Чтение онлайн

— А тебе, Питер, хотелось бы увидеть это, не правда ли? — спросил барон любезным тоном. — Поглядеть, как корпус сардаукаров будет грабить мои города, брать этот замок. Ты ведь и впрямь получишь удовольствие.

— Разве можно говорить такое, барон? — прошептал Питер.

— Тебе надо быть баши корпуса, — отвечал барон, — слишком уж ты любишь боль и кровь. Наверное, я поторопился с распределением будущих трофеев на Арракисе.

Пятью курьезно осторожными шажками Питер просеменил за кресло Фейд-Рауты. В комнате воцарилась напряженность, и юноша, озабоченно нахмурясь, глянул на Питера.

— Не надо играть с Питером, барон, — сказал ментат. — Вы обещали мне леди Джессику. Вы обещали ее мне.

— Ну зачем она тебе, Питер? — спросил барон. — Помучить?

Питер молча глядел на него.

Фейд-Раута отодвинул вбок свое плавучее кресло:

— Дядя, я еще нужен? Вы сказали, что вы…

— Мой дорогой Фейд-Раута теряет терпение, — сказал барон. Он шевельнулся в тени рядом с глобусом. — Терпение, Фейд. — Он вновь обернулся к ментату: — А как насчет герцогского отпрыска, мальчишки Пола, мой дорогой Питер?

— И он тоже окажется в вашей ловушке, барон, — пробормотал Питер.

— Я спрашиваю не об этом, — сказал барон, — помнишь, ты предсказывал, что ведьма-гессеритка родит герцогу дочь. Ты ведь ошибся тогда… так, ментат?

— Я не часто ошибаюсь, барон, — ответил Питер,

и впервые в его голосе слышался страх, — согласитесь: я ошибаюсь не часто. А вы сами знаете, что Бинэ Гессерит рождают чаще всего дочерей. Даже консортесса императора… только дочерей.

— Дядя, — сказал Фейд-Раута, — вы обещали, что я услышу что-то важное для себя…

— Послушайте-ка моего милого племянника, — сказал барон. — Он дерзает наследовать мне, стремится принять из моих рук бразды правления, но пока не умеет править даже собой. — Барон вновь шевельнулся у глобуса, тень среди теней. — Хорошо, Фейд-Раута Харконнен. Я призвал тебя сюда, чтобы ты усвоил хоть клочок мудрости. Ты не следил за нашим добрым ментатом. Ты должен был кое-что почерпнуть из нашего разговора.

— Но, дядя…

— Не правда ли, Фейд, Питер весьма ценный ментат?

— Да, но…

— Ах! Действительно — но! Посчитаем, какие же но: он потребляет слишком много специи, ест ее как конфеты. Погляди на его глаза. Он словно явился сюда с биржи труда в Арракейне. Да, он эффективен, но — слишком эмоционален и склонен к разным выходкам. Эффективен, но — может и ошибиться.

Мрачно и тихо Питер проговорил:

— Вы пригласили меня сюда, барон, чтобы дать нагоняй и повысить мою отдачу?

— Повысить твою отдачу? Ты же знаешь меня, Питер. Я хочу лишь, чтобы мой племянник понял ограниченность возможностей ментата.

— А вы уже тренируете моего преемника? — резко спросил Питер.

— Твоего преемника, Питер? Да где же я найду другого ментата, с твоим ядом и хитростью?

— Там же, где когда-то и меня, барон.

— Стоящая мысль, — задумчиво произнес барон. — Что-то ты последнее время несколько неспокоен. А сколько специи ешь?

— Разве мои развлечения так дорого стоят? Вы возражаете против них, барон?

— Мой дорогой Питер, удовольствия-то нас и связывают. Неужели я стану против них возражать? Просто я хочу, чтобы мой племянник подметил в тебе эту черту.

— Значит, я — предмет показа, — проговорил Питер. — Что же еще сделать? Сплясать? Или просто продемонстрировать функции ментата перед лицом их превосходительства Фейд-Ра…

— Именно, — ответил барон. — Я тебя демонстрирую. А теперь помолчи… — Он перевел взгляд на Фейд-Рауту, на его пухлые надутые губы — фамильный признак Харконненов, — тронутые теперь удивлением. — Это ментат, Фейд. Его психику воспитывали и формировали для выполнения определенных функций. Не следует упускать из вида и то, что она заключена в человеческое тело. Это крупный недостаток. Иногда мне кажется, что древние не так уж ошибались со своими мыслящими машинами.

— По сравнению со мной, это были игрушки, — огрызнулся Питер. — И вы сами, барон, превзошли бы такую машину.

— Быть может, — ответил барон. — Ах, ну… — он глубоко вздохнул, рыгнул. — А теперь, Питер, вкратце изложи моему племяннику самые яркие моменты плана кампании против Дома Атридесов. Будь добр, исполни перед нами обоими обязанности ментата.

— Барон, я бы не советовал доверять такую информацию столь молодому человеку. Мои наблюдения…

— Решаю здесь я, — рявкнул барон, — и я приказываю тебе, ментат, выполняй одну из своих многочисленных функций.

— Да будет так, — сказал Питер, он выпрямился со странным достоинством, словно надел новую маску, на этот раз на все тело. — Через несколько стандартных дней герцог Лето со всеми своими домочадцами погрузится на лайнер Космической Гильдии, следующий до Арракиса. Корабль Гильдии высадит их, скорее всего, в Арракейне, а не в Картаге: ментат герцога Сафир Хават примет правильное решение, Арракейн оборонять гораздо проще.

— Слушай внимательно, Фейд, — сказал барон, — ты понял: планы внутри планов внутри планов.

Фейд-Раута кивнул и подумал: «Теперь все, похоже, в порядке. Старый монстр, наконец, доверил мне что-то секретное. Должно быть, и впрямь решил считать меня своим наследником».

— Возможно несколько вариантов развития событий, — сказал Питер. — Я свидетельствую, что Дом Атридесов отправится на Арракис. Нельзя исключать, впрочем, и малую вероятность того, что герцог заключил контракт с Гильдией на доставку в безопасное место, за пределы Системы. В подобных ситуациях многие Дома переходили на положение изгоев, увозя фамильное атомное оружие и щиты за пределы Империи.