Чтение онлайн

Куратор застонал так, словно у него заболело полчелюсти сразу, и провыл:

— Невозможно!

— Чего? У нас гость, точнее, гостья. Значит, опять открывалась дверь, или в нее положено только входить, а вплывать не положено, так как противоречит пункту три «б» инструкции для перехода между мирами? — уточнила я, уже совершенно ничему особенно не удивляясь. Удивлялка сбежала вместе с пугалкой и возвращаться не собиралась.

— Дверь не может открываться столь часто, — сквозь зубы объяснил ЛСД. — Минимальный разрыв между посещениями, зарегистрированный статистиками, составляет шестнадцать часов.

— Так что, ее назад выпихнуть? А как? Я не знаю, — пожала я плечами и подошла поближе к неподвижной деве-рыбе.

Была она не крупнее меня, словом, тощенькая. На мордашке с хорошеньким носиком и аккуратными губками застыло выражение вечного страдания. Полувсхлип-полустон сорвался с уст русалочки, и я тут же решила:

— Нет, никого выпихивать не буду. Только если она амфибия, — жаберные щели под грудью отчетливо свидетельствовали в пользу моей версии, — надо ее в ванну оттащить. Поищу морской соли.

Конрад, золотой вампир, не дожидаясь просьб и приглашений, подхватил тушку русалки, как конфетный фантик, и помог мне перебазировать ее в ванну, которую всего несколько часов назад занимал сам. Пока я выискивала под ванной коробку с морской солью без ароматических добавок и щедро ссыпала в воду половину пачки, вампир обследовал гостью на предмет повреждений.

Этого не было заметно сразу, но при укладывании в воду обнаружился здоровенный порез на левой руке девушки, от плеча до предплечья. Основы первой медицинской помощи требовали промыть рану, наложить мазь и закрыть повязкой, только Конрад решил по-своему. Он принюхался к девушке, счел ее вполне съедобной и начал зализывать рану. Наверное, часть свежевыступившей крови ему перепала в качестве десерта к пицце, однако и русалка не прогадала. Порез закрылся прямо на глазах тонюсенькой корочкой свежей болячки.

— Скоро очнется, — прокомментировал состояние чешуехвостой клыкастый лекарь.

— Конрад, я тебе аренду со скидкой сделаю, — похвалила я помощника, — за совмещение должностей доктора и грузчика.

Вампир весело оскалился, показывая, что оценил юмор и ничуть не обиделся. Наверное, ему действительно сильно приелась роль всевластного правителя, опостылела настолько, что теперь, сбросив оковы долга, он с наслаждением окунулся в игру по другим правилам. И мне действительно очень нравилось то, что включена в эту игру не как фишка, а как член семьи.

ЛСД сдавленно застонал за нашими спинами. Мигрень у него, что ли, начиналась или в самом деле зубы разболелись? И похоронным тоном выдал:

— Боюсь, еще несколько суток подобных происшествий, и мне тоже придется поселиться рядом. Начальство не захочет упускать из кольца плотного наблюдения ваш феномен, Гелена Юрьевна.

— А поконкретнее? — переспросила я. «Штирлиц насторожился».

— Феноменальная частота открытия дверей. Причем на три портала пришелся один переселенец. За такими привратниками обязательно устанавливается пристальный надзор. Если интенсивность явлений не пойдет на спад, мне, как вашему куратору, поручат основную его часть.

— Кстати, забыла спросить. А сколько всего кураторов у привратников? — спохватилась я.

— Кураторов трое. Я — старший куратор, благодаря универсальному дару мгновенного перемещения.

— Чего-то я не понимаю — зачем личное участие и слежка? Неужели нельзя камеры или еще какие-то датчики слежения установить, чтобы контролировать перемещение? Даже официально технический процесс идет семимильными шагами, а уж ваша секретная контора и подавно должна иметь в заначке несколько уникальных примочек, — недоверчиво фыркнула я.

— Отследить действия привратника невозможно, техника не фиксирует перехода. Попытки обеспечить наблюдение иными, нежели личный контакт, средствами неизменно проваливаются. Техника выходит из строя, сбоит или попросту выключается. Что тому виной: электромагнитные поля, искажение времени и пространства, магия… Теорий множество, точных данных нет, — от всей души пожалел ЛСД. — После ряда чрезвычайных ситуаций было принято решение о непосредственном наблюдении с минимальным использованием технических средств.

— То есть вам приходится присматривать за кучей привратников, мечась между ними на своих двоих, и вы всерьез опасаетесь, что начальство отдаст категоричный приказ сменить место проживания, чтобы находиться максимально близко к самой горячей точке? — уточнила я не самым веселым тоном.

— Именно, — кисло и устало согласился Сергей Денисович.

Все-таки интересно, как его зовут на самом деле? Что-то не верится, чтобы создание иной, пусть даже с виду гуманоидной, расы носило обычное русское имя с отчеством и фамилией по совокупности. Кстати, один пустяковый вопрос о ФИО, который я оставила при себе, зацепил другой, о дверях. Да, по алгебре у меня что в школе, что в универе стояло четыре в зачетке, три в уме, но геометрия… О, геометрия — это совсем другая, близкая душе песня! Оттого я уточнила:

— Эй, а географически привратники как располагаются?

— Все персоны проживают на территории Евразии, если это именно то, что вы хотели спросить, — пояснил куратор.

— И это тоже, но не только, — согласилась я, хотела продолжить допрос, да только русалочка заворочалась и слабо застонала, приходя в себя. Ванна не море-океан и даже не аквариум, амфибия двинула хвостом, уперлась в стенку и бешено забилась, обдавая нас щедрым фонтаном соленых брызг. Теперь мокрых людей, нет, мокрых разумных существ, ибо из всех присутствующих в помещении человеком была лишь я, стало четверо. Говорят, общность положения сближает, но я мельком отметила печальный факт: переодевать вампира больше не во что. Впрочем, это было не главным. Первым делом я, как лицо ответственное и аналогичного пола с паникующей, выпалила:

— Тихо, тихо, лапочка, а то опять покалечишься. Ты в безопасности. Все хорошо! Успокойся. Никто не причинит тебе вреда.

Русалка прекратила таращить невозможно аквамариновые глазищи (такого цвета у меня когда-то был банный халатик, и я всегда считала этот оттенок выдумкой красильщиков), осторожно присела, цепляясь ладошкой с перепонкой между пальчиками за край ванны. Обвела помещение взглядом и, судорожно сжав в ладошке круглую блямбочку, изукрашенную жемчугом, болтающуюся на шейной цепочке среди прочей бижутерии, разразилась неконтролируемыми рыданиями.