Чтение онлайн

— Рискую. И шхуной, и шкурой. Но сам решаю, где, когда и как рисковать. Я, а не Круг!

— Но стараешься рисковать там, где это выгодно?

— Задаром со шкурой расстается только змея.

— Так я же тебе предлагаю деньги! И большие!

— Сразу? На бочку?

— Что ты! Я столько золота сроду в руках не держал. Задаток вперед, остальное получишь на Берниди.

— Эту сказку я уже слыхал. Расстараюсь, сделаю дело — а Круг скажет, что ты, Лабран, не имел полномочий обещать мне такую сумму.

— Я бы тебе, Ирслат, врать не стал. Мне еще до внуков дожить хочется.

— Ты, положим, врать не будешь. А эти семь акул из Круга, чтоб денежки не отдавать…

— Ирслат, я же даю роскошный задаток. И прошу только задержаться. Тебе же не надо атакой с моря брать Аршмир!

— Как говорится, лучше медяк в кошельке, чем алмаз вдалеке. Мне прошлый раз пообещали, что в пещере меня будет дожидаться не только обычный груз, но и люди на продажу. Сейчас на Берниди рабы в цене. И что, прикажешь несколько дней бултыхаться возле здешних берегов с рабами в трюме?

— Чтоб им околеть, тем рабам! Я тебе толкую о деле, которое не только выгоду даст. Оно переиначит лицо мира и останется в летописях.

— Вот как? И не скажешь, в чем дело?

— Не могу, Ирслат.

— Вообще-то смог бы. Кликнул бы я парней — враз бы из тебя все тайны на палубу горкой вытряхнули. Но я сделаю иначе. Оставайся у меня на борту, дойдем вместе до моей пещеры. Если меня ждет груз, которому в трюме ничего худого не сделается, — твое счастье, подожду пару дней. А если люди, да не полудохлые нищие, а настоящий товар, — высажу тебя на берег. И «Вредина» покажет корму веселому городу Аршмиру…

Десятник Аштвер с тревогой глянул на солнце, высоко стоящее в небе.

Нагромождение прибрежных скал закрывало море от стражников, укрывшихся в небольшой расселине. Глазастый Алки отправлен наверх — высматривать шхуну Ирслата. Но и сверху обзор не ахти.

Удобное место выбрал Ирслат для своего тайника. Вроде и не очень далеко город, а случайных глаз можно не опасаться. И берег, и взморье тут такие, словно их демон разжевал да выплюнул. Каша из воды и валунов, укрытых лебедой, чабрецом и иглицей.

Хорошо, что Гижер еще подростком излазил здешние кручи. Поговаривали, что Гижер в юности путался с контрабандистами. Но Аштвер не приставал к подчиненному с лишними вопросами. Ну, путался и путался, дело прошлое. Зато и Змеиное ущелье знает, и пещеру эту проклятую нашел. Просто так бы ее не углядеть: ущелье и подступы к нему сплошь поросли дымарником.

А красиво, демон его дери! Словно и впрямь по склонам на кустах повисли облака розоватого и фиолетового дыма. Эти пышные, легкие метелки будут качаться под ветром до конца Щедрого месяца. И к соленому запаху моря будет примешиваться их горьковато-терпкий аромат…

Сухо щелкнув, ударил камешек, вывернувшись из-под чьей-то ноги. Аштвер вскинулся, выхватил меч. Рядом так же бдительно обернулся на шум Гижер. Но тут же оба убрали оружие в ножны: по дну расселины шел Говорун, оставленный у входа в пещеру. Он вел перед собою, вывернув пленнику руку, плюгавого человечка в холщовой рубахе. Пленник согнулся вдвое, лица не видно, только растрепанная макушка.

— Этот вышел по нужде, — коротко объяснил седой наемник, толкая пленника к Аштверу. — Быстрее допрашивай, командир, пока его не хватились.

И замолчал, словно потерял интерес к происходящему.

Даххи и Гижер подошли ближе. Хорошо стоят, правильно: пленнику некуда бежать. А новенький, Ларш, — этот просто любопытствует, таращится в оба глаза.

Пленник выпрямился. Вытаращенные глаза, прыгающие губы… вот и славно, не надо запугивать.

— Сколько вас? — сурово спросил десятник контрабандиста.

Тот попытался ответить, но только шумно всхлипнул. Говорун дал пленнику затрещину — не в полную силу, а так, чтобы в чувство привести. Подействовало. Выражение глаз стало осмысленным, губы зашлепали: видать, подсчитывает в уме.

— Четырнадцать морд.

— С твоей мордой? Или без твоей?

— Без моей, — уныло вздохнул контрабандист.

— Что так много-то? — не удержался Гижер.

— Мы товар недавно принесли. И велено было дождаться шхуны.

— Пленников много?

— Не считал, десятка полтора.

— Женщины и дети есть?

— Почитай, только они и есть.

— Пещера большая? Другие выходы имеются?

— Вроде большая. Я тут в первый раз. Не осматривался, у стены сидел…

— Что ж ты, Говорун, такого неудачного притащил? — ухмыльнулся Даххи. — Ничего толком не знает. Сведи обратно, обменяй на другого.

Аштвер бросил тяжелый взгляд на некстати расшутившегося наррабанца. Тот заткнулся.

Дела были плохи. Четырнадцать морд легко справятся с шестерыми стражниками. Кого не убьют — скрутят и продадут вместе с теми бедолагами, что сейчас в пещере. А могут даже не возиться — просто засядут в пещере до прихода шхуны, и тогда стражники окажутся, как говорится, между огнем и пламенем.

Конечно, должна подоспеть береговая охрана. Но когда-то Аштвера учил его покойный десятник: «Даже если ждешь подмогу — действуй так, словно никакая подмога не придет».

— Выманить бы их, — негромко сказал Гижер. — Подойти кому из нас… одному… Сказать, что подошла шлюпка с «Вредины». Зайти внутрь. Сказать, чтоб товар на берег выносили. Не получится — хоть двоих-троих внезапно уложить и прикрыть вход, пока остальные ворвутся.

— Да ваши рожи всему городу примелькались! — возмутился Аштвер.

— А моя не примелькалась, — подал голос новичок.

Десятник почти забыл про парнишку.

А тот, не дожидаясь команды, скинул черно-синюю перевязь с мечом: