Чтение онлайн

Пейдж сверлила нас обоих взглядом на расстоянии, сохраняя свою позицию. Она отказалась разговаривать с кем-либо из нас. Каждый раз, когда мы работали в одну смену, я буквально ощущала жар ее злости, бьющий в нашу сторону. Спустя несколько дней после того случая, когда она меня выгнала из дома, Рид попытался подойти к ней, но она просто развернулась и ушла, унизив его.

Мы оказались в тупике. Я не могла вернуться в ее дом, и она в очередной раз дала это понять, выложив всё моим родителям, из-за чего я оказалась в немилости и у них тоже.

Я отгородилась от всего этого, полностью погрузившись в свой маленький мир с Ридом. Когда я приходила в «Тарелку», я сразу приступала к работе, старательно избегая Пейдж, пока мы все суетились, как мыши, пытаясь справиться с вечерним наплывом посетителей.

Но в ту пятницу мы были настолько заняты, что в какой-то момент у Пейдж случилась временная амнезия, и мы работали вместе, чтобы пережить этот поток гостей.

Но мои надежды на малейшее перемирие рухнули, когда через час после закрытия дверей она ударила ладонями Риду в грудь и заорала на него без тени сдержанности.

— Моя сестра?! Ты. Чертов. Мерзавец! Ты просто не смог себя сдержать, да? Что ж, ты хотел ее — ты ее получил!

Из кабинета вышла Лесли и пресекла это на корню, но наполненных слезами и гневом глаз Пейдж было достаточно, чтобы мы оба замолкли до самой парковки.

У Рида был пикап Chevy, который был лет на десять старше меня, и его только что перекрасили в черный. Ремонт после аварии занял целую вечность, потому что машина считалась классикой. Кондиционер едва дул, чтобы охладить салон, а переключатель был из тех, которые нужно толкать пальцем вправо, чтобы усилить поток воздуха. Но он любил этот пикап. Это было очевидно. Салон был чистым и в приличном состоянии. Никогда бы не представила Рида за такой машиной, но, когда он возил меня в нем по городу, я уже не могла представить его ни в чем другом.

Я впилась взглядом в его профиль, пока он вез нас по улицам, которые вели обратно в безопасность, подальше от прожигающего внимания моей сестры.

— Почему она это делает? — спросила я.

Рид молча ехал несколько минут.

— Потому что она меня любит, но думает, что я кусок дерьма, Стелла.

Когда мы припарковались, мы еще минуту молча сидели в машине. Между нами витало немое облегчение.

— И ты ей веришь, — сказала я и повернулась к нему.

— Нет, нет! Мы не будем спорить сегодня, — сказал он, наклонившись и захватив мои губы, прежде чем вытащил ключ из зажигания и схватился за дверную ручку.

— Не верь ей, — сказала я, когда он проигнорировал меня и вышел из машины.

Я не собиралась с этим мириться, и остановила его у его лестницы.

— Рид, посмотри на меня, — потребовала я.

Его усталые глаза встретились с моими, когда я положила руки ему на грудь.

— Верь мне, а не ей. Не тому дерьму, что происходит у тебя в голове. Верь мне.

— Стелла, это не так просто.

— Это просто. Ты не тот, кем был вчера или позавчера. Поверь в это. Ты — не твои обстоятельства. Ты — не эта пустая квартира. — Я кивнула в сторону двери. — Это не ты.

Я стояла на ступеньку выше, чтобы наши. Глаза были на одном уровне.

Рид убрал прядь волос с моих губ и убрал ее мне за плечо.

— И кем, по-твоему, я являюсь, Стелла?

— Ты ботан-барабанщик, который вырос и стал рок-звездой. Это просто переходной этап.

Уголки его губ дрогнули в знакомой усмешке.

— А ты кто?

— Я женщина, которая увидит, как это произойдет. Женщина, у которой на кончике языка застряло огромное: «А я же говорила!».

Рид перекинул меня через плечо, и я вскрикнула, когда он шлепнул меня по заднице.

— Хватит с меня этого мотивационного спича, который я не просил, Граната.

— Мне начинает нравиться это прозвище.

Люблю тебя. Начинаю любить тебя, Рид.

Позднее той ночью я оторвала взгляд от своего ноутбука и увидела, как Рид мерит шагами квартиру и курит так, словно вот-вот отправится в рейс за океан.

Он закончил разговор по телефону с матерью час назад, прежде чем началось это хождение, и отказался говорить со мной. Насколько я поняла, его отцу становилось хуже. Я боялась давить. Не была уверена, какое мое место рядом с ним, и есть ли оно вообще.

Рид не проронил ни слова о том, что я живу здесь уже несколько дней. Он знал, что это всего лишь вопрос времени, когда я найду себе собственную квартиру. Но стоило ему остановиться, как он замолкал. Он черкал что-то в своих блокнотах и курил одну сигарету за другой на балконе.

Я задавалась вопросом: если бы нас не спалила Пейдж, была бы я здесь вообще, была бы желанной гостьей?

Но потом его темные глаза находили мои в пространстве между нами, и он одаривал меня своей коронной ухмылкой — и я просто знала. Мы в порядке. Всё в порядке.

— Когда ты позволишь мне посмотреть твою музыку? — спросила я, пока он сидел на бетонном полу на балконе, скрестив ноги в ботинках, с сигаретой во рту и ручкой в руке.

Он пожал плечами и продолжил писать.

— Ты, наверное, там рисуешь щенков.

Он запустил руки в волосы и вздохнул. Хотя он явно игнорировал меня, чтобы я замолчала, я ничего не могла поделать. Я улыбнулась. А потом нашла кого-то еще, к кому можно поприставать.

Я: Эй, шлюшка Бена! Что хорошего?

Лекси: Я не чья-то шлюшка. Дни. Осталось несколько дней!

Я: Десять!

Лекси: Несколько дней звучит лучше. Как дела?

Я: Я странно себя чувствую здесь. Такое ощущение, будто он вынужден держать меня у себя, потому что мы переспали. Насколько это нелепо? Я никогда не прощу Пейдж. Честно, я ненавижу ее сейчас. Завтра я пойду пешком искать жилье, и с этим будет покончено. У меня на примете два места.