Чтение онлайн

— И моей рабыне будет позволено жить вместе со мной, а также повсюду сопровождать меня?

— Да, — ответил Гай Оппий, — но она должна вести себя соответствующим образом. То есть так, как подобает рабыне. В противном случае это будет несправедливо по отношению к легионерам, ведь их конкубины и внебрачные дети вынуждены жить за пределами лагеря.

Я обернулся и взглянул на Ванду, которая у меня на глазах сделала несколько глотков из кубка. Гай Оппий и Авл Гирт одновременно усмехнулись. Наверное, в тот момент они подумали, что я повернулся к Ванде, чтобы спросить у нее, могу ли я согласиться на такие условия.

— Что же, друид, ты готов стать писарем в канцелярии Цезаря? — спросил меня Гай Оппий. Я не знал, что сказать в ответ. Меня одолевали сомнения.

Я буду очень рад, если мне посчастливится работать в канцелярии вместе с тобой, — добавил Авл Гирт и приветливо улыбнулся мне. Я нисколько не сомневался в искренности его слов.

Я как раз собирался дать ответ на поставленный вопрос, когда у входа в палатку послышался чей-то грубый голос.

— Где здесь раздают глинтвейн? — заорал кто-то во все горло.

Когда я обернулся, незнакомец был уже внутри палатки. Он был одет в белую тунику офицера, украшенную позолоченной бахромой и широкой лиловой лентой.

— Мамурра! — воскликнул Гай Оппий. — Мы как раз обсуждали одно важное дело.

Но Мамурра, похоже, вовсе не собирался соблюдать какие-либо правила приличия. Его интересовало только горячее вино со специями. Подойдя к столу, он взял кувшин обеими руками и начал пить прямо из горлышка.

— Это Мамурра, которому Цезарь присвоил звание praefectus fabrum. Он заведует финансами проконсула и выполняет обязанности казначея, — сказал Авл Гирт.

— Но этим его таланты не ограничиваются. Он разбирается не только в финансовых делах Цезаря, но и отвечает за сооружение деревянных сторожевых башен, — добавил Гай Оппий, с уважением глядя на присоединившегося к нам римлянина.

— Довольно, довольно расхваливать меня! — рассмеялся Мамурра и тут же ловко стянул с себя забрызганные грязью кожаные сапоги. — Эй, куда запропастилась моя жена?! Пусть немедленно приготовит для меня ванну!

Гай Оппий три раза хлопнул в ладоши. Вновь появился Олус, на лице которого играла довольная улыбка. Мамурра подмигнул мальчику.

— Немедленно приготовь для меня ванну. А если вода будет слишком горячей, то я собственноручно оторву твои паршивые яйца и продам тебя в Александрию, где ты проведешь остаток жизни в окружении евнухов!

Олус широко улыбнулся и выбежал из палатки.

Гай Оппий взял со стола еще один кубок, наполнил его вином и протянул Мамурре. Мамурра одним глотком осушил его и пристально взглянул на Ванду.

— Эй, где ты купил такую красотку?

— Это рабыня, принадлежащая кельту, — ответил Гай Оппий.

— Кельт? — захохотал Мамурра. — При чем здесь кельт? Что это? Новая модная смесь пряностей?

— Что ж, для такого темного человека, как ты, Мамурра, объясню: кельты — это то же самое, что и галлы.

Мамурра кивнул и вновь рассмеялся.

— Значит, он хочет продать тебе эту германку?

— Нет, Мамурра! Кельта зовут Корисиос, и он друид. Корисиос будет работать в канцелярии Цезаря под началом Авла Гирта.

Теперь Мамурра перевел взгляд на меня и начал рассматривать не менее пристально, чем Ванду. По его глазам, которые буквально ощупывали мое тело, я тут же понял, что мужчины для него не менее желанны, чем женщины. Теперь я вспомнил: Урсул, примипил десятого легиона, советовал мне быть поосторожнее при встрече с неким Мамуррой.

— Значит, ты друид, — ухмыльнулся казначей Цезаря. — Наконец-то боги услышали мои мольбы. Я давно хотел увидеть настоящего галльского друида. Мне пришлось по вкусу ваше пиво, но ваши женщины, тела которых во многих местах покрыты волосами, способны вызвать только отвращение. А вот живого друида мне пока что видеть не доводилось… Скажи, друид, в самом ли деле существует такая трава, которая дает мужчине силу вулкана и делает его половой орган таким же твердым, как римский пилум?

Гай Оппий и Авл Гирт рассмеялись. Похоже, они уже привыкли выслушивать эротические фантазии Мамурры.

— Да, — ответил я спокойно. — Я слышал о таком растении. Думаю, я смогу приготовить для тебя такое зелье. Только дай мне время.

— Если ты обеспечишь меня этим чудодейственным снадобьем, то я сделаю тебя наместником в Гадах!

Мамурра кубок за кубком вливал в себя глинтвейн, словно это была обычная вода. Похоже, он ощущал непреодолимую потребность как можно быстрее напиться.

— Если бы мои легионеры обращались с лопатой так же ловко, как я со стилем [35] , то мы бы уже давным-давно окружили всю Галлию высокой неприступной стеной и насыпали перед ней вал!

— Мамурра, пока что это не твои легионеры, а легионеры Цезаря, — усмехнулся Гай Оппий.

— Ох уж этот Цезарь, — простонал Мамурра, наполняя до краев очередной кубок. — Представьте только, наш проконсул взял под свое начало еще два легиона из Италии — одиннадцатый и двенадцатый. Он собирается объединить их с тремя легионами, зимовавшими в Аквилейе, и отдать приказ всем пяти легионам перейти через Альпы… Он окончательно свихнулся! И я возьму на себя смелость утверждать, что…

— Но сенат не дал своего согласия на то, чтобы Цезарь взял под свое командование дополнительные легионы, — прервал Мамурру Гай Оппий. — Поступая таким образом, проконсул в очередной раз нарушает римские законы. Какую же должность он будет вынужден купить, чтобы против него не смогли начать судебное разбирательство по окончании срока его правления в Галлии?

Мамурра лишь пожал плечами и кивнул головой в сторону Авла Гирта.

— А вот это уже ваша работа. Вы и только вы можете убедить Рим в том, что границам римской провинции Нарбонская Галлия угрожает опасность. Мне известны твои способности, Гай Оппий, поэтому я почти уверен: тебе в конце концов удастся представить все в таком свете, что в честь Цезаря в Риме устроят триумфальное шествие, которое продлится минимум десять дней.