Дворец Грез

Adam Jay Epstein & Andrew Jacobson

THE FAMILIARS: PALACE OF DREAMS

Copyright © 2014 by Adam Jay Epstein and Andrew Jacobson

Illustrations copyright © 2014 by Dave Phillips

Иллюстрации Дейва Филлипса

Издательство АЗБУКА®

Легенды гласили, что на этом острове обитают призраки. И, глядя на одинокий замок, намертво вросший в кроваво-красные скалы, Элдвин ничуточки в этом не сомневался.

– Ярдли, встречай – мы идем, – произнес Джек.

У Элдвина бухнуло и замерло сердце. Еще бы: он вот-вот увидит сестру-близнеца, с которой его разлучили сразу после рождения.

Двухместный ялик Элдвина и Джека шустро плыл прямиком к опасной отмели. Больше высадиться было негде, вот и приходилось рисковать. Покосившись на своего фамильяра, юный волшебник добавил:

– Совсем чуть-чуть осталось!

Мэйденмирский кот сидел на носу, крепко вцепившись когтями в мокрые доски. Его верный возился со швартовом на корме, готовясь причалить.

– Якорь к отдаче! – скомандовал Джек.

– Есть, капитан! – отозвался Элдвин и отдал мальчику честь лапой.

Щелк! Кот распахнул деревянный ящик, вытащил оттуда якорь и размотал веревку. Все это он проделал не лапами, а сознанием. Как и все мэйденмирские кошки, Элдвин обладал волшебным даром телекинеза. И раз от раза у него получалось все лучше и лучше.

Кот снова задрал голову и посмотрел на замок, возвышавшийся над скалистыми утесами. Несколько месяцев понадобилось Элдвину, чтобы разузнать, где же ему искать сестру. И если его догадка верна, Ярдли где-то тут. Ее продали законнику с островов Правосудия, сказали Элдвину. По всему выходило, что его сестра живет здесь, на этом проклятом острове в Запределье, в сотне миль, а то и дальше от южной границы Огромии. И важный судейский чин держит ее то ли как домашнюю любимицу, то ли как пленницу.

– Элдвин, берегись! – завопил Джек, показывая вперед. Поверхность воды возле носа ялика подозрительно пузырилась.

Внезапно океан взорвался. Исполинский морской скорпион вынырнул на поверхность, мотая огромным хвостом с острым, как иголка, жалом на конце. Оставалось только удирать или принять бой с морским чудищем.

Удирать, разумеется, никто и не думал.

Джек нараспев произнес:

На нос суденышка накатила волна, и из брызг сложился рог. Налетевший порыв ветра исторг из него призывный рев. Скорпиону, правда, рев был нипочем. И если уж на то пошло, он разозлился еще больше и свирепо залязгал клешнями. Но чудищу было невдомек, что чудесный рог – это вовсе не оружие, а способ позвать на помощь.

Ялик внезапно начал подниматься над водой. Под днищем обнаружилась спина странствующего кита; он вздымал суденышко все выше и выше над океаном. Скорпион и опомниться не успел, как огромная китовья башка врезалась в него и расколола панцирь, словно скорлупку. Останки скорпиона кит разбил о встречную скалу. Ялик все так же покоился на могучей спине.

– Мы у тебя в долгу! – крикнул Джек.

– На небесах подмога, да и на море немного, – хмыкнул Элдвин.

Бухточка все мельчала. Кит замедлил ход, погрузил голову в воду и осторожно спихнул ялик. Элдвин и Джек направились к берегу, а их спаситель устремился в море, на прощание выдав фонтаны брызг изо всех шести дыхал.

Ялик воткнулся носом в берег, галька заскребла по днищу.

– Отдать якоря, – приказал Джек.

Элдвин силой мысли постарался закинуть якорь как можно дальше, чтобы железные «лапы» поглубже воткнулись в песок. Веревка туго натянулась. Ну все, можно вылезать, теперь-то ялик не уволочет волнами в море.

Джек проверил, не потерял ли сумочку с ингредиентами, – вот она, на плече. И палочка на месте – заткнута за пояс. Убедившись, что все в порядке, мальчик вынул из ножен короткий меч и выпрыгнул из лодки. Элдвину проверять и вытаскивать из ножен нечего – из оружия у него только разум. Поэтому он просто зашагал вслед за верным по унылому берегу. Кот и мальчик шли к выбитой в камне извилистой лестнице, и галечные крабы с прибрежными омарами удирали от них врассыпную.

С тех самых пор, как фамильяр и верный впервые заговорили друг с другом в доме Кальстаффа, они мечтали стать запредельниками и вдвоем отправиться навстречу приключениям. Мечта довольно долго оставалась мечтой – зато теперь она сбывалась на глазах. Да еще как сбывалась! Элдвин и представить не мог, что первое путешествие с верным приведет его к потерянной сестре.

– Многие из тех, кто поднялся по этой лестнице, живыми уже не спустились, – мрачно прошептал Джек.

– Если задумал меня попугать, у тебя не вышло, – ухмыльнулся Элдвин.

– А знаешь, почему эти скалы такие багряные? Думаешь, это у песчаника цвет такой или их ржавчиной разъело? Как бы не так. Это кровь, имей в виду.

– Ну а теперь, пожалуй, напугал, – содрогнувшись, отозвался Элдвин.

Кот и мальчик бок о бок двинулись вверх по ступенькам. В замок, что высился на вершине скалы, стекались просители со всех концов света. Они несли сюда свои распри, споры и сомнения – те, что не в силах были разрешить ни палаты правосудия, ни королевский суд, ни старейшины из Совета. И если решение принималось в пользу просителя, он спускался по лестнице счастливым. А если нет – бедняга отправлялся вниз более коротким путем. И призраки тех, кто упал с высокой скалы, наводняли окрестности замка.

– Мы идем туда, где хорошо, мы идем туда, где хорошо, – бормотал Элдвин. – Там накрыт рыбный стол, и ешь сколько влезет.

– Дурное влияние Гилберта налицо, – улыбнулся Джек.

Тут юный волшебник, пожалуй, был прав. Гилберт вечно впадал в панику на ровном месте, и сейчас Элдвин словно заразился его пугливостью. Хотя на этом острове дрогнула бы даже Скайлар – третья из их компании избранных. У нее нервы по-настоящему стальные, но услышь она эти потусторонние завывания среди утесов, точно дала бы слабину.

Однако Гилберт и Скайлар отправились в походы со своими верными, и от этого проклятого места они оба сейчас далеко.

После гибели ведьмы-зайчихи Паксахары – бывшего фамильяра королевы Лоранеллы, предавшего свою верную, – жизнь в Огромии мало-помалу вошла в привычное русло. Люди и животные стали править королевством вместе. Воинство Мертвецов, поднятое из могил Паксахарой, было разгромлено, и Трое из Пророчества вместе с верными вернулись к учебе. За надежными стенами Бронзхэвена они учились крепить свои магические узы.