Чтение онлайн

Учитывая густонаселенность курорта и легкость на подъем его коренных жителей, вполне можно было бы предположить, что через неделю о «шпионе» будет знать весь Большой Сочи. Однако тогда мы недооценили бы возможности этого могучего города – все произошло гораздо раньше.

Удивительно, но первыми на слухи отреагировало неформальное объединение.

Уже вечером текущего дня в комнату к московскому беглецу зашли трое суровых парней. Одеты они были, как им и надлежало, в спортивные костюмы и кроссовки. Из-под распахнутых курток на мягкой ткани черных маек блестели надетые на шеи крупные золотые цепи.

Визит к москвичу был не запланированный, и рэкетиры действовали, полагаясь на свои импровизационные способности.

– Ну, че, чувак, страну нашу капиталистам продаешь? – гадко ухмыляясь, спросил бандит № 1.

От удивления Иван Никанорович уронил стакан с чаем и обжег себе ногу. Он широко раскрыл глаза и с трудом выдавил из себя:

– Что?!

– Ты тут целку из себя не строй! Мы все знаем! – подключился к разговору бандит № 2. Внешне они все были настолько похожи, что впору было бы нарисовать номера у них на спинах, как у футболистов.

– Может, вы ошибаетесь? Какая страна? Кому продаю?

– Понятно кому: Америке этой гребаной, – подошел и третий.

Положение было критическое. Соскачев не раз уже сталкивался с рэкетирами, и ничем хорошим это для него не заканчивалось. Ситуация была непонятной и глупой, но он решил: надо платить.

– Ребята, тут явно какая-то ошибка. Я – российский гражданин. Хочу совершить туристическую поездку… ну, допустим, в Болгарию. Но если и это облагается вашими налогами, то я согласен, в разумных пределах, их оплатить, – четким голосом спортивного комментатора сказал Тони.

– Ты нам тут пределы не устанавливай! – крикнул первый бандит, – «разумные», не «разумные» – это мы сами решим.

– Гони штуку баксов! – рявкнул второй.

Обрадовавшись, что это непонятное дело все же разрешилось и за довольно незначительную, при его нынешних капиталах, сумму, Соскачев аккуратно вытащил из внутреннего кармана деньги и передал их бандитам.

Те, слегка удивленные тому, что не пришлось прибегать к спецсредствам, взяли баксы и застыли в полупозициях.

– Собственно, все! – сказал Соскачев финальным тоном и слегка развел руки в стороны.

Рэкетиры сразу же засобирались и быстро покинули комнату.

Так ничего и не поняв, Иван Никанорович лег спать.

«Надо будет «хату» поменять», – засыпая, подумал он.

Пока беспокойные граждане, охотники за чужим добром, рвались в город-курорт по суше и по морю, заслуженный пенсионер Попугайкин прибыл в Сочи воздушным путем.

Черноморское побережье Кавказа бушевало разнообразием красок вошедшей в полную власть весны. Пальмы – пограничные столбы субтропиков, зеленые весь год, уже стали менее заметны и не так одиноки среди набравшей цвет растительности. Море грелось под ярким солнцем, ежедневно прибавляя градусы, как по Цельсию, так и по Фаренгейту. Впереди уже виднелись контуры карнавального костюма летнего сезона и на столбах возле автобусных остановок уже белели половинки листков из школьных тетрадей с однообразными текстами: «Сдам жилье. Рядом с морем. Недорого».

У Петра Никаноровича, стоящего возле морского вокзала Главной Дачи России, куда он приехал прямо из аэропорта, и наблюдающего, как матросы покрывают белой, ужасно пахнущей краской, катера, был план. Он состоял в следующем. Найти Соскачева и пристыдить его за вероломное бегство от семьи. «У тебя на содержании был немощный старик», – проговаривал он про себя фразы, которыми ему предстояло пригвоздить своего нерадивого зятя. При этом он невольно скрючился, стал даже как будто меньше ростом, и увесистая слеза заскакала по шершавой старческой щеке. Если же не подействуют моральные доводы, Попугайкин думал припугнуть Ивана алиментами.

– У них же детей нет! – вскрикнул он от неожиданной догадки.

«Ну и что? Мог ли же ведь быть!» – тут же успокоил он себя.

Если и так дело не заладиться, были и другие варианты для шантажа. «Главное, найти этого ирода!» – зло думал дед. А если все получиться, что тогда делать с деньгами? И на этот вопрос был у пенсионера ответ. Помещение московского клуба филателистов давно нуждалось в замене рам и дверей, в обновлении наглядной агитации.

Как осуществить задуманное? И об этом подумал Петр Никанорович. Сразу же по прибытии в Сочи, он направился в местное отделение всероссийского общества филателистов. Там он рассказал о своем деле, немного изменив ситуацию и представив Соскачева, как бывшего члена их клуба, который скрылся, прихватив с собой очень ценную серию почтовых марок, принадлежащую московскому отделению.

Нет ближе братства, чем братство по интересам – сочинцы с готовностью согласились помочь. Всем, от мала до велика (а именно таким был состав клуба – средний возраст здесь отсутствовал), были розданы размноженные снимки Соскачева. Забросив текущие филателистические дела, южане двое суток прочесывали любимый город и, в конечном счете, обрели успех!

Один из «разъездов», состоящий из древнего старика с серебристой бородой и пятнадцатилетнего рыжего пацана, наткнулся на Соскачева в тот момент, когда беглец покупал газету в киоске на набережной. Старик от неожиданности сел на табуретку между лисой Алисой и котом Базилио, где и был тут же заснят местным фотографом – бомбилой.

У Рыжего нервы оказались крепче. Он, преодолев внутренние судороги от нежданной, но желанной встречи, подошел к Ивану Никаноровичу и треснувшим голосом спросил:

– Который час?

Вопрос был настолько банален, что Соскачев на него ответил. Далее он сел в автобус и укатил. Но уже не один. Оставив деда-напарника разбираться с фотографом, Рыжий, как ему казалось, незаметно, увязался за москвичом. Иван Никанорович пацана приметил, но не придал этому никакого значения.

Автобус, матерясь выхлопными газами, преодолел все подъемы и спуски на своем пути и оказался на окраине города.

– Конечная! – безразлично сообщила пожилая кондукторша.

Пассажиры неторопливо покинули салон. Рыжий пацан, словно индеец-разведчик, прячась за кустами и деревьями, преследовал Соскачева. Иван Никанорович его заметил и разозлился. Он, укрывшись за незаконно выстроенным возле тротуара сараем, дождался крадущегося юного филателиста и когда тот поравнялся с ним, схватил его за шиворот и грозно спросил:

– Ну?!

Рыжий от страха свел глаза к носу, втянул голову в плечи и дребезжащим голосом спросил: