Джандо
Шрифт:
— Здесь, конечно, не мешает сделать ремонт, мистер…
— Совсем не мешает.
Незнакомец взял довольно большую порцию джина и выпил ее одним изящным глотком. Маккенрой ждал, когда он поморщится, но этого не произошло.
— Вообще-то у меня есть к вам дело, мистер Маккенрой, но поговорим позже, когда вы будете готовы. Так не забудьте: единица, семерка, девятнадцать, двойка, пятерка и потом выпадет тройка.
— Чудно… — Маккенрой рассмеялся. Он с удовольствием бы продолжил этот разговор, и он прекрасно понимал, что два незнакомых НОРМАЛЬНЫХ человека на подобные темы говорить не станут.
— Пустяк…
— Я думаю, мистер, вам лучше сказать, чего вы хотите…
— Конечно… Когда вы будете готовы.
И темнокожий красавец еще раз осмотрел помещение, потом, бросив взгляд на работающий телевизор, добродушно кивнул Маккенрою и направился к выходу.
— Еще один вопрос, мистер: откуда вы знаете мое имя?
Он обернулся и, рассмеявшись, проговорил:
— Прочитал. На двери табличка…
А через четыре часа Маккенрой почувствовал, что его состояние близко к сумасшествию и что больше всего на свете он хочет снова поговорить с этим темнокожим человеком. За разговор с ним Маккенрой отдал бы сейчас все что угодно.
— Сукин сын, — говорил Маккенрой. — Сукин он сын!
Пять минут назад под музыку, аплодисменты и шутки ведущего закончился очередной розыгрыш «телевизионного лотто», и Маккенрой как завороженный смотрел на яркий экран старенького «Сони». Цифры выпадали одна задругой, сердце Маккенроя готово было вырваться из груди.
— Сукин сын! Ну почему он не пришел хотя бы вчера! Я бы успел заполнить карточку.
На экране телевизора горели цифры: 1, 7, 19, 2, 5, 3. Цифры были обведены цветной рамочкой, но на какое-то мгновение Маккенрою вдруг показалось, что это свернувшаяся в клубок спящая змея.
— Ну где же он ходит, сукин сын?!
Те самые цифры, выпавшие в той самой последовательности!
— Сукин сын…
И опять был «джекпот». О сумме выигрыша даже страшно было говорить.
Незнакомый темнокожий человек появился только около полуночи, когда Маккенрой уже потерял надежду и почти убедил себя, что происшедшее с ним было галлюцинацией, временным помутнением разума. И бесконечно красивый, наверное, прекрасный, темнокожий человек никогда не придет, потому что его не существует.
Но он появился. Прошел мимо смуглых охотников с обветренными лицами, мимо симпатичных туристов, забравшихся сюда в поисках экзотических наслаждений, мимо чернокожих аскари и остановился у стойки.
— Ну что, мистер Маккенрой, пора закругляться?
— Я думаю, вы правы, мистер…
Через четверть часа заведение Маккенроя было пусто.
— Вам, конечно, чистый джин? — спросил Маккенрой, проводив последнего посетителя и возвращаясь за стойку.
— Не сейчас. Похоже, вы уже готовы?
— Я не знаю, что вам сказать, мистер…
— Норберт, — проговорил тот неожиданно быстро.
— Очень рад, мистер Норберт.
— Мне тоже приятно знакомство с вами…
Он положил руку на стойку, и Маккенрой увидел, какие у него длинные пальцы, узкие холеные ногти и как хорош тяжелый перстень: золотая змея, свернувшаяся вокруг большого зеленого камня, камня чистейшей воды… Маккенрой посмотрел на другие кольца, и снова его взгляд вернулся к перстню.
— Старинная, должно быть, вещица, — сказал Маккенрой.
— Достаточно старинная… Как вы понимаете, я пришел поговорить с вами о цифрах. О выигрышных цифрах.
— Надеюсь, что так…
— И как вы убедились, некоторые вещи для меня не являются секретом, мистер Маккенрой.
— Еще как убедился.
— Хорошо. Наверное, вам интересно, как я это делаю, и больше всего на свете вы хотели бы узнать выигрышную комбинацию следующей недели.
Маккенрой вдруг почувствовал, что у него пересохло во рту.
— Это так, мистер…
— Вы боялись, что я вам привиделся. — Он посмотрел на Маккенроя. — Вы думали, что уже никогда меня не увидите?
Я ЗНАЮ, О ЧЕМ ТЫ ГРЕЗИШЬ. ЭТО ПУСТЯК.
Маккенрой промолчал. Он с опаской взглянул на своего гостя, но не увидел в его глазах ничего, кроме доброты и бесконечного понимания.
Я ЗНАЮ, О ЧЕМ…
— Да, мистер Норберт, я испугался, что вас… как бы не существует. Что такого не бывает. Я вдруг решил, что настолько сильно хочу выиграть и так давно себя изматываю, что просто выдумал вас…
— Именно так люди начинают сходить с ума. — Он улыбнулся. — Но я здесь для тог©, чтобы вы прекратили себя изматывать. Наверное, если бы я сегодня не появился, вам бы пришлось выдумать меня, и это было бы не очень хорошо, как вы считаете?..
— Боюсь, что это правда…
— Вам ведь даже не с кем было поделиться, рассказать, насколько велика ваша страсть… Ведь так? Множество людей хлопали вас по плечу, а вы смешивали им коктейли… Они называли себя друзьями, а сами заставили все же поменять табличку, хотя ваша бабка предупреждала, что делать этого нельзя. Я прав?
— Мистер Норберт… Я смотрю, вам многое известно, но…
— Я понимаю — это тяжело, потому что вы сами знаете, что это правда.
— Да, мистер Норберт, только…
— И вам сейчас просто необходим успех, и вовсе не потому, что нужны деньги на ремонт. Вам необходимо взять ситуацию под контроль, вы должны выиграть!
— Прошу вас…
— Нет, мы должны быть откровенны до конца, и тогда вы сможете оказать услугу мне, а я смогу помочь вам. Вы наконец должны выиграть…