. Как только стало ясно, что он взял курс на восток над морем, его отслеживала тактическая система электронной войны и разведки. Предупрежденный об этом инциденте в течение нескольких минут, капитан Харпер расхаживал по штабной каюте, каждые несколько секунд останавливаясь и заглядывая через плечи операторов, смотрящих на экраны радаров и мониторы компьютеров, анализирующих и усиливающих сигналы от приближающейся цели, стараясь распознать ее природу.

— Вы можете различить…?

— Либо самолет с поворотными роторами, либо с поворотными турбинами, — опередил оператор вопрос капитана. — Он поднялся вертикально, как вертолет, но приближается к нам слишком быстро для винтокрылой машины.

— Курс?

— Один-два-ноль. Похоже, что он направляется к тому месту, откуда мы запустили двух «Ибисов».

Харпер бросился к телефону и снял трубку.

— Радиорубку.

— Радиорубка слушает, сэр, — мгновенно послышался ответ.

— Есть какие-нибудь радиосигналы?

— Никаких, сэр. В эфире тихо.

— Позвоните мне в ту же секунду, как что-нибудь услышите. — Харпер положил трубку. — Курс меняется?

— Цель по-прежнему следует курсом один-два-ноль, слегка к югу от восточного направления, капитан.

Это должен быть Питт, хотя это и не может быть он. Но кто еще летел бы именно к этой точке? Совпадение? — гадал Харпер. Будучи не из тех людей, кто любит сидеть, ничего не предпринимая, он пробурчал приказ своему помощнику, стоящему рядом.

— Поверните на курс в сторону позиции, из которой мы запустили «Ибисов». Полный ход, пока я не прикажу вам что-нибудь другое.