Душегуб
Шрифт:
— Как голова? — хлюпнул носом полицейский.
— В порядке, — ответила я. — Холодно.
— Одежду принесли, — поднялся доктор и передал мне куртку с шапкой. — Чаю хотите?
Уолтер, занятый массированием мясистого шрама, глупо покосился на Освальда. Тот, отнюдь, намёка не понял и уверенной походкой прошагал в спальную комнату. Загремела посуда.
А вот и мои сапоги. Пока обувалась, усач решил пересказать события ночи:
— Услышал тебя во время патрулирования улиц. Скажу сразу: Душегуба не разглядел. Сама понимаешь, темно было.
— Понимаю, Уолтер, не распинайся.
— Да ты, никак, уже оправилась, — усмехнулся остроносый.
— Просто продол…
— Вам с сахаром? — подал голос доктор Манупла.
У Уолтера даже уголки рта нервно задёргались, когда смысл услышанного улёгся в голове. Сделав шаг в сторону распахнутой двери, он выкрикнул в ответ:
— Откуда у тебя сахар?
— Накопил звонов, купил у челнока. Мы часто с Марком пьём. Он не рассказывал?
— Нет. Ты вообще о ком говоришь? Это же Марк — первый жадина в Гаваре!
Освальд какое-то время не отвечал. Затем раздалось:
— Так вам с сахаром?
— Кейт побольше положи. Так вот, — вернулся полицейский к жуткому нападению, — я уже почти догнал, как он сбросил тебя и поддал ходу. Бросил тебя у самых ворот армейских складов — оставить тебя одну я не мог, так что ублюдку удалось скрыться.
— Он в складах спрятался?
— В складах. Марк излазит их вдоль и поперёк…
Излазит? Поганый комок выкатился из лёгких, позволив свободно выдохнуть. Признаться, боялась даже спросить:
— Марк жив?
— Разумеется, жив! — с сарказмом сотряс головой Уолтер. — Что ему станется? Получил по макушке, крови немного потекло. Когда дотащил тебя до дома, он уже вовсю прыгал. Рвался Душегубу рёбра переломать, драчун тоже мне… В любом случае, на произошедшее он отреагировал бурнее.
— Рада за него, чёрт, — сложно передать, какие камни с души свалились.
Пока я приходила в себя, уткнувшись в носки своих сапог, тяжёлая рука Уолтера опустилась мне на плечо. Подняв глаза, уставилась взглядом прямо ему в лицо, столь суровое и сосредоточенное, что становится дурнее, чем при мысли о смерти Марка.
— Кейт, не знаю, почему этот усатый кретин не убедил тебя уезжать отсюда, но настоятельно советую так и сделать.
— Он не убедил, потому что это бессмысленно, — выдернула я плечо из цепкой хватки. — Теперь-то точно никуда не поеду!
— Ладно, как в следующий раз собираешься от убийцы отбиваться? — раздулись ноздри стража порядка. — У нас тут сплошь полицейские тебя охранять! Мне резона нет задумываться над твоим самолюбием — я только о своей шкуре пекусь!
— Возможно, — появился в комнате Освальд с подносом в руках, — здесь не место выяснять отношения.
— Возможно, сейчас не тот момент, чтобы вставлять комментарии?
— Ха-ха-ха, — болванчиком изобразил смех доктор. — Проблемы, Уолтер?
Сконфуженный и злой полицейский набрал полный рот слюны и бросился на улицу сплёвывать. Отличный способ закончить жутко неприятный разговор. Великолепно! Давайте показывать свой характер! Чего за пазухой пылится?
Расставив исходящие паром ароматные чашки на столе, Освальд спросил затылком:
— В чём-то он прав.
— Ты ещё мне! — не преминула я огрызнуться.
Всюду, у кого ни глянь, мозгов полно — череп трещит! Всё и так смешалось, перепуталось, а я только слышу и слышу нравоучения. Лепят своё мнение, когда я сама в состоянии сделать выбор! Тем более, что уже сделала.
Белохалатный не обиделся. Обернулся и протянул мне алюминиевую чашку:
— Выпьешь?
— Нет.
— Ладно. Знаешь, настоятельно рекомендую прислушаться к советам Уолтера. Насколько мне известно, дядя для тебя немного значил…
— Да откуда тебе знать? — опасно заскрипела я ногтями о столешницу. — Кто вам всем вообще рассказывал о наших взаимоотношениях с Энгрилем?
— Энгриль и рассказывал, — пригубил горячий напиток фельдшер. — Скажу по секрету: многие в Гаваре считают, что ты просто красуешься.
— Заткнись!
Удар наотмашь не достиг лица Освальда — зато пролила на подонка кипяток! Ошпаренный гад принялся с криками прыгать по кабинету! Так ему и надо, надеюсь, очень больно, господин Манупла!
Считают они! Слишком много считают! Пытаешься помочь, а тебе на спину валят дерьмо вёдрами!
В дверях чуть не столкнулась со столичными чужаками. Сейчас в мыслях бушует тайфун, пожирая всё, до чего дотягивается, гремят грозы, извергаются вулканы, а магма медленно катится под волосами. Дела мне никакого нет до этих двоих!
Уолтер даже не попытался меня остановить, поплёлся сзади молча.
Идиоты! Надо же было, уходя, не закрыть дверь! Само по себе это было бы не так раздражающе, если бы сим проступком не воспользовалась одна мразь… Лениво подбрасывая монетку, в кабинете Энгриля топчется Харон.
Подмигнув нам с Сэмом, он быстро спрятал кругляш в карман и растянулся в широченной улыбке:
— Было открыто — не удержался. Ты совсем страх потерял, Марк.
— Сюда нельзя было…
— Ну-ка погоди, — отстранил я кудрявого напарника. — Чего ты здесь делаешь?
Поджатые губы и воздетые в потолок глаза Чедвера выразили целую гамму недоумения. Осталось только пожать худыми плечами и ответить:
— Я договорился с Кейт… на ретрансляцию… ну, ты должен был помнить: когда зелёное всё…
— Мать твою, понимаю, на кой хрен ты здесь! — двинулся я на мутанта с целью схватить его за грудки. — В доме никого — тебя не учили не соваться в квартиры, пока хозяев нет?