Чтение онлайн

Они перешли вброд ручей, прошли вдоль покосившейся каменной стены и стали подниматься на следующий курган. Там было много цветущего кустарника.

– Шипы, – предупредила Мэгги. – Всюду одни и те же методы защиты.

Сходство форм жизни в разных мирах явилось одним из важнейших открытий, сделанных после преодоления барьера гиперпространства. Конечно, встречались и экзотические экземпляры. Но если раньше и существовали сомнения, то теперь всем было ясно, что природа выбирает самые простые решения. Крылья, шипы и плавники можно было обнаружить везде, где существовала жизнь.

Они шли наугад, не имея определенной цели и не выбирая заранее направление. Заглянули в бетонный цилиндр, который мог когда-то служить складом или шахтой элеватора. Потом постояли перед комплексом пластиковых балок, которые были слишком тонкими, чтобы служить опорой чему-либо.

– Скульптура, – предположила Мэгги.

Карсон спросил Жанет, не может ли она определить возраст города.

– Если ли бы у нас был «Уинк»… – ответила она.

– Ладно. Хорошо. – Он думал о том, что можно будет послать «Эшли Ти» на поиски «Уинка» и забрать с него все необходимое.

Когда прошло около часа, Карсон связался с Джейком. В шаттле все спокойно.

– Здесь тоже, – сказал он.

– Рад слышать. Вы ушли не очень далеко. – Видимо, Джейку было интересно. – Что там у вас?

– Сокровища, – пошутил Карсон.

Джейк выключил связь. Он еще никогда не был на неисследованных планетах и испытывал легкий испуг. Но все же он был рад, что оказался здесь.

Большую часть жизни Джейк проработал пилотом на шаттлах Космика. Работа считалась престижной и хорошо оплачивалась. Правда, эта работа оказалась не такой интересной, как он думал, но в конце концов любая работа начинает казаться скучной. Он летал от кораблей к наземным станциям и обратно. И так повторялось изо дня в день – он перевозил людей, чьи интересы ограничивались работой, людей, которые никогда не смотрят в окна шаттла. Эти же оказались совсем другими.

Они ему нравились. Джейк с удовольствием следил, как они обследовали космическую станцию, хотя и соблюдал при этом свои собственные интересы. Он любил изображать твердолобого циника. И еще: он знал о Создателях Монументов, знал, что они тоже совершали межзвездные путешествия. А теперь он очутился в одном из их городов.

Густая зеленая листва на краю опушки залита ярким полуденным солнцем. Он откинулся назад и сложил руки за головой. Вдруг он что-то увидел. Мерцание света в деревьях.

Похоже на отражение от какого-то предмета.

Он высунулся из люка и несколько минут смотрел туда. Что-то белое. Может, кусок мрамора. Лицо овевал теплый ветерок с залива.

Они остановились у кристально чистого ручейка и смотрели на резвящихся в воде рыб. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь кроны деревьев, придавал лесу оттенок нереальности и невинности. В лесу встречались звериные тропы, узкие и не всегда проходимые. Иногда они оказывались в тупике или перед слишком крутым спуском или густыми колючими зарослями и тогда приходилось возвращаться. Карсон нес два палсера – свой и Мэгги.

Ручей протекал под конической аркой серо-голубого цвета. Арка была старой и частично разрушенной. На камне выгравированы символы, но разобрать их невозможно. Мэгги пыталась прочесть кончиками пальцев то, что не могла прочесть глазами.

Она углубилась в это занятие и не услышала неожиданно раздавшихся щелчков, напоминавших звук кастаньет. Но остальные услышали и посмотрели в сторону густых зарослей шиповника. Они успели увидеть маленькое, напоминающее краба существо, которое тут же спряталось.

За аркой они обнаружили статую местного жителя. Статуя опрокинута и полузасыпана землей, но они не пожалели времени и откопали ее. В вертикальном положении статуя оказалась бы в два раза выше Джорджа. Ее отмыли водой из ручья и поразились таланту скульптора: по каменным чертам легко читался характер изображенного. Благородство. И ум.

Они провели измерения и отметили место на карте. Джорджа явно больше интересовало то, чего они не могли увидеть. То, что лежало в земле, поросшей лесом. Он вслух поинтересовался, скоро ли можно будет организовать полноценную экспедицию.

Ответить на этот вопрос было непросто. Если бы все зависело от комиссара, они очутились бы здесь уже через несколько месяцев. Но все не так просто. Эту планету, кроме всего прочего, можно немедленно заселять. И здесь есть возможность получить технологическое выгоды. Хатч подумала, что сюда долгие годы будут иметь доступ только военные Северо-Американского Союза.

Джейк вылез на крыло шаттла, спрыгнул на траву и стал вглядываться в деревья. Он все еще видел это.

На просеке местами рос цветущий кустарник, и молочно-белые роскошные цветы ритмично покачивал ветерок с залива. Цветы, освещаемые солнцем, казались яркими и влажными. Знакомство Джейка с лесом ограничивалось полоской деревьев в пригороде его родного Канзас-Сити, где он играл ребенком. Там, как бы далеко ты не зашел, все равно с одной стороны виднелся Ролуэй Роуд, с другой – Пайк.

Он понимал, что несмотря на мирный вид, лес представлял угрозу. Но у него палсер, и он знает, что это оружие может пробить дыру во всем, что попытается к нему приблизиться.

В этот день небо такое яркое и голубое, что глаза слепит. С залива набегают белые облачка. Над головой кружатся и кричат морские птицы.

Джейк дотронулся до ствола палсера, чтобы придать себе уверенности, и пошел через просеку.

Деревья здесь, как в сказке. Точно такие же, с гримасами и ухмылками, рисуют в детских книжках. Они казались очень старыми. Некоторые росли прямо на кургане, опутывая его корнями, будто скрывали похороненные там тайны. Город давно мертв.

– Сотни лет, – сказала Мэгги.

Кустарник стал реже, деревья стояли дальше друг от друга. Лес заливал солнечный свет.

Они вышли на гребень холма и ахнули.

Склон уходил вниз в заросший лесом овраг, дальше начинался подъем на следующую гряду. Впереди, из склона холма, из высокого густого кустарника выходила стена и высоко парила над оврагом – широкая и мощная, как плотина. Как вал. Стена протянулась поперек долины, а потом с высоты пятиэтажного дома резко обрывалась вниз. Хатч видела металлические балки и арматуру. Остатки лестницы поднимались к вершине. Когда-то от главной стены перпендикулярно отходили другие стены, но от них сохранились лишь перемычки. Каменистый верх стены порос кустарником.