Шрифт:
Николай Гуданец
Дурачок Фаби
– Так вы, значит, лекарь...
– пробормотал Бьюнк, сунув задаток в нагрудный карман комбинезона.
– Ясно.
– Вывеска нужна к понедельнику, - сказал молодой врач.
– Надеюсь, вы успеете.
– Лекарь, значит, - повторил Бьюнк.
– Ну и ну. А чем вы собираетесь у нас заняться?
– Естественно, частной практикой. Насколько мне известно, в городке нет ни одного врача.
– Это точно. Последний дал тягу лет эдак двадцать назад. Бывали тут, правда, заезжие молодцы вроде вас. Больше месяца никто не выдерживал.
Уже было собравшийся уходить, собеседник Бьюнка задержался на пороге.
– Неужели так много пациентов?
– Наоборот, док, в этом-то вся и штука. У нас в городке никто не болеет.
– Позвольте... Как так не болеют?
– Да так. Разве что утонет кто или приключится поножовщина из-за девчонки. Но вы ведь не гробовщик, верно? У нас был один, да спился от безделья. Теперь гробы заказывают мне. Последний я сооружал три года назад, когда старик Хагес перепутал спирт с уксусной эссенцией. Такие дела, док.
– Странно. В вышей степени странно. Я вчера нанял этаж в доме неподалеку от вас. Хозяину известно, что я врач, но он ничего мне не сказал.
– Так вы небось не спрашивали.
– Почему же, я спросил, правда ли, что здесь нет врачей. Он ответил, правда.
– А чего еще ему говорить! Денежки-то уплачены?
– Естественно, за месяц вперед.
– Понятное дело. Кому охота постояльца терять. Ну, поживете месяц, отдохнете. Места у нас красивые, воздух что надо. Опять же харчи недорогие. А насчет практики выбросьте это из головы, док. Вывеску я вам сварганю, раз уж взял задаток, но учтите, что здесь вы нужны, как...
Бьюнк стал подыскивать сравнение поделикатнее.
Врач нервно теребил свою каштановую овальную бородку, отпущенную недавно для придания лицу солидности.
– Посмотрим, - сказал он вызывающе.
– Я полагаю, что если поискать, больные найдутся.
– Помогай вам господь, - насмешливо сказал Бьюнк.
Собеседники стояли в дверях мастерской, окутанные сложным запахом костного клея, опилок, паяльного флюса и неведомо чего еще.
Над ними красовалась яркая вывеска:
АНВЕР БЬЮНК - МАСТЕР НА ВСЕ РУКИ
Консультации по вопросам брака и семьи даются бесплатно.
...надо пойти к тому в самом большом доме нет сначала посмотреть кудрявую все ли в порядке а то у нее уже скоро и заодно ее отца мне что-то не нравится его тук-тут-тук посмотрю кудрявую и отца и пойду к тому в самом большом доме если не прогонят опять не дают никак посмотреть его поближе а я чую что надо скорее у него исправить только издали не разгляжу что и еще к худому зайти он уже совсем хорошо но может быть остались комочки в крови как это я его не заметил сразу чуть не опоздал но к нему зайду потом сначала обязательно к кудрявой у того приезжего в крови были такие гадкие белые вьюнки я почти всех повывел но не успел он уехал и кудрявая очень плакала у нее в животе маленький и тоже начались белые вьюнки я их всех вывел и долго надо было исправлять маленького отец кудрявой говорил не смотри на него а то родится такой как он и гнал меня а я все равно ходил исправлять маленького и теперь он выйдет из живота здоровый и вовремя и без вьюнков...
– Ничегошеньки у вас не выгорит, док. Точно вам говорю. Разве что будете за деньги себя показывать. Живой лекарь у нас в диковинку.
– Посмотрим, - сказал врач уже без прежней решительности и надел шляпу.
– Да, я хотел спросить, а что за консультации вы даете?
– Очень просто. Ежели какой дурень спросит, дескать, папаша Бьюнк, у тебя большой жизненный опыт, скажи, мне жениться или нет, я ему говорю: как хочешь, так и делай, все равно потом будешь каяться.
– Это, если не ошибаюсь, изречение Сократа?
– Кого-кого?
– спросил Бьюнк.
...если успею пойду к той которая дает вкусные куриные косточки у нее во лбу справа все время может лопнуть внутри надо проверять и исправлять если не успею то завтра к ней первой а рядом с ней который играет мячом у него зубы растут неправильно а я не знаю как их надо и еще там живет старый-старый злой который кинул палкой и расшиб мне ногу у него камушки начинаются надо их истолочь и он тогда их все выписает кажется никого не забыл вот только тот в самом большом доме до него никак не добраться а мне очень надо посмотреть вблизи...
Мастерская выходила не то на маленькую площадь, не то на большой перекресток. По обе стороны ближайшей улицы находились два ресторанчика "Вкусный отдых" и "Веселая компания". Под вывеской первого из них висел транспарант с зазывной надписью: "Здесь готовят с душой". Фасад конкурента украшала более свежая надпись: "А здесь готовят с маслом". Обе они бесспорно принадлежали кисти Анвера Бьюнка.
– Веселый у вас городок, - сказал врач, косясь на вывески.
– Одного только не могу понять: как это вы до сих пор находитесь в безвестности? Ведь это же сенсация.
– Мы люди тихие, скромные, - ответил Бьюнк.
...чуть не забыл к тому носатому в очках кажется он опять начинает кашлять ну это очень просто и к тому же по пути а у кудрявой оказывается все хорошо и у ее отца тук-тук-тук я исправила ведь могла быть трещина как вовремя я заметил еще совсем немного и была бы а вот стоит который всегда насмехается и рядом незнакомый с бородкой у незнакомого в животе растет неправильное зернышко там перекосились пружинки если разрастется и будет их много и пойдут в кровь может умереть надо исправить пока зернышко маленькое а то потом труднее сейчас поправлю и пойду посмотреть на...
– Кто это?
– спросил врач, провожая взглядом сгорбленную фигурку в лохмотьях.
– А это Фаби, городской придурок. Он немой.
– У него совершенно магнетический взгляд. Так посмотрел, что у меня даже под ложечкой засосало.
– Да, неприятно, когда он так пялится. Словно протыкает насквозь.
– Послушайте-ка!
– вскричал врач.
– У него же астматическое дыхание. И на голове стригущий лишай. А вы говорили, нет больных.
– Верно. Он один и есть такой, это ж не в счет. Только капитала вы на нем не составите, док. Разве что горсть объедков в уплату.