Чтение онлайн

— Что празднуют?

— Так император подрался в поле, — ответила серая. — Большая, говорят, вышла драка. Гонцы как домчались с известиями, так и гулянка пошла.

Прежде чем Елена успела задать следующий вопрос — кто же кого побил — она строго повторила:

— Иди за мной. Глаз не поднимай, руками больше не размахивай. С тобой обошлись невежливо, это верно. Но ты ответила с перебором, нехорошо. Не усугубляй.

Елена развела руками, дескать, все понятно, и снова подумала про себя: интересно, кто же все-таки победил?..

_________________________

Про подушку для беременных — одна моя знакомая, таким образом, лишилась то ли двух, то ли трех, их реквизировали родственники (ни разу не беременные). Очень удобная вещь. Сам о такой подумываю.

Насчет ужасающего положения матери и ребенка в период до-индустриальной медицины я не преувеличивал, а скорее наоборот. Почитайте доклады медиков относительно детства в дореволюционной России — гарантирую, это будет страшнее любого хоррора. Но и в верхах общества тоже не скучали.

«Обычным делом было швыряться спеленутыми детьми. Брата Генриха IV для забавы перебрасывали из одного окна в другое, уронили, и он разбился. Примерно то же случилось с маленьким графом де Марлем: «Приставленная к ребенку нянька и один из камергеров развлекались, перебрасывая его друг другу через окно... Иногда они притворялись, что не могут его поймать... маленький граф де Марль падал и ударялся о камень, который лежал внизу». Врачи жаловались на родителей, ломавших кости своим детям в ходе «обычной» игры в подбрасывание младенца. Няньки часто говорили, что корсет, надетый на ребенка, необходим потому, что иначе «его нельзя будет подбрасывать». Я помню, как один выдающийся хирург рассказывал случай из своей практики: ему принесли ребенка, у которого «несколько ребер были вмяты в тело руками человека, подбрасывавшего его без корсета». Кроме того, врачи часто с осуждением упоминали другой распространенный обычай — с силой встряхивать ребенка, вследствие чего ребенок оказывается в оглушенном состоянии и некоторое время не доставляет хлопот тем, кто его нянчит»

Ллойд Демоз, «Психоистория. Эволюция детства»

Кстати, если кто-то думает, что трупный мармелад это выдумка — раздумайте. Использование мертвой плоти во всех видах — от крови до «черепного мха» в медицине средневековья и Ренессанса было настолько распространено и развито, что некоторые исследователи пользуются термином «медицинский каннибализм».

Использование плаща в схватке:

https://www.youtube.com/watch?v=DEr4Zq7xhOg

— Примите, Ваше Величество.

С этими словами Шотан протянул юноше стеганую куртку бледно-зеленого цвета, на шнурках. Поддоспешник не предназначался для парада и был полностью лишен каких-либо украшений. Рукава в косую клетку, на плечах широкие кожаные петли для закрепления деталей брони, хребет защищен дополнительными валиками, а под мышками нашиты полотна очень мелкой кольчуги. Простая, полезная вещь, набитая шерстью.

— В плечах широковат, — отметил император и попробовал пошутить. — Ценю вашу веру в мои силы.

— Так и должно быть, — очень серьезно, без тени улыбки сказал Шотан. — У правильно сшитых акетонов рукава в плечах уширены и приподняты, чтобы не сковывать движения. Например, широкий замах.

— Как интересно, — пробормотал юноша, скрывая страх за пустыми словами.

Оттовио было страшно. Безумно, невероятно страшно. Холодный пот, казалось, уже насквозь промочил нижнюю рубашку, пальцы дрожали, да и голос то и дело срывался на противный фальцет.

— Оставьте нас, — приказал Шотан, глядя поверх слуг и оруженосцев. Те немедленно повиновались, императорский павильон опустел. Юноша ревниво подумал, что его приказы выполняются как бы не медленнее, и вообще граф распоряжается в шатре императора как в собственном.

— Мои г-г-гетайры, — стуча зубами, выдавил Оттовио, нервно притоптывая по ковру носком сапога. Теперь, когда лишние глаза пропали, императора колотила неуправляемая дрожь.

— Ждут снаружи. Окажите мне честь, повелитель, — все так же серьезно попросил Шотан. — Дозвольте помочь облачиться в доспехи.

Оттовио лишь кивнул, дрожь распространилась и на его губы, юный император попросту боялся опозориться вконец, оттого и промолчал.

— Каждый воин должен уметь надевать бронный гарнитур самостоятельно, — сказал граф, пока император натягивал дареный поддоспешник. — Но всегда лучше, когда кто-нибудь помогает. Поднимите руки, Ваше Величество, повернитесь. Акетон должен сесть по фигуре.

— Д-да-а…

Император послушно исполнил указание.

— Отлично. Мерка правильная. А это... — Шотан пренебрежительно глянул на парадную стеганку, богато расшитую золотом. — Бесполезная вещь.

— Выбросить? — почти без зубовного стука, вымученно и криво улыбнулся Оттовио.

— Ну, зачем же. Отдайте кому-нибудь в должный момент, сопроводив добрым напутствием. Одежда с императорского плеча — большая награда. Это вообще хороший способ избавляться от ненужного. Дарите мелким людям с таким видом, будто ради них отрываете от сердца величайшую драгоценность. Они это запомнят на всю жизнь.

— Хорошо…

Оттовио казался бледным, как гипсовая маска, на лбу выступили бисеринки пота, светлые волосы липли к коже.

— Пояс надо затянуть плотно, однако не слишком, — руководил Шотан. — Попробуйте несколько раз вдохнуть и выдохнуть не грудью, а как бы местом, что находится под пупком. Если получается без затруднений, то все сделано верно.

Граф поднял с прочного, крепко сбитого стола стальные ботинки лишенные подошв, очень похожие на сегментированные панцири больших жуков. Не чинясь, опустился на колени, надел сабатоны на мягкие кожаные сапоги Оттовио. Дернул шнурки, проверяя надежность крепления, перешел к защите голени.

— Не забудьте, складки на штанах нужно согнать вперед, а затем уже замыкается наголенник. Так… присядьте на левую ногу, надо проверить, как работает сочленение в щиколотке. Хорошо. Другая нога.

Оттовио исполнил рекомендацию, подумав мимоходом, что забавно — император преклоняет колени перед графом. Хорошо, никто больше этого не видит… затем накатил очередной приступ ужаса.

— Когда то я был очень юн… — ни с того, ни с сего вдруг начал повесть Шотан, надевая Оттовио двухчастные набедренники. Начал и отвлекся, продолжая комментировать свои действия. — Нижний ремешок, тот, что под коленом, затягивается как можно туже. Он и объединяет вместе всю защиту ноги. Остальные должны быть свободны, иначе подвижность будет страдать, может застояться кровь. Знаток с первого взгляда определит, парадный ли доспех или он сделан для настоящего боя.