Чтение онлайн

(Приложение)

ГОЛОГРАММА

Пометка: Лично Ричарду Вальду.

Дэвид Эмори в своем полевом офисе.

– Ричард, – говорит он. – Забавно, вы спрашивали об этом всего несколько дней назад. Мы нашли Орикон! Мне кажется, вам интересно будет узнать о наших открытиях, но просьба никому не сообщать об этом до тех пор, пока мы все не опубликуем.

Мы уже знаем, что под современным городом находятся древние руины, но они были недоступны для непосредственного исследования. Или, если быть более точным, я знал. Но, так как у нас не оказалось ни одного предмета для точной датировки, мы не могли ничего доказать.

– Сканеры показывали наличие металлических сооружений, окружающих руины. Существовала гипотеза, что это оборонительная стена. – Он сел на стул и сложил руки на груди, очень довольный тем, как развертываются события. – Эта планета подвержена огромным приливам из-за близости к Спутнику. Теперь здесь установлены морские дамбы, чтобы удержать наступление океана. Но они появились недавно.

Орикон находился на скоплении островов, которые теперь превратились в холмы. При отливе пространство между островами превращалось в болото. Вопрос: каким образом их обитатели перебирались из одной части города в другую. Это, надо сказать, довольно непростая задача. Не забывайте, мы говорим об островах, разбросанных по площади тысяча двести квадратных километров. Более того, как им удалось обеспечить доступ к океану, если необходимо было преодолевать местность, которая была то морем, то топью?

Решение: у них были монорельсы. Это – гористая страна и мы забрались за доказательствами на горные вершины. Вчера мы нашли их – кусок бетона, прикрепленный к отвесной стене. Теперь у нас есть и другие доказательства. Очевидно, их цивилизация процветала в период примерно между 18000 и 16000 годом до нашей эры. Таким образом, получается, что она в три раза старше, чем мы предполагали.

Орикон жив, Ричард!

Генри снял видеошлем. Солнечные лучи согревали комнату. Хатч посмотрела в окно и увидела там «Утренний Бассейн», музей Ивера, «Эльта Парк» и вдали – памятник Вашингтону.

– Очень хорошо, что вы принесли мне это, – сказал он. – Можно мне сделать копию?

– Конечно. – Она ждала, что он оценит важность сообщения.

– Итак. – Он сложил на груди руки и удобно откинулся в кресле. – Как у вас дела?

– Хорошо, – ответила она.

– Что-то не так? – спросил он. – Вы держитесь напряженно.

– Генри, вы, кажется, совсем не удивились.

Выражение его изборожденного морщинами лица не изменилось.

– А почему вас это удивляет, Хатч?

– Существует второе историческое прерывание на Ноке. По два на обеих планетах! Здесь есть определенная тенденция.

Генри изучающе смотрел на нее поверх широкого стола. У него был большой кабинет, заполненный реликвиями, напоминавшими о его карьере.

– Вы считаете, что Орикон пострадал в одном из таких событий?

– Конечно. А как иначе объяснить исчезновение цивилизации, которая могла строить монорельсы?

– Хатч, речь идет о неподтвержденных фактах. Мы хорошо осведомлены о делах на Ноке. Вам бы следовало знать, что у Эмори вообще есть склонность к необоснованным умозаключениям. Но, конечно, в данном случае мы действительно столкнулись с любопытным совпадением. Он ведь говорит, что последние находки относятся к 16000 году до нашей эры. – Генри выжидающе посмотрел на нее.

Она не поняла, к чему он клонит.

– События на Куракуа, – подсказал он, – были разделены периодом в восемь тысяч лет.

– …А на Ноке периодом в шестнадцать тысяч лет. В два раза больше. Но о чем это говорит?

Он пожал плечами.

– Кратное восьми, но какое это имеет значение? – Он выглядел старым. Движения замедленные, и чувствовалось, что они требуют от него значительных усилий.

– Кратное восьми? А мы не знаем, происходили ли на Ноке какие-нибудь события около 8000 года до нашей эры?

– Возможно, что не происходили. Современный цикл цивилизации начался на три тысячи лет позже. – Он внимательно изучал поверхность стола. – Я понимаю причины одного совпадения. Но только одного.

– Какое же второе?

– Сходство между Оз и кубическими лунами.

– Итак, что мы будем теперь делать?

– Я ухожу на пенсию, – ответил он. – И надеюсь, что у меня будет на что жить, после завершения всех дел с юристами.

– Генри, вы не можете просто так выйти из игры…

– Вот это уж, позвольте… Я-то как раз и могу. – Он покраснел и перегнулся к ней через стол. – Вы хоть понимаете, что все это значит для меня? Меня вышибают под барабанный бой и обвиняют в смерти друга. – Подбородок его задрожал. – И, спаси меня Бог, может, они и правы.

– Но вы нужны нам.

– И мне вы нужны. Мы с вами выбрались из ада. Там я принял решение, с которым мне придется прожить весь остаток жизни. Теперь вы разговариваете со мной в обвинительном тоне. А где вы были сами, когда мы пытались найти решения некоторых вопросов? Что вы сами-то сделали, кроме того, что висели на этом проклятом проводе и создавали панику? Вы что, на самом деле думали, что мы не знаем, что происходит? Мы нырнули туда, прекрасно понимая, что делаем, Хатч. Мы все.

«И ты не заставил их повернуть назад», – подумала она, но промолчала. Он пристально посмотрел на нее, но затем силы, казалось, покинули его, и он откинулся в кресле.

– Мне очень жаль, что вы так думаете, – сказала она. – Я выполняла свой долг.

– Я тоже.

Они смотрели друг на друга. Между ними лежала пропасть. Наконец, Хатч сказала:

– Вы принимаете участие в этом деле. Я правильно поняла вас?

– Участие принимаете вы. Если найдете что-нибудь, я буду в Чикаго.