Двойной морс со льдом

– Ну кто ж так вяжет? – с досадой бросил крепкий немолодой мужчина в усиленной стальными пластинами кольчуге. – Бобрыня! Тебя что, не учили как горынычей правильно фиксировать? Две головы друг с другом, а третью с хвостом. И оба узла вокруг деревьев, иначе убежит потом, где его ловить? И не стесняйся узлы покрепче затягивать, ничего с его шеями не станется.

Здоровяк снова посмотрел на молодого напарника и покачал головой. Тот пыхтя заканчивал со своим узлом, но нашел несколько мгновений, чтобы повиниться:

– Извини, Огнелюб! Это ты богатырь опытный, а я пока начинающий. И помню как надо, а вот… растерялся немного. Не работал раньше с горынычами, вот и оказался этим… слабым звеном. Боюсь, что только мешаю тебе.

– Ну ладно, – примирительно махнул рукой старший. – Какие твои годы! Научишься. И не мешаешься ты вовсе, Бобрыня. Я очень даже рад, что ты мимо нашей заставы проезжал. Вдвоем путь держать намного веселее.

Два витязя отошли от подергивающейся туши и удовлетворенно оглядели работу. Немалый змей крутил глазами, но даже шипеть не мог с завязанными узлом шеями. К ним приблизился старик, снял шапку и попытался поклониться, но сразу и распрямился, остановленный ладонью Огнелюба.

– Не дело старому человеку перед нами спину гнуть, – дружелюбно пробасил богатырь. – Принимай работу, староста! И мы даже рады, что мимо проезжали, а то этот поганец вам бы много полей мог потоптать, да потравить. Главное, не забудьте в город отписать о происшествии. Чей, говоришь, он? Бабы Яги? Вот вкатят ей штраф, в другой раз лучше будет за своим питомцем следить.

– Да мы с ней и сами поговорим, – покачал головой староста. – Так-то она бабка пользительная. А вам, добры молодцы, спасибо огромное от всей нашей деревни! Может все-таки заедете? Пир горой не обещаем, но угостим по-совести! Да и передохнёте на свежем сене.

– Некогда нам, – покачал головой немолодой витязь. – До ночи хотим в Муром поспеть, так что спасибо за приглашение, но извиняйте. Поедем мы.

– Так на чем мы прервались? – задумчиво спросил Огнелюб, когда оба вскочили в седла и погнали коней неспешной рысью. – А, да… Я интересовался, почему у тебя, друже, имя такое… необычное.

– Да ерунда, – усмехнулся молодой. – Добрыней назвать хотели, да писарь ошибся, чтоб ему хорошо отдыхалось, да вспоминалось… Буковки спутал. «Д» и «Б» судя по всему для него похожи. Ну да ладно… Я привык уже, да может оно и к лучшему… Добрыня имя очень уж славное, его ещё заслужить надо. Так что мое мне нравится.

Конец ознакомительного фрагмента.