Джеральдина
Шрифт:
Черт! Ей сих пор не верится. Поистине везунчик! Если дела пойдут так и дальше, скоро везение будет ее вторым именем.
Они прошли внутрь небольшого здания, возвышающегося над землей. Навстречу вышли женщина лет сорока с уродливым имплантом на пол-лица и два здоровенных охранника.
– Сегодня только одна? – спросила женщина.
– Да. Но будьте повнимательнее с ней. Девочка не за кражу конфеток попала к вам, – усмехнулся Стенли, по крайней мере, так его называл напарник, когда они садились в флайкар. Жуткий тип, ему вот самое место в тюрьме.
Один из охранников поднес считыватель к запястью правой руки, куда был вживлен чип с информацией о личности Джо. Прибор пиликнул, данные сверили с личным делом, которое открылось на визоре второго охранника, и, удовлетворенные результатом, они приказали ей следовать за ними.
Пока она мысленно проклинала всех на свете, а в частности, неизвестных ей людей, из-за которых она оказалась в такой ситуации, они оказались в небольшом помещении со старым кафелем на полу и стенах.
Джо заставили лечь в аппарат, предназначенный для сканирования и обнаружения имплантов. Сканирование показало отрицательный результат.
– Эй, а одежда мне полагается?
– Мы еще не закончили, – ответил лысый.
В помещении был стеклянный бокс и пульт управления с монитором. Джо казалось, что такие уже давно покоятся на свалках.
– Заходи внутрь.
Взгляд лысого напрягал. Он гадко усмехнулся и, когда девушка оказалась заперта внутри бокса, нажал на одну из кнопок.
***
От неожиданности Джо заорала.
К этому она точно была не готова.
В той, прошлой жизни, когда она была еще маленькой наивной девочкой, то все-таки решила покорить океан, и Кассандра отвела ее на уроки плавания в бассейн, который был расположен в зоне отдыха для сотрудников компании. Перед тем как залезть в воду, все проходили процедуру обеззараживания.
Обычно это был теплый пар, идущий со стен бокса, с добавлением безопасных химикатов, после которых на тебе не остается ни одной бактерии. Но этот бокс разительно отличался. Джо даже серьезно задумалась о том, скольких им удалось убить этой штукой и избавить себя от лишних ртов.
Из пола бокса резким потоком воздуха начало обжигать холодным паром. Именно обжигать. Пар был настолько холодным, что даже после того, как все закончилось, она не могла пошевелиться.
«Процедура обеззараживания успешно завершена», – проговорил механический женский голос над головой.
– Все, Белоснежка, одевайся. Или решила так походить? Я не против. Покрутись-ка. – Охранник был удостоен ее среднего пальца. – Не забывай, кто здесь кто, дорогуша, – прошипел он, и палец пронзила боль.
Только сломанного пальца сейчас не хватало!
Ее провели в небольшое помещение, уставленное полками с одеждой, и выдали тюремную форму, постельное белье и тяжелые ботинки. Джо даже в шутку решила, что теперь благодаря этим ботинкам можно накачать ноги без лишних походов в зал.
Они прошли вглубь здания по длинному коридору. Двадцать шагов. Потом свернули направо. Слева две двери. Джо мысленно запоминала все, начиная с входа в здание, чтобы потом начать рисовать план: гнить здесь двадцать лет она определенно не собиралась.
Название тюремной колонии ей было смутно знакомо. Девушка пыталась вспомнить, что же такого она слышала о ней, еще с того момента, как зачитали приговор в зале суда и упомянули название «Черный ворон». И тут как будто что-то перемкнуло в голове, и перед глазами проплыл репортаж пятилетней давности: в последние пятьдесят лет преступность росла, тюрьмы переполнялись, правительству приходилось выделять кругленькую сумму на содержание заключенных, поэтому приняли закон о том, что всех преступников, совершивших особо тяжелые преступления, ждет смертная казнь.
Но закон продержался всего около четырех лет. Недовольные жители Материка начали массово устраивать митинги против смертной казни, что повлекло за собой беспорядки на улицах и возрастание уровня преступности.
Была создана экспериментальная тюрьма, в которой заключенные должны были приносить пользу обществу. Проект стал настолько успешным, что построили еще шесть тюремных комплексов в других городах.
Это все, что она успела увидеть в той передаче, перед тем как переключить визор на другой канал с очередным научно-фантастическим фильмом. И теперь Джо гадала, чем же отличались эти тюрьмы от обычных.
– Подъем в шесть утра, – начал инструктаж тюремщик, – полчаса на сборы и завтрак. Ровно в шесть тридцать все выходят во двор. Ты новенькая, так что пойдешь на работы по сбору урожая, обед с часу до двух, потом до пяти опять работаешь. С пяти до семи свободное время. В семь ужин, в восемь – душ, до десяти – свободное время. К десяти чтобы была в своей камере, в десять гаснет свет и отбой. Воскресенье выходной. Устроишь драку – в карцер. Будешь участвовать в бунте – в карцер. Найдут запрещенные предметы…
– Поняла-поняла. А отпуск здесь есть?
– Шею давай, – ответил лысый.
Черт, как она могла забыть об этом!? Ошейник с чипом. Опять. Не сбежишь, не спрячешься, неприятностей не создашь.
– Вытворишь что-то, что будет угрожать жизни других, – твоя башка взорвется. Попробуешь снять – твоя башка взорвется. Попробуешь напасть на охрану…
– Боже, ты такой оптимист! Думаю, взрывающуюся башку можно было бы заменить на… ммм… получишь длительный отпуск в раю. До конца дней своих. Вот!
– А ты, вижу, острячка. Ну ничего, скоро тебе здесь крылышки общиплют, птичка.
Они остановились у большой железной двери. Сканер считал отпечаток руки, сетчатки глаза. Створки двери открылись, и Джо, оглядываясь назад, сделала несмелый шаг в помещение, из которого доносился гул голосов.
В этот момент она поняла несколько вещей: первое – выбраться отсюда, наверное, будет сложнее, чем она себе представляла. Она рассчитывала взломать парочку замков, обойти охранную систему и беспрепятственно покинуть здание.