Шрифт:
Случилось это в одной из булочных Санкт-Петербурга, что завелись уже почти в каждом дворе и ещё по десятку чуть ли не на каждой улице. «Случилось», конечно, сильное слово, будь я в другом настроении, наверное, и не заметил бы этого маленького происшествия. Но в тот день я как-то особенно злился на людей, на их равнодушие друг к другу. И самое неприятное было в том, что никакого настоящего предлога, чтобы это чувство злости могло возникнуть, у меня в уме не находилось. «А нужен ли этот предлог? Вот стоим мы все тут, занятые каждый своими мыслями и заботами. Ничегошеньки друг о друге не знаем, в душу ни к кому не лезем, чтобы не дай бог границы не нарушить. И кажется нам, что все нам про нас понятно, удивляться уже нечему…» – думал я, разглядывая дощато-бревенчатый дизайн булочной, принюхиваясь к запахам свежего хлеба и варенья. Тем временем люди в очереди стали недовольно посматривать в сторону кассы, где старичок никак не мог определиться с покупкой. Молодая продавщица ждала, пряча свое недовольство за нетерпеливыми взглядом.
– Мне вон тот кусок пирога. Это он с вишней? – наконец промямлил дедушка.
– Он, он, берите, – сказал кто-то из очереди.
Конец ознакомительного фрагмента.