Чтение онлайн

Флойд задумчиво смотрел на реку.

Потом он сказал:

– У меня есть сын девяти лет. Чуть старше, чем сын Бена. И у меня красивая жена.

Он пожевал травинку, потом живо обернулся ко мне.

– Хочешь взглянуть?

– Конечно.

Довольно улыбаясь, он достал из заднего кармана брюк бумажник. И показал мне моментальный снимок своей жены – милая темноволосая женщина в белом платье и шляпке и обнимающий ее рукой сияющий мальчик в брючках и белой рубашке.

– Симпатичный мальчуган, – сказал я, – и жена славная.

Он смотрел на фотографию, улыбка таяла, но продолжал смотреть.

Затем вложил снимок обратно в бумажник и засунул его в карман.

Я сказал:

– Они хорошо одеты, выглядят сытыми и здоровыми.

Флойд кивнул.

– Я их всем обеспечиваю. Но как долго это может продлиться? Жизнь не будет вечной. Я старею, а время проходит мимо меня. Сейчас самая пора переправляться через реку.

Я не понял его и сказал об этом.

Он улыбнулся.

– Иногда берешься за что-то наперекор здравому смыслу.

– Что ты имеешь в виду?

– Берешься за работу, которая сулит такую добычу, что ты сможешь начать новую жизнь. У меня пересохло во рту.

– Такого рода работа нам и предстоит завтра? Он кивнул с подобием улыбки на губах купидона. Я сказал:

– Мне только известно, что это похищение.

– А ты знаешь, что это большая шишка? Вызов нации, как об этом закричат проклятые газеты.

Я почувствовал, как холодок пробежал у меня по спине.

– Нет, – сказал я.

– Это так, Джим.

Он встал и пошел наверх по склону. Я последовал за ним.

– Кто? – спросил я.

– Они тебе сказали, сколько ты должен получить?

– Моя доля? Что-то около пяти тысяч.

– Будет больше, я обещаю тебе.

– Но кто, Чок?

– Я не хочу говорить тебе, пока не буду знать, что ты вошел в дело, полностью. Для надежности.

– Я уже вошел. Так кто?

– Один из тех, кто должен прикончить нас.

– Кто?..

– Гувер. Джон Эдгар Гувер. Правая рука министра юстиции. А теперь давай поспешим, Джим. Подходит время для барбекю.

Вскоре после того, как мы с Флойдом вернулись к главному строению туристского лагеря, подъехал еще один «форд-седан», управляемый Доком Баркером. Рядом с ним сидел Карпис, а Долорес и Луиза на заднем сиденье. Бен принес ключи от их домиков. Луиза, увидев меня в окошко, засияла, выскочила из «седана». Мы знали друг друга меньше чем двадцать четыре часа, а она схватилась за мою руку, словно утопающий за соломинку.

Забрав багаж, я проводил ее в комнату.

– Две кровати, – сказала она разочарованно.

– Луиза, я не уверен, что мы должны повторить то, что произошло сегодня утром...

Мне показалось, что она огорчилась, широко расставленные карие глаза стали грустными. Господи, Луиза выглядела изумительно – коротко подстриженные белокурые волосы, розовые щеки, надутые губки, гибкая, но округлая фигурка в облегающем бело-розовом ситцевом платье с бантиком-шнурком на шее. Она села на край кровати и подняла подол юбки до того места, где ее молочно-белые бедра говорили «Привет!» над кромкой чулок.

– Тебе не кажется, Джимми, что иногда ты бываешь слишком деликатен?

Позже, когда я оказался со спущенными и болтающимися вокруг моих ног брюками, а она в задранной вверх юбке, я уже, наверное, не был слишком деликатен.

Луиза на некоторое время ушла в ванную, потом вернулась посвежевшей и воодушевленной. Мы легли рядом, в одежде, застегнутой почти на все пуговицы, и она закурила. Я ни разу не видел ее курящей.

– Хочешь затянуться? – спросила она, предлагая сигарету.

– Спасибо. Не обзавелся такой привычкой.

– Мой папочка, наверное, выпорол бы меня за это. Меня Кэнди приучил.

Она назвала имя Кэнди, который для нее уже ушел в прошлое.

Это не значит, что она была холодной или бессердечной, она была маленькой горячей штучкой, во всех отношениях. Просто она познавала жизнь на разбойничьей дорожке.

– Скоро будем ужинать, да?

– Действительно скоро. Ма снова кухарит.

– Она хорошо готовит, – пыхнула сигаретой. – А это милая комната.

– Да, не надо ночью бегать наружу.

– Да, и ванна, и все прочее. Хотя эти дурацкие обои, не поймешь, какого цвета, то ли пурпурные, то ли коричневые? Из-за них и комната выглядит маленькой, почему они выбирают все такое темное?

– Это чтобы мы не замечали тараканов.

– О, – сказала она, кивая и не переставая затягиваться своей сигаретой.

Сквозь тонкую стенку доносилась музыка кроватных пружин.

Луиза захихикала.

– Еще кто-то балуется рядом.

– А кто устроился в соседней комнате?

– Думаю, Нельсоны.

– Что ж, тогда это не баловство. Они женатые люди, так что это хорошо и для Господа, и для всех.

Она согласилась, поняв буквально мою иронию. Женский голос за стенкой повторял:

– Меньше... меньше... о, меньше... Я сказал:

– Не означает ли это «больше»?

– Она говорит «Лес» [58] – это имя, сокращенное от имени Лестер. Ведь настоящее имя Нельсона – Лестер Джиллис.

Для меня это было новостью.

– Луиза, золотце. Можно тебя спросить, только серьезно?