Чтение онлайн

«Фокус может получиться. — Фостер развернулся и двинулся обратно к трейлерам. — Не исключено, что женщина посмотрит вниз. Вероятность невелика, но, учитывая обхват бицепсов этой дамы, надо позаботиться, чтобы она ни в коем случае не сочла меня виновником произошедшего.

Да, пусть я трус, но ее руки в обхвате такие же, как мои бедра».

Кроме того, Тони не надо было видеть ключ. Он знал, где тот находится, какое место занимает во вселенной. Ладно, может, со вселенной парень переборщил, но в ближайших окрестностях он отлично ориентировался.

«Мистер Фостер! — Тони пришлось напрячься, чтобы расслышать в наушнике голос Питера. — Поторопитесь!»

Похоже, время пришло. Он сосредоточился и зажал в ладони связку ключей. Экскаватор за его спиной зафырчал и заглох.

Если верить Арре Пелиндрейк, волшебнице из другого мира, которая оставила Тони ноутбук с подробными, раздражающе расплывчатыми инструкциями, главное — сосредоточиться. Для применения заклинаний требовались слова, символы и компрометирующие телодвижения. Фостер подозревал, что волшебники в мире Арры были феноменально гибкими или же обладали садистским чувством юмора. Но спустя некоторое время — то бишь долгие годы тренировок — слова, символы и телодвижения можно заменить просто волей волшебника.

Летом, пытаясь вызволить съемочную группу из дома с привидениями, Тони обнаружил, что «некоторое время» может свестись к одной-единственной ночи, полной нервотрепки. Если он теперь хотел, чтобы что-то к нему перенеслось, то так оно и получалось.

С другими заклинаниями дело обстояло иначе. Фостер по-прежнему пытался забыть все, что случилось в тот раз, когда он впервые опробовал в ванной комнате очищающее колдовство. Ничто так ясно не говорит: «Привет, я извращенец!», как нападение пузырьков моющего средства на парня, с которым у тебя свидание.

Остальные приемчики… Увы, в окрестностях Ванкувера оказалось удивительно мало мест, где можно было бы потренироваться в энергетических выстрелах, учитывая плотность населения и вероятность того, что тренировка закончится взрывом. Но Тони назубок выучил теорию, просто на случай, если ему придется с боем прорываться из еще одного дома с привидениями.

Тони подошел к столику с закусками и увидел Ли. Актер засунул одну руку в карман кожаной куртки, а в другой держал пластиковый стаканчик с кофе и флиртовал с Карен, поставщицей еды из отдела обслуживания. Когда Николас опустил голову и посмотрел на нее сквозь густую, темную бахрому ресниц, она хихикнула. По-настоящему! Такой звук Тони никогда раньше не связал бы с Карен. Смех — да. Моряцкая ругань — да. Но хихиканье? Нет.

Ответная улыбка Ли и его тихий ответ, которого Фостер не расслышал, заставили Карен зардеться. Румянец, проступивший под веснушками, был отчетливо виден в свете двойного ряда галогенных прожекторов, направленных на столик.

— Поторопитесь, мистер Николас!

Ли услышал зов Питера, подмигнул Карен, осушил стаканчик, швырнул его в ближайший из двух мусорных баков, повернулся, с легкой улыбкой скользнул взглядом по Тони и сразу же перевел его на что-то другое. Это движение губ было единственным подтверждением того, что актер заметил Тони.

Фостер глядел ему вслед, пока Николас шагал к Мэйсону и Питеру. Они стояли возле отметки, откуда должны были вестись съемки очередной сцены. Тени, по пятам следующие за Ли, появлялись лишь из-за того, что естественный и искусственный свет заслоняли разные предметы. Тени-воины не преследовали актера. Мурашки пробежали по шее Тони только из-за осеннего ветра, предупреждавшего, что зима, обычная для Британской Колумбии, уже на носу. Если мертвецы где-то и разгуливали, то не здесь.

Все выглядело настолько вызывающе нормальным, что Тони почти поверил, будто крики Ли, тело которого терзал безумный мертвый волшебник, ему лишь почудились, как и сам Николас, сидящий в «скорой помощи» и признающийся… Ну, по сути, он сказал, что, целуя Тони, полностью осознавал, в чьи именно губы впивался.

Конечно, в придачу актер сказал, что шоу должно продолжаться.

Это произошло в августе. Сейчас начинался октябрь. Шоу продолжалось почти два месяца, причем довольно успешно. В отличие от многих других звезд Ли всегда был дружелюбен со съемочной группой. Его доброе отношение всегда распространялось и на Тони. В этом ничего не изменилось — он обращался с ним так же, как с костюмершей Кейшей или звукорежиссером Зевом Зеро. Поцелуй и признание были благополучно погребены под самой удачной, с точки зрения Тони, игрой Николаса.

Лестница и подушка уже исчезли с места съемки, поэтому Фостер решил, что Питер разберется с последним дублем без его помощи. Ключи от экскаватора соскользнули с кончиков пальцев молодого волшебника в мусорный бак, их скрыла недоеденная булочка. Тони наблюдал за кинооператором на «журавле», тощим мужчиной средних лет по имени Уолтер Дэвис, который заменил Хартли Скенски, не выбравшегося из дома с привидениями. Фостер взял пригоршню клубничных зефирин и с удовольствием отправил их в рот.

— Знаешь, эти штуки тебя убьют.

Одна из них и впрямь попыталась это сделать.

Кашляя и выдувая из ноздрей розовые мокрые крошки, Тони сердито посмотрел на констебля Джека Элсона, которого явно забавляло случившееся. Парень мысленно перебрал несколько ответов, которые могли бы стоить ему от пятнадцати лет тюрьмы до пожизненного срока.

Когда он снова смог заговорить, чувство самосохранения заставило его ограничиться слегка саркастической репликой:

— Разве это место входит в вашу юрисдикцию?

Констебль Элсон, как и «Чи-Би продакшнс», работал в Барнеби — части Большого Ванкувера, расположенной примерно в десяти милях восточнее делового центра города.

— Сейчас не моя смена, — пожал плечами констебль. — Я услышал, что почти вся ваша команда занята уличными съемками. Вот и решил заглянуть сюда и посмотреть.

— Тишина, пожалуйста! — Адам Паэлоус, первый ассистент режиссера, начал знакомую литанию: — По местам, люди!

Тони мотнул головой в сторону трейлеров и пошел туда. Коп с легкой улыбкой последовал за ним. Проходя мимо стола, он ухватил с него пару печений. В последние два месяца полисмен так часто тут появлялся, что Карен, обычно с рвением питбуля защищавшая еду, принадлежавшую съемочной группе, перестала его останавливать. Еще больше Фостера смущало то, что в последние недели он начал мысленно называть констебля Джеком.