Чтение онлайн

— Уходим! — закричал Варга, отступая к лестнице.

Уже отбежав на значительное расстояние, полицейские увидели, как угол казармы превращается в шипящий факел.

— Ваших рук дело? — спросил Михаил, вызвав к себе поздно вечером Председателя и швыряя на стол распечатанные выдержки из радио- и телепередач с сообщениями об инциденте в центре Будапешта.

— Разбираемся. Может, наши, может, нет. Дело темное.

— Какое еще темное? Почему для газет — светлое, а для вас — нет?

— Так ведь гласность теперь, — съязвил Председатель. — Журналисты что хотят, то и пишут.

— Конечно! Если бы не они, я бы вообще никакой информации не получал. Чекисты хреновы. Ничего поручить нельзя, — горячился Михаил. — Пол-Европы напугали. Как после этого переговоры вести, я вас спрашиваю? Как кредиты выбивать? Элементарные задачи без стрельбы решить не можете. Разберись с этим немедленно и доложи.

— Хорошо, будет сделано, — заверил Председатель, выходя из кабинета, на чем свет мысленно кляня Михаила.

Утренний выпуск газеты «Непсабадшаг», которая только два года назад скоропалительно превратилась из коммунистического во вполне либеральный орган печати, вышел с убийственным заголовком: «Русские сжигают свои следы».

В заметке сообщалось, что «после поспешного ухода советских солдат из Венгрии на территории воинских частей в многочисленных тайниках остались секретные материалы, подлежащие уничтожению. И теперь Венгрия буквально кишит агентами КГБ, посланными для того, чтобы замести следы преступного пребывания советских войск.

Один из таких тайников, как оказалось, находился в казарме на улице Тюльпанов, шесть. Двое агентов пробрались в здание и устроили пожар, после чего вступили в бой с подоспевшими полицейскими, но были убиты на месте. Их трупы обгорели настолько, что опознать личности не удалось и, видимо, уже не удастся.

Теперь остается только гадать, какое здание в Будапеште загорится в следующий раз».

Когда ранним утром Варга вошел к комиссару с докладом, тот ходил по кабинету с мухобойкой и охотился на мух. Начало августа выдалось жарким и липким, их налетело столько, что они не давали комиссару завтракать.

— Мухи в кабинете комиссара полиции — верный признак кризиса в государстве, — изрек Готтлиб, изо всех сил приложившись мухобойкой к боковой стойке шкафа. Он устоял.

— Вы, как всегда, попадаете в точку, господин комиссар, — как-то двусмысленно согласился Варга.

— Вот именно, — подозрительно спокойно констатировал Готтлиб, прихлопывая очередную муху. — Так с кем вы там вчера воевали, Имре? Говорят, что вы победили целый полк агентов КГБ?

— Мы выполняли ваше поручение, — промямлил Варга, догадываясь, что показное спокойствие комиссара ничего хорошего ему не сулит.

— Какое? — спросил его начальник. — Разве я вам говорил сжечь казарму? Или я просил пристрелить двух бродяг? Это вы газетам можете рассказывать про агентов КГБ, — показал он на стол, где лежал свежий выпуск «Непсабадшаг». — А лейтенанта, который приходит на работу раньше вас, я уже успел расспросить, и он доложил, что вы убили и сожгли двух бродяг. К тому же, вместо того, чтобы потушить огонь, позорно бежали. Где агенты, я вас спрашиваю? Я требовал притащить мне тех, кто устроил стрельбу в отеле. Живых или мертвых. А вы сожгли двух наших граждан, пусть и бездомных.

— Но, господин комиссар…

— Никаких комиссаров! — вдруг заорал Готтлиб. — Все! Достаточно! Даю вам сутки. Если ничего не выясните, то положите ко мне на стол рапорт об отставке.

«Посмотрим еще, кто раньше положит рапорт», — мстительно подумал Варга, выходя из кабинета.

Игорь проснулся в девять утра. «Поздновато, — подумал он. — Хотя, если поторопиться, можно успеть первым».

Осторожно, чтобы не разбудить Настю, он встал с постели и на цыпочках прошел в ванную комнату. Приняв душ, Игорь почувствовал себя вполне боеспособным и направился назад в спальню.

Настя стояла в дверях. Голубой халат с чужого плеча был ей слегка велик, и полы доставали чуть не до пяток.

— Бежишь? — тихо спросила Настя.

— Мне пока некуда, — спокойно ответил Игорь. — А вот уехать часа на два надо.

— Ты и вправду не знаешь, что вы продавали?

— Чертежи.

— Первый раз слышу, чтобы продавали чертежи алмазов, — засмеялась Настя.

— Каких еще алмазов?

— Обыкновенных. Из Якутии.

— А ты откуда знаешь?

— Да уж знаю. Про «Денирс» ты слышал?

— Вроде да. Алмазная империя?

— Она самая, — решилась открыться Настя. — А я — ее сотрудник.

— Вот оно что! — присвистнул Игорь. — Так ты за нами следила. И кто тот человек, которому я звонил в Лондон?

— Мой начальник.

— А откуда ты знаешь, что мы продавали алмазы?

— Ну, у нас свои источники, — строго сказала Настя. — А теперь ты ответь: где товар?

— Как раз за ним мне и надо съездить, если успею. А заодно проверю, что там на самом деле.

— Значит, уже не вернешься! — с досадой вырвалось у Насти.

— Я же сказал: вернусь через два часа. Все лишние документы оставляю здесь, они для меня в городе сейчас опасны. Надеюсь, ты с ними не убежишь?

— Посмотрим, — нарочито неопределенно откликнулась Настя. — Машину не бери, она засвечена. Возьми такси.

— Вот и у меня наставник появился, — ухмыльнулся Игорь. — Слушаюсь, мисс, или как вас там называют.

Такси Барс брать не стал, а вскочил на подножку уходящего 139 автобуса. Так безопасней. Доверенность на пользование банковской ячейкой и электронные ключи были у двоих. Но он все-таки надеялся успеть в банк раньше, чем Орел.