Чтение онлайн

И Алиса рассказала этнографам о судьбе Магдалины и про то, как машину времени отключили на профилактику.

Пока Алиса рассказывала, этнографы добрались до избушки на курьей ножке. Они затащили оболочку дракона внутрь, засыпали ее сверху сеном, чтобы кто-нибудь случайно не увидел, а потом уселись пить чай.

За чаем они обсуждали важную проблему – где может водиться драконозавр, а рядом с ним жить Магдалина.

– Может, стоит до Москвы дойти, там на рынке купцов поспрашивать, – предложил леший. – Купцы – народ ушлый, ходят по разным странам и весям.

– Боюсь, что там соврут – недорого возьмут, – заметила Баба-яга, которая в жизни была аспирантом Колей Птичкиным. Он собирался изображать в экспедиции говорящего медведя, но в последний момент оказалось, что спецшкуру медведя сожрала моль. Из какой-то древней эпохи забралась на склад и расплодилась. Пришлось Коле Птичкину напяливать запасной костюм – платье Бабы-яги. Вот он и мучается. Но, как настоящий ученый, терпит.

– В пятнадцатом веке, – сказала русалка, сняв хвост и повесив его сушиться у печки, – люди еще не разбирали, где сказка, а где наука. Мой дед будет рассказывать сказку о Курочке Рябе, а если увидит золотое яйцо, то скажет – вот оно, из сказки. Хотя сам сегодня эту сказку придумал. Все знают, что драконы только в сказках бывают, а смотрят на драконью морду над лесом и верят, что этот дракон – настоящий.

– Так что тебе, Алиса, – сказал леший, – нелегко будет отличить драконью сказку от динозавра.

– Но ведь сказки откуда-то берутся, – сказала Алиса. – Я думаю, что динозавр Магдалины и помог людям придумать сказку.

– Хорошо, – решила Баба-яга, – я провожу Алису до торжища. Там у меня есть свои люди, заморские гости. Уж если кто знает о драконах, то это купцы.

Алиса попрощалась с этнографами, они ей в дорогу дали бутербродов, а потом она забралась на ковер-самолет, а Баба-яга уселась на помело. И они полетели в Москву, на рынок, который в пятнадцатом веке назывался торгом.

Летели они недолго. За полями и пастбищами показалась Москва. Сначала Алиса увидела деревни, которые тянулись вдоль дорог, потом земляной вал, а за ним снова пошли поля и домики.

Стены Москвы были белокаменные, крутые крыши домов поднимались над ними, между домами виднелись маковки церквей.

Баба-яга сделала крутой вираж над домами и пошла на снижение. Ковер полетел за ней.

И тут Алиса увидела большую площадь, забитую народом. Вдоль площади тянулись крытые ряды с прилавками, на свободных местах стояли телеги, груженные товарами. Чуть подальше нашлось место и для балаганов, и даже для трактиров – это был очень большой рынок.

Баба-яга помахала Алисе рукой и показала на свободное место – зеленую лужайку между двумя заборами. На лужайке играли дети, толстая тетка сидела на траве и укачивала младенца, две собаки носились друг за дружкой, а рыжий петух смотрел на них с укоризной. Не любил он, когда собаки бегают.

Первой опустилась Баба-яга, за ней – Алиса.

Из-за забора выбежала женщина в платке и цветастом платье и закричала на детей:

– А ну домой, озорники! Не видите, что ли, что Баба-яга прилетела? Вот попадете к ней в котел!

– Не беспокойтесь, уважаемая женщина, – сказала Баба-яга, прислоняя метлу к забору. – Ваши дети меня не интересуют. Я только провожу мою подругу, куплю кое-чего на ужин – и домой!

– А я тебе, старая, должна верить, что ли? – удивилась женщина. – И подруга твоя не человек вовсе – разве люди на коврах-самолетах летают? Люди при виде ковра-самолета под лавку лезут.

Баба-яга отмахнулась от сварливой женщины, взяла метлу на плечо, словно винтовку, и пошла к торговым рядам. Алиса спрятала ковер в мешок и последовала за ней.

И через несколько шагов они оказались в густой толпе.

– Держись за меня, – крикнула Баба-яга, – а то затопчут!

Она схватила Алису за руку и потащила за собой к трактиру, вернее, к нескольким столам на открытом воздухе, вдоль которых тянулись обструганные лавки. На столах стояли глиняные кружки.

– Здесь, – сказала Баба-яга, – мы найдем нужного человека.

Она подошла к одному из мужчин, сидевших за столом, и спросила:

– Афанасия не видел?

– А он арабских гостей допрашивает, – ответил мужчина. – Обещал скоро прийти.

– Тогда мы, Алиса, его подождем, – сказала Баба-яга.

Подбежал половой – так раньше называли официантов.

– Вам чего, госпожа Баба-яга? – спросил он.

– Две шипучки, – приказала Баба-яга.

– Вас здесь знают? – удивилась Алиса.

– Так не первый же день в экспедиции, – объяснила Баба-яга. – Чего ж нас не знать?

– Но почему они вас не боятся?

– А здесь народ битый, опытный, знают, кого бояться, а кто безопасный. Ну, скажем, детей рядом со мной не оставляют – а вдруг я ребеночка утащу? Но взрослых Баба-яга не трогает, это все знают.

– Это точно, – согласился половой, ставя перед Бабой Ягой и Алисой две глиняные кружки.

– Это что за шипучка? – подозрительно спросила Алиса.

– Квас это, ничего особенного. Я сама спиртных напитков не принимаю и тебе не советую. Тем более что бражка здесь хмельная! Ох и хмельная!

Алиса отхлебнула из кружки – квас был забористый, пенный.

К столу подошел молодой мужчина богатырского вида. Был он строен, широкоплеч, на голове шапка пирожком, а каштановые кудри такие тугие, что шапка не касалась головы.

– Меня звали? – спросил он.

– Присаживайся, Афанасий, – пригласила Баба-яга. – Кваску отведаешь?

– Детского не пьем, – ответил богатырь Афанасий. – Приучены к хмельному.

Половой сразу же умчался за новой кружкой. Афанасий посмотрел на Алису синими глазами и сказал:

– А девочка-то из далеких земель?

– Моя внучка, – сказала Баба-яга.

– Врешь, – усмехнулся богатырь, – не было у тебя ни детей, ни внучек.

Половой притащил целый кувшин браги. Афанасий налил себе в кружку и спросил: