Чтение онлайн

Я рассмеялся. Он меня бесил. Я походу его точно грохну, за бредятину, которую он тут выдал, и это мужику около трёхсот лет.

– Бойцы Скрытых кланов королями не становятся, мы королей убиваем и меняем на других. Так что твоя бестолковая теория, что я жажду всевластия, пуста и не имеет под собой почвы.

Я собрался уходить, но он кинулся ко мне, перегораживая дорогу, держал руки вверх.

– Говори,- теперь выдохнул ему в лицо дым. Задолбал.

– Что хочешь узнать?

– Ничего в тебе нет, чтобы могло мне пригодиться.

– Хочешь, расскажу, как и почему умер Лихо? – зло блеснули его глаза, хмель будто вылетел в один миг. Не дождался моей реакции и начал говорить.- Однажды Нилу Ильичу безумно повезло, он встретил девушку полумесяцем брось, на щёчке родинка…

– Дальше,- оборвал я этот концерт.

– Влюбился. Девушка чистокровный оборотень. В то время большая редкость! Посадил её на цепь, сделал ей ребёночка и любил, сколько хотел. А она его нет. Самка сбежала из Сибири в Санкт-Петербург, где вышла замуж за прекрасного человека, просто восхитительного. Но Лихо её нашёл и убил. Через много десятков лет, Нилу Ильичу улыбнулось счастье, он встретил Алёнку. Но по собственной ошибке, вколол ей вакцину, сделав оборотнем. Алёнка его отвергла, как неистинного – история должна была повториться. Только вот Белкина девушка очень умная. Она решила потерпеть. Нил знал, что противен любимой, при очередной потасовке с соседним кланом подставился под пули и покончил жизнь самоубийством. Таким образом, он Алёнку освободил, отпустил, не стал неволить, как первую самку.

Морок печально вздохнул и закурил. Запрокинув голову к серо-синему небу, вдохнул дым и выпустил его вверх.

А я стоял в полном ступоре. По телу побежали мурашки, бросило в холодную дрожь. Я попытался задать вопрос, но ком в горле не хотел рассасываться, пересохло всё во рту. Вот это встряска!

– Ты… ты,- заикался я.- Девушка оборотень… в те времена? В Питер с ребёнком от Лихо…

– Да,- усмехнулся Морок и я увидел, что он плачет. Крупные слёзы стекали по скулам и падали на помятую рубаху.- Иван Нилович Морок, отчим Фома настоял, чтобы мне дали его отчество, и все мои братья – Демоны тоже быль Фомичами. Алёне однажды рассказал, немного в другом формате, эту историю. Сказал, что первая жена Лихо загремела в цепь и умерла в подвале. Он её голодом морил, пытался добиться таким путём. На самом деле не умерла, сбежала.

– Ты с Прошей единокровные брат и сестра! – Я волком Дрёмой рыкнул, понимая к чему всё идёт. Я давал клятву оберегать потомство Крохи, это значит не дам осквернить ребёнка.

Морок не сразу заговорил, разводил сопли и слёзы, а я вообще офигевал от услышанного.

– Я не смогу без неё. Я зверь, для меня нет понятия родства. Умираю без неё, люблю до безумия. Понимаю, что нельзя, а сил нет. Никогда так не любил. Пятнадцать лет, Дрёма! Как только почуял её в розовых пелёнках, схожу с ума и терзаюсь сомнениями. За всю свою жизнь, я творил разные вещи, очень отвратительные. Мне страшно, последнее, что я сделаю, это начну спать с младшей сестрой. А ещё страшнее, что с её характером я не справлюсь и посажу малышку на цепь, это у нас, сука, семейное.

– Нил,- я задыхался от возмущения.
– Почему он не решил этот вопрос?

– С отцом мы то ссорились до яростной войны, то дружили. Никогда не принимал меня за родного сына. Алёнкиных своими детьми называл, а меня нет, даже когда я был совсем юн. Не так давно, принял меня к себе в стаю, расщедрился, старик, не без корысти. Чтобы обезопасить Алёну… Бл*дь, он только об Алёне и думал, о Проше нет! Не нужна была ему дочь! Лихо отдал мне стаю и присмотр за королевой и маленькой принцессой. Наше родство было закрытой секретной темой. Но любой грифы секретности со временем снимаются. Пришло время.

– Почему Нил не убрал тебя от своей дочери?!- недопонимал я.

– Он пытался её отгородить поначалу, а потом понял, что раз почуяв девочку, я не отступлю. Проша была отдана мне Нилом, как плата за убийство матери, он даже назвал её так же. Зверь. И я весь в него. Женюсь на ней…

– На своей сестре?

– На своей сестре.

– Которую ты старше на двести с лешем лет.

– Старше, голубки, намного

– Да, ну нах*й! – Я был возмущён до предела, Дрёма почувствовал мой настрой, выпустил мохнатую холку дыбом.

– Я пришёл к тебе…

– По адресу, я тебе помогу!
– рыкнул и, сделав несколько шагов, воткнул в его горло острейшие клинки своих десяти когтей. Морок не сопротивлялся, за этим и пришёл, чтобы я убил его, не допустил полное падение, страданий девочки на цепи в его подвалах.
– Ты не получишь ребёнка.

 Бурлящими фонтанами брызнула кровь из его плоти. Умирающий оборотень не корчился от боли, не кривлялся, в предсмертных порывах выжить. Он задыхался молча, уходил красиво, по-благородному. Выпала из его пальцев тлеющая сигарета.

Я выдернул окровавленные когти, мёртвое тело упало на железную крышу с грохотом.

Порушка выживет. Иван не пометил её, она будет свободна. Через три года, Морок уйдёт из её памяти. И я наверно не скажу ни одного плохого слова о нём, пусть он умрёт благородным дворянином. Со следующим женихом Прасковья не будет так жестока.

Морок обернулся волком, и я, взяв его именную зажигалку, поднёс огонь к шкуре. Труп зверя всполохнул огнём. Ушёл ещё один Вечный, уступив место молодому поколению.

Я покинул крышу и, в глубоком потрясении, добрался до машины. Ехал быстро, спеша увидеть родную женщину. Спешил к ней, понимая о какой любви говорил Морок. Безусловная, беззаветная, всеобъемлющая любовь к своей паре.

А потом позвонил батя и орал в трубку:

– Где Алёна?!

– Что стряслось? – устало спросил я, история с Мороком меня иссушила. И не, потому что эти семейные дрязги как-то меня волновали, страшно до боли было представить, что б с ребёнком произошло в объятиях зверя, в лапах старшего брата.- Тьфу!

– У Прасковьи истерика! И сказать ничего не может!

– У неё истинный умер, Морока убили. Дай её успокоительное, мы скоро приедем.

– А-а,- с пониманием протянул батя,- всё понятно, справимся, немеченая ведь.

Пахло вкусными пирожками с мясом. Матушка решила устроить нам поздний ужин. А мы пока порядок наводим. Дом наш новый ещё неделю будет строиться, так что нам придётся пожить в этом логове. Молодёжь на чердаке, мы с Алёной Ярославной в отдельной спальне под замком.