Чтение онлайн

–  Значит, вы его любили?

–  Я… - Кори задумалась.
– Я верила в него. Я уважала его и восхищалась им. Для этого были все основания, и я понимала это даже тогда. Мне было все равно, что в колледже он футбольная звезда и на какой машине он ездит. Мне всегда казалось, что ему нравится быть со мной, я мечтала сделать его счастливым и верила в это. По ночам я лежала в постели и воображала, что жду от него ребенка, - призналась Кори.
– Я представляла, что он спит рядом со мной, обняв меня, и что он, как и я, радуется будущему ребенку. Это была моя самая заветная мечта, помимо целой тысячи других, тоже связанных с ним. Если все это, вместе взятое, называется любовью, то, значит, я его любила. Хочу открыть тебе еще один секрет, - закончила Кори, - с тех пор я никогда никого так не любила.

–  И поэтому вы не вышли замуж?

–  Отчасти поэтому. С одной стороны, мне не хотелось вновь пережить такое чувство: я была словно одержимая. А с другой - я не выйду замуж, если вновь не испытаю нечто равное по силе.

Они уже входили в дом, и, к удивлению Кори, Джой неожиданно крепко ее обняла.

–  Спасибо, - сказала она растроганно и повернула обратно в сад.

Кори проследила, как Джой направилась прямо к рестораторам, а сама медленно пошла в столовую, где собиралась провести остаток дня, делая снимки.

Что- то тревожило ее, и она решила поговорить со Спенсером о его племяннице. Что-то было не так, и это следовало выяснить.

Осторожно, стараясь никому не мешать, Кори переставила на другое, более выигрышное место старинный канделябр.

–  Не ходи на цыпочках, Кори, - заметил ей Спенсер, сидевший тут же во главе стола.
– Делай свое дело и не беспокойся о шуме.

Он принес свои бумаги в столовую, чтобы быть поблизости. Кори боялась признаться даже себе, как радовало ее его присутствие и как она горда тем, что он не хочет оставлять ее ни на минуту.

–  Я не хочу тебя отвлекать, - сказала она.

–  В таком случае тебе следует немедленно покинуть Ньюпорт, - заметил Спенсер, и неторопливая, полная значения улыбка появилась на его лице.

Каждый ход в их игре был заранее известен, но Кори от души наслаждалась, кокетничая со Спенсером и одерживая над ним верх, и не могла отказать себе в этом удовольствии.

–  Потерпи немного, Спенс, утром в воскресенье мы «избавим тебя от нашего присутствия, и ты снова станешь полноправным хозяином своей старой хижины.

–  Ты знаешь, что я не это имел в виду, - отозвался Спенсер, отказываясь отбивать посланный ему мяч.

Его реакция удивила Кори. Иногда он откровенно флиртовал с ней, и Кори начинала играть в эту игру по всем известным правилам, но внезапно он прекращал жонглировать словами и становился очень серьезным.

–  Не могла бы ты задержаться еще на несколько дней? Кори замялась, пытаясь побороть искушение.

–  Нет, не могу, - вздохнула она.
– У меня все расписано на полгода вперед.

Она подождала в надежде, что он будет уговаривать ее, и одновременно боясь, что не выдержит и уступит. Но Спенс не стал ее уговаривать. Видимо, его приглашение было чистой любезностью. Чтобы окончательно не обидеться. Кори взглянула на лежавшие перед Спенсером документы и перешла на более нейтральную тему.

–  Чем ты занимаешься?
– спросила она.

–  Я взвешиваю» за»и «против» одного делового соглашения, оцениваю все возможности, степень риска и предполагаемый размер прибыли, читаю сопроводительные бумаги. Обычный процесс перед принятием решения.

–  Мне он кажется необычным, - призналась Кори, отойдя в сторону и разглядывая, удачно ли она разместила букеты цветов среди свечей и старинной посуды.
– Если бы мне пришлось все это учитывать, я бы никогда не смогла принять решение.

Удовлетворенная достигнутым эффектом, Кори направилась к штативу и сделала снимок. Затем слегка изменила угол съемки, чтобы солнечные лучи заиграли на гранях хрусталя, и сделала еще два снимка.

Спенс наблюдал за ней, сначала залюбовавшись ее ловкими профессиональными движениями, а затем сосредоточив внимание на особо привлекательных особенностях ее лица и фигуры. Он не мог отвести глаз от мягкого изгиба ее шеи, нежной припухлости рта, волос, переливающихся на солнце. Кори связала их в хвост, выпустив завитки над ушами, и с такой прической ей можно было дать не больше восемнадцати. Она была в белых шортах и майке, и Спенсер погрузился в созерцание ее длинных ног и полных грудей, представляя себе, как вечером в постели сожмет ее в своих объятиях.

Она могла зажечь его одним-единственным поцелуем, и сегодня Спенсер собирался раздуть этот огонь до огромного костра, чтобы он поглотил их обоих. И раздувать его снова и снова, пока Кори не запросит пощады, и тогда он даст ей передышку только для того, чтобы она умоляла его продолжить ласки.

Они были предназначены друг для друга, теперь он знал это так же точно, как и то, что Кори боится вновь доверить ему свое сердце. Он мог уговорить ее сегодня отдать ему свое тело, но потребуется много дней, чтобы убедить ее отдать ему сердце, а у него оставались лишь короткие часы. Спенсер уже знал, какой упорной она может быть, поставив себе цель; Кори любила его много лет, и теперь она твердо решила сохранять между ними дистанцию, не допускать его в заповедную зону своей души. Впервые в своей взрослой жизни Спенсер испытывал страх и бессилие, потому что удержать Кори около себя он мог, только связав ее веревкой.

–  Прекрати разглядывать меня, - приказала Кори со сдержанным смешком и не глядя в его сторону.

–  Откуда ты знаешь, что я на тебя смотрю?

–  Я чувствую, как твой взгляд ползает по мне. Он расслышал чуть заметную дрожь в ее голосе.

–  Интересно, как ты принимаешь свои решения?
– спросил он, возвращаясь к теме разговора.

–  Ты серьезно?
– спросила Кори, бросив на него испытующий взгляд.

–  Совершенно серьезно, - ответил Спенс, вкладывая в свои слова особый смысл.

Но Кори не обратила на это никакого внимания.

–  В большинстве случаев я подчиняюсь чутью и внутреннему побуждению. Мне подсказывает вот это, как поступать.
– Кори положила руку себе на грудь.
– Я научилась на опыте верить своему сердцу.

–  Рискованный способ решать важные проблемы.

–  Но только так я и могу с ними справиться. Если я займусь долгим взвешиванием «за»и «против», сопоставлением риска и выигрыша, меня парализует неуверенность и кончится тем, что я вообще не приму никакого решения. Мой ум действует лучше всего, руководствуясь внутренним голосом и инстинктом.