Чтение онлайн

Полностью исцелить Томаса Жуга вчера не смог бы при всем своем желании — слишком много сил было потрачено на беготню, слишком много Томас потерял крови, слишком долго в травнике дремал его магический талант. Зарастив по мере сил разодранную плоть, Жуга оставил кабатчика под присмотром его жены — Томас был очень слаб и перенести его к Рудольфу Жуга не решился. Впрочем, Марта оказалась хорошей сиделкой, все наставленья соблюдала беспрекословно, хотя до сих пор косилась на травника с подозреньем. Сейчас Томас спал. Спутанная сеть лиловых вздувшихся рубцов покрывала его шею и руки. Жуга осмотрел его и удовлетворенно кивнул.

— Самое страшное позади, — сказал он Марте, уходя. — Недельки через полторы сможет встать. Раньше не надо, а то швы разойдутся. Побольше питья и какой-нибудь мягкой еды, только не надо пива и мяса. Свари ему тыквенной каши, репы испеки, что ли… И чтобы ничего острого! Никакой горчицы или уксуса, никакого чеснока!

В доме Рудольфа царила тишина. Телли так и не пришел. Жуга нахмурился, но ничего не сказал, лишь переоделся в чистую рубаху и принялся наводить порядок на полках.

Под вечер заявился Гельмут.

— Вот, — он бросил на стол два увесистых кошеля, — держи. Как договаривались. Сорок восемь монет серебром и тридцать четыре медяшки. Здесь все, что наменяли я, Давид и Генрих-Фридрих. Что у остальных, не знаю, у Хорста голяк… Ты хоть бы предупредил меня насчет тех троих! А то, понимаешь, приходят, приносят…

— Некогда было, — травник высыпал на стол монеты, переворошил. Взъерошил волосы рукой. — Сколько я тебе должен?

— Так, — тот скосил глаза на потолок. — Ну, прежде всего — шестьдесят талеров взамен этих, плюс все медяки один к одному, плюс сто пятьдесят четыре менки комиссионных… округляем… Хм. Это будет… это будет… Восемьдесят три талера.

— Не в ту сторону срезаешь.

— Я же сказал, что для тебя у меня скидка. Чем расплачиваться будешь?

— Серебром, — травник вынул кошель. — Отсчитывай.

В гробовом молчании отсчитали восемьдесят три талера, после чего травник сгреб принесенные Гельмутом монеты со стола и ссыпал их в отдельный мешочек, не разбирая. Гельмут завязал свой кошель и спрятал его в сумку.

— Может, еще чем помочь?

Жуга помедлил, покачал головой:

— Не знаю. Вряд ли получится. Что-то говорит мне, что их было по полсотни.

— Почему?

— Число хорошее. Впрочем, ладно, если что-то выцепишь, уговор наш остается в силе… Что-нибудь еще?

— Больше ни о чем спросить не хочешь?

Травник поднял голову.

— Например?..

— Например, не узнал ли я того, кто пришел их обменять.

Меняла тоже явно не спешил уходить.

— Ну и кто же это был?

— Нильс Торгесон, — ответил Гельмут, — торговый капитан. Его корабль снимается с якоря завтрашним утром, идет к Британским островам. Называется «Иггдрасиль». Найдешь его у желтого причала.

Травнику потребовалась ровно секунда, чтоб сообразить, куда тот клонит.

— Он не сказал, за сколько мест ему заплатили?

— За два.

Вот теперь Жуга умолк надолго.

— Ну что ж, — сказал он наконец, — спасибо. Ты мне и в самом деле очень помог.

Тил сидел на крыше, на самом ее гребне, прислонившись к теплой каминной трубе, откуда струился горьковатый угольный дымок. Сидел и смотрел на освещенные окна дома напротив.

— Рик, спишь? — подтолкнул он дракончика локтем. — Не спи, самое интересное пропустишь.

Тот вскинулся, зевнул и завертел башкой.

— Вон там, внизу, — подсказал Телли.

Дракончик выгнул шею, глянул вниз и встопорщил крылья, заприметив знакомую фигуру. Засучил ногами, когти заскребли по черепице, красноватые кирпичные крошки покатились вниз по крутому скату.

— Тихо, дурак! — прошипел Телли, ухватил его за шею и потянул обратно, — Тихо! Сам вижу, что Жуга… Сиди спокойно.

Травник шел по улице. Он шагал неторопливо, уверенно, по самой ее середине, не глядя на дома вокруг и не оглядываясь. Телли понял, что был прав в своих предположениях — путь его лежал в тот самый дом, напротив которого мальчишка и дракон облюбовали себе наблюдательный пост.

В том, что Телли увязался за Жугой, не было никакого заранее продуманного плана. Просто, выбравшись с утра на улицу, Рик тотчас же рванул на рынок подкрепиться, Телли погнался за ним, опасаясь, как бы чего не вышло, а поскольку день выдался солнечный и теплый и сидеть дома безвылазно не имело смысла, оба решили прогуляться. Вернее, это Тил решил прогуляться, а дракончик не имел ничего против — полдюжины прогорклых рыбешек, купленные Телли по дешевке, привели его в хорошее настроение. Купив себе пирожок и погрозив кулаком мелькнувшему на горизонте Румпелю-Щербатому, Телли направился к воротам Вавилонской башни — посмотреть, чего новенького.

И тут едва не столкнулся с Жугой.

Травник их не заметил. Тил сперва хотел его окликнуть, но поостерегся, сам не зная, почему. Жуга о чем-то договаривался с менялой в нише, что у въезда в переулок. Из рук в руки переходили деньги. Потом травник направился на другой конец рынка, как выяснилось вскоре — к другому меняле.

Он обошел четверых и Телли постепенно разобрало любопытство. Прячась за лотками и то и дело подзывая вполголоса Рика, так и рвавшегося вперед, он проследовал за травником до «Красного петуха», куда Жуга входить не стал, лишь постоял у заднего крыльца, затем — до «Башмаков».

— Слышь, Рик, — задумчиво пробормотал Телли, осторожно подсматривая за входом в корчму из-за угла, — а ведь он чего-то замышляет, наш Жуга. Как думаешь, а, Рик? Замышляет, а?

Рик высунулся посмотреть, что там, взглянул на корчму, на Телли, снова — на корчму, зевнул и отвернулся, явно не понимая, чего тут интересного. В это время дверь корчмы распахнулась и Тил поспешно потянул дракончика к себе за хвост. Рик возмущенно пискнул, но перечить не стал, тем более, что травник шел домой. Приятели двинулись следом.