Чтение онлайн

Спросить где я, было не у кого. В спальне я была одна. Отодвинув портьеру в сторону, замерла, глядя на открывшийся вид города. Высокие небоскребы стального цвета отражали свет заходящей звезды. Длинные тени хищно тянулись, окутывая дома поменьше, расположенные далеко внизу. Я с трудом могла различить улицы и движущийся транспорт по ним. Ветер приносил привычные городские запахи и крики пролетающих птиц.

На миг я даже подумала, что я на Земле, но нет. Эта планета была чужая – планета лацертов. Неожиданно рама окна резко захлопнулась, заставляя вздрогнуть и внутренне подобраться.

– С-с-салли, ты очнулас-с-сь, - развернулась на знакомый голос лацерта, сжимая кулаки и готовясь к бою.

Бывший пленник был одет в зеленую тунику и брюки в тон. Он шел ко мне, тепло улыбаясь, разведя руки в стороны, показывая, что оружия с собой у него нет.

– Это радует, - поведал меня лацерт и, увернувшись от удара в лицо, обнял, приподнимая над полом. Я не стерпела такого к себе обращения и ударила лацерта по ушам. Противник взвыл и отбросил на кровать.

– С-с-салли, это бес-с-сполезно, - недовольно взревел лацерт.

– Я доберусь до тебя и убью, - с усмешкой пообещала ему.

Я не собиралась так просто сдаваться. Свою жизнь я хотела сторговать задорого, если и погибну, то прихвачу его с собой. Встала на кровати, сжимая руки в кулаки.

– Вот как, - потирая ушные раковины, ответил лацерт. Он ходил вдоль кровати, внимательно следя за каждым моим движением. – А как же Кэс-с-с? А твой дядя? Они тоже должны умереть?

– При чем тут они? – вскинулась, готовая в любой момент наброситься на врага.

– Ес-с-сли я умру, умрут и они. С-с-себя тебе не жалко, так пожалей их.

В груди стало так тревожно. Я чувствовала, что он меня загнал в ловушку. Теперь я была в плену. И я, в отличие от лацерта, не держала ситуацию под контролем.

– Они здесь? – осторожно поинтересовалась, хотя и так было понятно, что здесь.

Лацерт кивнул.

– Чего ты хочешь? – я опять задала вопрос, на который он никак не хотел отвечать.

– С-с-содейс-с-ствия, - я усмехнулась, а лацерт добавил: - Добровольного с-с-содес-с-ствия.

– Не дождешься, - злобно ответила, сильнее сжимая кулаки.

– Дождус-с-сь. Я умею ждать. А вот у Кэс-с-с нет такой рос-с-скоши, как время.

Взревев, бросилась на него, но опять была отброшена на кровать одним лишь движением ноги. Сильно ударившись спиной, ослепла от боли.

– С-с-салли, подумай с-с-сама. Ты с-с-спас-с-сешь подругу, разве она не дос-с-стойна жить?
– шептал лацерт, обнимая меня.

Пытаясь вырваться, я лишь тревожила боль, которая разрасталась на спине.

– С-с-салли, подчинис-с-сь, - соблазнял лацерт.

Он успокаивающе водил рукой по больному месту, и мне становилось легче дышать. Я упрямо пыталась отодвинуться от лацерта, но он бережно прижимал меня к себе. Я осторожно выпрямилась, отмечая, что спина больше не болит. Он меня вылечил? Удобно: сам бьет, сам же лечит.

– Дашь слово, что она выживет? – с нажимом спросила у него, желая получить гарантии. Жаль, конечно, что голословные, но отчего-то лацерту хотелось верить на слово.

– Да.

Очень быстро, но уверенно он ответил. Я решила обезопасить своих дорогих людей от подвоха со стороны лацерта. Словами ведь легко играть.

– Ты их отпустишь?

– Да.

Робкая надежда забрезжила в сердце. Но осталось выяснить очень важный момент.

– Я опять должна кого-то убить?

– Нет, ты должна с-с-стать лучом надежды.

Прыснув в кулак, я не сдержалась и рассмеялась, глядя в лицо безмятежному лацерту. Я не ожидала столько пафоса от него. Я и луч надежды. Бред чистой воды.

– Это невозможно, - категорично ответила ему, как только сумела отсмеяться.

– Просто доверьс-с-ся, - заверил меня лацерт.
– У нас-с-с вс-с-се получитьс-с-ся.

И почему я ему верю? Почему у него получается все, что он задумал? Каждый свой продуманный шаг он прошел, не оступившись. Он целенаправленно попал в плен, но сумел провернуть все так, что теперь он сидел здесь на кровати в окружении зеленых подушек и спокойно рассматривал меня, сидящую рядом. Все так, как он и задумал.

– Ты с-с-соглас-с-сна?

– Да.

– Я очень рад, что не ошибс-с-ся в тебе, С-с-салли. Меня зовут Шейхник.

– Без разницы, - пренебрежительно отмахнулась. Задерживаться в плену я была не намерена, а значит, и запоминать имен не обязательно.

А затем я беспрекословно выполняла все, что он мне говорил. Лацерт предупредил, что будет съемка, что я должна смотреть в камеру и читать текст так, чтобы мне поверили.

Я объясняла ему, что бесполезно призывать людей. Никто не осмелится пойти против правительства. Что за предательство карают не только предателя, но и всю его семью. Лацерт не слушал, твердил, что я обязана поверить в то, что я говорю, и только тогда мне поверят. Я пробовала и не могла. Мне не позволяла совесть врать людям. Лацерт давил. Другие его сородичи кидали на меня косые взгляды. Я чувствовала, что у меня не получается. Я слышала, как дрожал мой голос. Сбивалась и начинала все заново. Ловила на себе недовольные взгляды.

Шейх терпеливо стоял за спиной оператора. Слов упрека не было произнесено, но я все больше раздражалась и злилась на себя. И когда я решила, что все это будет последний раз, я встретилась с Шейхом взглядом. Я неожиданно приобрела спокойствие, собранность. Я читала текст так, как чувствовала. Читала для него и ему. Я хотела услышать его одобрение. Хотела слов похвалы. Для меня никого не существовало в это момент, мы были одни. Только он и я. И для него я старалась.

Когда последние слова затихли, я неотрывно смотрела, как он приближается. Нервно сминала край туники, словно мне было пятнадцать лет.