Джесси
Шрифт:
– Старший лекарь Любочея Криста, – представилась «старуха», и дракон подавился воздухом еще раз.
Кое-что в его представлении о мире поменялось. Ведь получалось, что «натуралы» выживали не сами по себе. Им позволяли жить, как они хотят, но рядом был маг-лекарь, способный не только сушеной травкой царапину присыпать, но и провести серьезную хирургическую операцию.
Однако воспитание сработало до того, как Маркус все осознал и посмеялся над собой:
– Очень рад, сударыня. Нам необходима ваша помощь…
Краткое изложение проблем заняло около пятнадцати минут. Потом Любочея легко взобралась на загривок синего дракона, и гвардейское крыло взмыло в светлеющее небо: искать Джесси решили все же с окраин топи.
После ужина все быстро улеглись. Джесси не отпустили с кухни, ей досталась та самая лавка, на которой она задремала днем. Успевшая отдохнуть девушка никак не могла удобно устроиться: крутилась, вздыхала, пока рассерженные грифоны не пригрозили выкинуть ее на снег. Тогда она сделала вид, что уснула, и в самое короткое время погрузилась в дымку видения.
Свист ветра вторил жарким стонам. Скрипел и ходил ходуном ветхий топчан. На столике поблескивала маголампа, выхватывая из темноты широкие плечи и обнаженную спину. Лорд Гардиан! Джесси узнала светлые волосы грифона, а через секунду увидела смуглую ногу, небрежно обхватившую талию любовника.
Командир отряда и воительница снова вместе! У Джесси запунцовели щеки, но мускулистая спина в неверном свете напомнила ей обнаженное тело лорда Марка. Невольно сравнивая, Джесси поняла, что мужчины практически равны – Маркус немного выше, а фигура Гардиана кажется более мускулистой…
Тут раздался протяжный стон, и спина закачалась быстрее, заставляя тени плясать джигу. Несколько особенно резких толчков, мерцание света, и лорд Гардиан скатывается на бок, открывая смуглое обнаженное тело Омелы. Только сейчас, в этом неверном свете Джесси сумела разглядеть, кто такая Омела. Бархатистые черные ушки, желтые прижмуренные от удовольствия глаза и …длинный черный хвост, обвивающий ноги мужчины! Оборотница! Женщина-кошка!
Кажется, Джесси пискнула в изумлении, потому что воительница немедленно вскочила, игнорируя обнаженность своего тела. В руках женщины словно из ниоткуда возник нож, а испуганную Джесс унесло под самую крышу, однако почему-то не выкинуло из призрачного сна.
Лорд Гардиан же остался лежать, ленивым взглядом осматривая гибкое женское тело, настороженно замершее у ложа:
– Не волнуйся, Мел, – протянул он, заложив руки за голову и немного потянувшись, – держу пари, это шалит та невзрачная мышка, которую мы выкрали у драконов.
Омела расслабилась и вернулась в постель к своему мужчине, ворча по дороге:
– И зачем надо было тащить ее с собой? «Смотрящая», да еще и драконья подстилка!
– Надо, моя дикая кошка, надо, – Гардиан задумчиво погладил маленькие груди воительницы, потеребил торчащие соски, – тебе не стоит волноваться о ней, моя пантера.
Светловолосая голова приблизилась к воительнице, и она замолчала, наслаждаясь дразнящими прикосновениями грифона. Джесс еще повисела под самой крышей, стараясь не смотреть на сплетающиеся внизу тела. Потом, рассердившись, пожелала очутиться на лавке, но ее опять дернуло, на сей раз в сторону.
Полет сквозь снежную муть прервался внезапно: перед глазами девушки предстал костер, разведенный в скудном укрытии из чахлых кустов. У огня расположились высокие крепкие мужчины, многие были в броне. Ближе всего к алым всполохам сидела женщина в теплом комбинезоне. Откинув капюшон и перчатки, она что-то показывала на планшете, уверенно скользя пальцами по экрану. Мужчина, который слушал, что-то резко сказал и поднял голову. У Джесси моментально перехватило дыхание – это был Марк!
Осторожно, стараясь не исчезнуть, девушка начала спускаться к огню, желая коснуться дракона. Попутно она невольно вслушивалась в чужой разговор. Женщина указывала тропы, которые позволяли пересечь фрумахскую топь:
– Их всего четыре, милорд, две годятся только для немагических существ, а двумя мы вполне можем воспользоваться.
– Мне нужны не тропы, Любочея! – Марк сердито постучал по лежащему рядом шлему. – Мне нужно отыскать грифонов, которые пойдут в топь!
– Им все равно придется воспользоваться этими тропами, – пожала плечами женщина, – идти напрямик, без проводника, самоубийство!
– А есть другие проводники? – кажется, дракон удивился.
– Есть. Местные часто забредают в топь. Если заблудившийся сразу не погиб, считается, что топь отпустила, значит, может идти еще. Тут не только травы собирают, бывает, и магические кристаллы попадаются, синие грибы, редкие магические твари.
Марк махнул рукой, показывая, что понял.
– Ты можешь предположить, где они могут войти в этот квадрат? – спросил он, склоняясь над высвеченной на планшете картой.
– Удобные места есть тут, тут и тут, – женщина подсветила несколько точек на карте, потом задумчиво взъерошила волосы, – нужно проверять, лорд Марк, я не знаю, сколько их, кто проводник и зачем они идут в болото…
Дракон вскочил, прошелся туда-сюда перед огнем, размышляя, потом вернулся и продолжил разговор с проводницей.
Джесси, паря в паре локтей от него, всматривалась в родное, обеспокоенное лицо Маркуса, тянула призрачные ладони, чтобы коснуться странной брони, но еще больше желала коснуться его кожи. Ее руки покалывали мелкие иголочки – так хотелось им ощутить тепло мужского тела, плотность и гладкость кожи…
Неожиданно Марк поднял голову и посмотрел прямо в глаза Джесс. Кто-то из сидящих позвал его, но он поднял руку призывая говорящих к молчанию, а потом, прикрыв глаза, провел ладонью перед собой.
– Джесси? Джесс! – Дракон говорил негромко, но в его голосе слышалась магическая сила.
Девушка не видела, отчего вскочили сидящие у огня, но запястье Джесси запульсировало в том месте, где находился клубный браслет. Маркус слепо искал ее руками, а его соратники что-то говорили ему, уткнувшись в магпланшеты.
– Лорд Марк, – шепнула Джесси, касаясь его лица кончиком пальцев, – мы в дриадском доме!
Невыносимая боль в руке вытащила из сна. Запястье жгло, браслет светился, превращая весь дом и спящих грифонов в причудливые глыбы, подобные вулканическому базальту. Опасаясь выдать себя, девушка неслышно встала, натянула куртку Хока, уложенную в изголовье, и, шлепая по земляному полу шнурками ботинок, вышла на улицу.