Чтение онлайн

Васильев. Вовсе неслыханная. Республика на островах! Ушаков. Забодают?

Васильев. Боюсь за вас, Федор Федорыч. (Заметил появившегося па степе огненно-рыжего человека). Эй, кто там?

Человек исчез.

Боюсь.

Ушаков (помолчав). Слушайте, Васильев. Я — верный слуга государев. Присяге и трону предан до могилы. Но презреть законы земли, по коей ступает нога моя? Издревле, до господства чужеземцев, была в сих местах республика — смею ли не считаться с установлениями и обычаями страны чужой? Да, не империя, не королевство, не княжество — республика, ибо того требуют древние обыкновения Эллады, того хотят старейшины. Не повелителями явились мы сюда, Васильев, — токмо защитниками, друзьями, братьями. И да родится в Средиземном море дружеское России независимое греческое государство! А доносы! Свыкся с ними — без них и не по себе! Верно, умру — последний донос настрочат: не нашего века покойник. В гробу по-своему лежит — не по ордеру Адмиралтейств-коллегии!

Васильев (взволнованно). Федор Федорыч, потомки воздадут вам...

Ушаков. Полно, полно...

Гордиенко и Лепехин-сын медленно проносят носилки. Позади носилок идет Виктор.

Кого несете?

Матросы остановились.

(Склонился над носилками, вздрогнул, изменившимся голосом). Тихон!

Виктор. Он пал, господин вице-адмирал, водрузив русский флаг на последнем бастионе неприступной крепости Корфу.

Сенявин. Господин вице-адмирал, на остров прибыл...

Ушаков. Нет, нет, помолчим...

Ушаков склоняется над носилками, кладет на грудь Тихона шпагу генерала Шабо. Тишина. Появляется Мишеру в сопровождении Траубридж а. Мишеру оглядывается, замечает офицера в нарядном костюме — Сенявина, приближается к нему. Ушаков поднимается, дает знак матросам, они уносят носилки.

Мишеру (Сенявипу). Счастлив приветствовать знаменитого меж знаменитых. Я прибыл на сей благословенный остров, дабы вручить вам высший орден Неаполитанского королевства...

Сенявин. Вы ошиблись, кавалер. (Показал). Его превосходительство вице-адмирал Ушаков.

Мишеру (поворачивается к. Ушакову, невозмутимо, в тех же интонациях). Счастлив приветствовать знаменитого меж знаменитых. Я прибыл на сей благословенный остров, дабы вручить вам высший орден Неаполитанского королевства. Безмерно благодарен провиденью, что сия приятная миссия совпала с новою, ослепительною вашей победою. И коммодор Траубридж разделяет мои чувства...

Траубридж. Гм... и я разделяю. Благодарен... гм-м... провиденью...

Мишеру. Европа рукоплещет вашему гению. Этого подвига России мы не забудем.

Ушаков. Увы, кавалер! У Европы — память короткая.

Мишеру. Ваше превосходительство. Судьба Неаполя и обеих Сицилий — в наших руках! Италия стонет под игом французов. Император Павел требует, дабы вы шли на помощь королю Фердинанду. Его величество король Неаполя и обеих Сицилий молит вас о помощи и ждет вас. Он хочет видеть в бухте Неаполя вас и корабли наши немедля, независимо от того, возьмете ли вы Корфу или не возьмете...

Ушаков. Но я уже взял Корфу.

Мишеру. То есть... если бы...

Сенявин. А что ж Нельсон? Почему он не спешит на помощь Фердинанду?

Траубридж. Его эскадра осаждает Мальту.

Сенявин (иронически). Второй год?

Траубридж (вспыхнул). Мальту не так просто взять.

Сенявин. А вы полагаете — Корфу было взять просто?

Траубридж. У лорда Нельсона мало сил.

Сенявин. Больше, нежели у адмирала Ушакова, втрое!

Мишеру (галантно кланяется Сенявину, делает шажок к Ушакову, тянется к его уху, шепчет). Антр ну. Лорд Нельсон увлечен обществом самой прекрасной и... антр ну... самой легкомысленной женщины Европы... Надеюсь, вы догадались, о ком идет речь? Вот почему лорд Нельсон пребывает в Палермо и доверил осаду Мальты неопытному капитану Болле. Увы, пылкие влюбленные — дурные флотоводцы.

Ушаков (громко). Нельсон мой союзник, не смейте чернить его! Я знаю Нельсона как бесстрашного моряка и не желаю знать его как придворного неаполитанского двора. Чем еще могу служить, господин министр?

Мишеру. Простите, я не хотел сказать вам ничего дурного. Итак, что же я смогу передать моему королю? Выполните ли вы его просьбу?

Появилась в одной из амбразур цитадели огненно-рыжая голов а, исчезла, вновь появилась в другой амбразуре.

Ушаков (выпрямился). Я выполню приказ моего императора.

Шум. Матросы в сопровождении Метаксы и Виктора ведут связанного Орфано.

Виктор. Вот он... Не признали, господин вице-адмирал?

Ушаков. А! Волк линяет, да обычай не меняет! Давнишний знакомец!

Метакса. Уговаривал корфиотов: дескать, русские отдадут их во власть янычар.

Ушаков делает движение к Орфано, огненно-рыжий человек прицеливается в Ушакова.

Виктор. Федор Федо... (Бросается к Ушакову).

Выстрел. Виктор падает. В ту же секунду Метакса стреляет в огненно-рыжего человека. Тот сваливается прямо к ногам Ушакова.

Ушаков. Лекарь! Лекарь!

Виктор. Я вас не вижу, Федор Федорыч! Вы живы?

Ушаков (дрогнувшим голосом). Жив. (Склоняется над Виктором, берет его за руку). Жив. Тебе обязан.