Две половины победы
Шрифт:
– Погоди-ка… – Я покосился в сторону телеги: Круглый и Литолайн о чем-то беседовали, совершенно не обращая на меня внимания. – Не хочешь ли ты сказать, что ты – тот самый Фредерик Грифон…
– …который привел из Олии четыре сотни лучших своих воинов и истребил всех обитающих в горах грифонов? – закончил нищий. – Да, это я.
Я грустно улыбнулся. Фредерик Грифон? Конечно. Почему бы калеке не быть тем самым героем, который спас Ферр и Мартину пятьсот лет тому назад?
Легенду о Фредерике я слышал в одной феррской таверне незадолго до того, как меня пленили семицветные. Согласно рассказам в те годы восточные провинции только начинали активно заселяться людьми. Нетронутые земли в спокойном уголке королевства – кто бы отказался здесь жить? Тишина, покой… который был нарушен проклятыми грифонами – единственными обитателями этих земель.
Чудовища с львиными телами и головами орлов – они были столь же прекрасны, сколь опасны. До прихода людей грифоны занимали территории от горных вершин до самых западных границ нынешних Мартины и Ферра. Сотни тысяч тварей против только-только становящегося на ноги государства!
Тогдашний король посылал в бой новые и новые полки, понимая, что, если начать отступление на запад, грифоны пойдут следом за солдатами и уничтожат ближайшие города, в том числе и столицу. Нужно было держать границы, не давать тварям прорваться вглубь, иначе история Веронии могла закончиться, не успев толком начаться.
Но солдат погибал за солдатом, десяток за десятком. Сотни, тысячи оставались лежать на нетронутой человеком земле лишь до тех пор, пока грифоны не пожирали их трупы.
И, когда казалось, что схватки проиграны, что полки Веронии пали зазря, когда солдаты уже подумывали об отступлении, чтобы хоть как-то оттянуть собственную гибель – тогда с севера ударил по грифонам отряд Фредерика Олийского, прозванный с тех пор Летучим Легионом.
Ну, с легионом, конечно, загнули – войско северянина едва насчитывало четыреста воинов – но они действительно летали! Каждый член отряда восседал на небольшом – футов шесть-семь в холке – драконе, который хоть и не плевался огнем, как его более крупные собратья, но в маневренности не уступал тем самым грифонам и даже превосходил их.
Неудивительно, что быстрые и юркие воины Олийского живо расправились с тысячей или двумя чудищ, после чего грифоны устремились в постыдное бегство. Фредерик гнал их до самых последних рубежей и в конце концов истребил всех. Однако его воинство тоже постигла печальная участь – почти никто не выжил после бойни в горах. Тем не менее спустя две недели он с десятком молодчиков вернулся в Мартину и неделю пировал за общим столом с уцелевшими солдатами Веронии. После этого Фредерик исчез, и с тех пор никто не видел ни его, ни тот десяток, сопровождавший его на пиру.
И тут – нате вам! Прямо передо мной сидит легендарный истребитель грифонов и, размахивая культяпкой, просит немного денег на вечер! Ха! Так я и поверил!
Впрочем, что я хочу от старого немощного старика? Он уже, наверное, лет двадцать, как разминулся с собственным разумом! Так что лучше «узнаю» его и, подкинув еще пару медяков в заветную шляпу, отправлюсь своей дорогой.
– Боже! – воскликнул я, широко раскрыв глаза. – О великий Фредерик! Как я мог вас не узнать? Позвольте, я дам вам еще один серебреник…
Готов поспорить, Круглый и Литолайн уже жгут мою спину удивленными взглядами…
– Не стоит, о достойнейший Герберт, – на полном серьезе ответил старик.
– Герберт? – я раскрыл рот. – Откуда вы знаете мое имя?
– Пророчества, мой друг, пророчества, – шепнул калека, улыбаясь. – Там сказано намного больше, чем видят обычные смертные!
– Смертные… А ты тогда кто?
– Я – Фредерик Олийский…
– Вот только не надо сказок, уважаемый!
– Не хочешь – не верь, – пожал плечами умалишенный старикан. – Но позже ты многое поймешь…
На последнем слове калека принялся… таять?
– Эй, куда?.. – Я хотел ухватить его за грудки, но руки прошли сквозь исчезающего старика.
– Пророчество, Лис… – прошептал он одними губами, прежде чем растаял вовсе.
Я тихо ругнулся под нос – что за ерунда творится вокруг? Раздосадованный, хотел забрать из шляпы свои монетки, но ее уже не было на месте – исчезла вместе с хозяином. Плюнув, я встал и пошел к телеге.
– Чего это на тебя нашло? – спросил меня Терри, едва я забрался на козлы.
– Ну, решил подкинуть бедняку пару медяков. Чего в этом такого?
– Какому бедняку? – опешил Круглый.
– Который сидел у фонтана! А потом исчез!
– Чего ты городишь, Лис? Ты попросил остановить телегу, пошел к фонтану и принялся швырять туда монетки. Меня уже порядком разморило на солнце, в сон клонить начало, а тут ты как закричишь «Боже! О великий!» и еще чего-то там, не запомнил я! Тебя чего, тоже разморило?
Я поспешно кивнул, чтобы оградить себя от лишних вопросов: да, мол, разморило и – не более того.
Терри немного успокоил мой немой ответ, и он стал искать нужный нам шестнадцатый дом.
– Лис, – тихо прошептала Литолайн.
– Чего? – так же тихо ответил я ей и мило – ну, как мог мило! – улыбнулся.
– Я тоже видела бедняка…
Нижняя челюсть моя отвисла едва ли не до живота.
«Пророчество, Лис…»
Значит, это был Фредерик.
Значит – рядом действительно Волчица.
– Шестнадцатый! Приехали!
Да, неплохо устроился Мартинец, нечего сказать! Двухэтажный каменный домище среди низеньких собратьев выглядел этаким великаном в окружении лилипутов. Резные ставни на окнах, колокольчик возле двери, бордовая черепица на крыше – вот куда пущены оставшиеся от фонтана деньги! Хотя, конечно, только теми запасами не обошлось…
– Ты сам пойдешь? – спросил Круглый.
Я кивнул.
– Ну, давай, ждем. Только поскорее возвращайся, а то нас окончательно разморит на палящем-то солнце! – проворчал корчмарь.
– Да мне и самому хотелось бы побыстрей! – хмыкнул я, спрыгивая с козел.
Уже на пороге меня догнал голос Литолайн:
– Удачи!
Я повернулся. Она смотрела на меня улыбаясь, и я улыбнулся в ответ.
Колокольчик тихо забренчал. Я подождал с минуту и позвонил еще раз.
Дверь по-прежнему закрыта. Никого нет дома.