Драконье горе
Шрифт:
«Один Демиург знает, что он несет!!! – с тоской подумал лорд Сорта и тут же сам себя оборвал: – А может, как раз только он и знает?!»
Вслух же граф довольно холодно спросил:
– Почему ты мой замок называешь таким странным именем – «коттедж»?
– Так вы ж, «новые русские», все себе коттеджи лепите. Еще никто замком свой дом не догадался назвать. Ты первый!
«Ничего не понял…» – с прежней тоской подумал граф и задал новый вопрос:
– Ты себя называешь «мент» – что это такое?
– Ну… как что такое!… – привычно удивился сумасшедший. – Мент, он и есть – мент. Старший лейтенант милиции я… Вы же сами нас так называете!…
«Кто кого так называет?!» – засвербело у графа в голове, но он не подал виду, что находится уже на грани нервного срыва. Такое состояние при общении с этим Юрием было у него не впервые, и он уже научился с ним справляться.
– Кого ты называешь «полковником»? – задал он самый интересный для него вопрос, сам он был полностью уверен, что сквот этим именем называет Демиурга – только в этом случае его угрозы имели смысл и основу!
– А полковником я называю… полковника! – как обычно после этого вопроса заорал сквот. – Ты что, с полковником Быковым Василь Василичем не знаком?! Так ты с ним еще познакомишься!… Когда он тебя в бараний рог крутить начнет! У него и не такие, как ты, на карачках в собственной блевотине ползали!! И покруче тебя…
«Опять он понес какую-то непонятную чушь! – едва не застонал граф. – И ведь даже замковый подвал его ничему не научил!…»
– Где и когда ты познакомился с Черным Рыцарем?! – резко оборвал лорд Сорта невозможную ругань своего пленника новым, неожиданным вопросом.
И сквот немедленно заткнулся, заморгав бессмысленными глазами.
«Вот он и попался! – обрадованно вскинулся граф. – Он явно знает Черного Рыцаря и боится в этом признаться!»
Сквот между тем лихорадочно облизнул губы и переспросил:
– С кем я познакомился?…
– С Черным Рыцарем!… – повторил Альта и, чуть помедлив, добавил: – Он тебя прекрасно знает!
– Знает?! – тупо повторил сквот и задумался. Минуты три длилось молчание, а затем сквот твердо произнес:
– Нет, я не знаю братана с такой кличкой! Черного Крыся знаю… Черную Вдову знаю… О Черном Баране читал… в газете… А Черного Рыцаря точно не знаю!
– А тем не менее именно Черный Рыцарь тебя разыскивает и… И мы договорились, что я тебя ему отдам… если он кое-что для меня сделает…
Лицо у сквота немедленно сделалось совершенно тупым и он хрипло произнес:
– Я в ваших криминальных разборках не участвую! И разменной монетой в ваших темных делах быть не собираюсь!
Графу очень хотелось заорать в это каменное лицо, что его – нищего, сумасшедшего, никому не нужного, жалкого сквота никто и спрашивать не будет, что с ним делать, но внезапно понял, что ему не суждено понять своего пленника… как, впрочем, и его пленнику не суждено обрести ясный разум.
Лорд Сорта устало откинулся на спинку кресла и лениво проговорил:
– Тебя переведут из подвала башни наверх и приставят к тебе прислугу. Еду и питье ты будешь получать с кухни для слуг. Но не пытайся бежать, охранные заклинания замка тебя не выпустят. – И чуть повернув голову, он повысил голос: – Уведите его!…
Бесшумно открылась дверь, и за ней багровым всполохом метнулось пламя факела. В зал шагнул стражник, однако сквот, не обращая на него внимания, сделал шаг в сторону графа и каким-то новым тоном произнес:
– Слушай, братан, это… плесни мне из своего графинчика, неделю во рту ни капли не было!…
От удивления граф всем телом повернулся в сторону пленника и немедленно наткнулся на горящий, алчущий взгляд исстрадавшегося существа, явно наступившего на горло собственной гордости от полной безысходности.
– Но тебе же давали вино!… – невольно воскликнул Альта, отвечая на этот взгляд.
Сквот бросил быстрый взгляд на изумрудно мерцавший графин и, скривив губы, ответил:
– Это тот желтенький квасок ты вином называешь?… Да от него в горле даже не щиплет!…
Граф с новым удивлением взглянул на своего пленника, он прекрасно знал, что пьют его слуги и что уж в горле-то у сквота точно должно было бы щипать! И тут ему в голову пришла новая, весьма потешная мысль. Повернувшись к вошедшему стражнику, он приказал:
– Спустись к мэтру Груду и скажи, чтобы он прислал с тобой склянку с чистым алкоголем… Он знает, о чем речь… По дороге захватишь графин с водой и стакан. Быстро!…
Стражник, придерживая у пояса меч, мгновенно повернулся и исчез за дверью, а лорд Сорта снова уставился на своего пленника:
– Значит, вино, которое тебе давали, для тебя слабовато?!
– Да какое это вино, братан! – с неподдельным энтузиазмом воскликнул сумасшедший сквот. – Ни вкуса ни запаха!… Говорю тебе – тоска одна от такой выпивки!… И голова совершенно не работает! Не, братан, я думал, у вашего брата «Наполеон» рекой льется, а тут… – И он весьма выразительно сморщил свою небритую физиономию.
– А почему ты все время обращаешься ко мне с каким-то странным… именем… Что это такое – братан?! – неожиданно обратился граф к пленнику почти как к равному. И тот вдруг явно растерялся:
– Ну… как почему… вы же все эти… братаны… – Он сжал кулаки и, растопырив при этом мизинцы и указательные пальцы, замысловато помахал кулаками в воздухе. – Ну, может, ты – пахан, так ты скажи, я исправлюсь…
– Тебе уже несколько раз пытались втолковать, что ты попал в замок графа Альта, двенадцатого лорда Сорта!… – несколько раздраженным тоном проговорил граф. – Неужели невозможно запомнить такую простую информацию?!
– Я ж тебе говорю – неделю во рту ни капли! Что может запомнить такая голова?! И потом, сам подумай, ну какие сейчас графья-мрафья могут быть?! Что у нас – эпоха исторического материализма, что ли?!