Древние
Шрифт:
Будь Лёха реальным супергероем, или хотя бы эльфийским асом крылатого доспеха с налётом в пару тысяч часов, может, тогда для него всё это не представляло проблемы. Но, увы, ничем подобным он не обладал, потому приходилось прикладывать все силы, чтобы не уронить неожиданно буйную спасённую и не свалиться в штопор самому.
— Брось эту дуру нахен, пока мы не гробанулись! — не выдержав, рявкнула Белочка.
Лёха даже отвечать не стал, всецело сосредоточившись на полёте.
Зато эльфийка старалась за двоих. Лёха даже позавидовал мощи её голосовых связок — девушка ухитрялась вопить даже на вдохе. В опере бы ей петь с такими талантами…
Присмотрев подходящую полянку, Стриж спикировал, чудом не превратив посадку в падение. С облегчением выпустив свою ношу, он попросил:
«Верни моё лицо».
«Энергию тратить», — недовольно заворчал демон.
«Я не для того спасал эту крикунью, чтобы она загнулась от инфаркта, узрев чешуйчатую рожу, — ответил Лёха. — Да и ты только что поужинала».
«То, что ты угостил меня ужином, не даёт тебе права указывать мне, что делать!» — театрально возмутилась Белочка.
«Давай отложим борьбу за права демонов на другой день, а?» — устало попросил Стриж.
«Ладно, — подумав, сдалась демоница, — хрен с тобой, рыцарь фигов».
Видимо в отместку, трансформацию она провела особенно болезненно. Даже перед глазами всё потемнело.
«Ну и куда она собралась?» — индифферентно поинтересовалась Белочка.
Едва зрение прояснилось, Лёха увидел, что эльфийка не только встала на ноги, но и пытается убежать в лес. Слепая и со связанными за спиной руками.
— Безумству храбрых поём мы песню, — пробормотал он, с интересом наблюдая за девушкой.
Путь к свободе преградил кустарник, подло кинувшийся в ноги эльфийке. Та споткнулась и плашмя шлёпнулась наземь, отплёвываясь от попавшей в рот листвы.
— Ну и что с ней делать? — вслух задал риторический вопрос Стриж.
«Трахнуть, убить и сожрать, — плотоядно облизнулась демоница. — И не особенно важно в какой именно последовательности».
«Ошибку осознал, советов просить не буду», — заявил Лёха, даже не пытаясь уточнить, шутила ли Белочка.
Эльфийка, едва услышав человеческий голос, замерла, прислушиваясь.
— Успокойся, — обратился к ней Стриж. — Я не причиню тебе вреда.
В ответ прозвучало несколько непонятных слов.
— Ты меня понимаешь? — предчувствуя недоброе, спросил Лёха.
Языковой барьер делал спасённую практически бесполезной для получения информации и вряд ли она, как Миа, владеет понятным ему языком жестов.
— Исьток, — к неимоверному облегчению, эльфийка заговорила пусть коряво, но понятно. — Тьи убьивать?
Поразмыслив, Стриж решил, что Исьтоком звали того мага, любителя походных развлечений.
— Да, — коротко ответил он эльфийке.
Та недоверчиво прислушалась и через пару секунд упрямо вздёрнула подбородок.
— Низьший, я неть ськазять, — забавно смягчая слоги произнесла девушка.
— Низший? — весело переспросил Лёха, вспомнив прочитанную ещё дома серию книг. — Скажи ещё, что гоблин.
— Я неть ськазять, — упрямо повторила эльфийка. — Убьить.
— Да откуда у тебя такая тяга к суициду? — пробормотал Стриж, подходя к пленнице.
Та, явно ориентируясь на звук, от души лягнула его связанными ногами и зашипела от боли, ушибившись о доспех.
— Номинант на премию Дарвина, — вздохнул Лёха. — Причём упорный.
«Что, даже упорней тебя?» — изумилась Белочка.
Не обращая на неё внимания, Стриж посмотрел на поджавшую отбитые ноги спасённую.
Продолжать разговор, или подождать, когда к эльфийке вернётся зрение? Может, увидев собрата, получится её разговорить? С другой стороны — её ушастым родичам ничего не мешает резать, пленять и насиловать друг дружку.
Попытка эльфйки поиграть в несгибаемого партизана одновременно забавляла и раздражала. Пожелай того Лёха, и эльфийка очень скоро «скьязать» бы ему всё, что нужно. Уж что-что, а получать информацию от захваченных источников его научили на отлично. Да и практика имелась, чего уж скрывать.
Вот только между «уметь» и «хотеть» лежит пропасть.
Девчонка, нащупав относительно острый обломок камня, тихонько пыталась перетереть верёвку. Понаблюдав за этим пару минут, Стриж без затей разрезал путы прихваченным с собой кинжалом. Далеко сослепу девчонка всё равно не убежит, а так может успокоится и захочет поговорить.
Похоже, воткни он острие в ногу эльфийке — произвёл бы менее сильное впечатление. Девушка с некоторым трудом поднялась на ноги и недоверчиво прислушалась, поспешно растирая запястья.
«Если вернусь домой, — подумал наблюдавший за ней Лёха, — подам рапорт с предложением ввести в программу обучения личного состава технику безопасности при обращении с магическими артефактами и основы налаживания контакта с волшебными существами».
«И вежливому обращению с демонами», — вставила свои пять копеек Белочка.
«Уговорила», — покладисто согласился он. Вслух же спросил у эльфийки:
— Тебя как звать? Имя?
Ответом была гордо взёрнутая голова девушки.
— Ну и дура, — резюмировал Лёха сдерживая желание отвесить подзатыльник упрямой «партизанке».
Ему нужна была информация. Очень нужна. И, если не удастся убедить глупую девчонку поделиться ею добровольно, придётся применить силу. Мерзко, противно, но он должен понять что за хрень тут происходит.
Строго говоря, эта ушастая может оказаться далеко не невинной барышней в беде. Никто не утверждал, что её приятели — «хорошие ребята» в той сцене, которой Лёха был свидетелем. Кто знает, может они шли, чтобы сжечь мирное селение, а их попросту успели перехватить и предотвратить трагедию. Ну а что девку поволокли для полевых утех — характеризует местные нравы, но никак не ангельские намерения пленников.