Чтение онлайн

— Это вы захоронили его здесь? — спросил я. Ная Дан Чи отрицательно покачал головой.

— Нет,- ответил он.- По всей видимости, он лежит здесь уже миллионы лет.

— Не может быть! — воскликнул я.- Он бы высох полностью и превратился в прах.

— Я не знаю точно,- ответил Ная Дан Чи,- древние знали много такого, чего теперь не знает никто. Существует легенда о знаменитом бальзамировщике Ли Ум Ло. Говорят, что его искусство было так совершенно, что даже умерший начинал сомневаться, что он умер. Бывали случаи, когда мертвое тело вставало во время погребальной церемонии. Этому мастеру отрубили голову за то, что умершая джэддара не поняла, что она уже мертва, и прошла прямо в спальню джэддака, где тот занимался любовью с молодой женой.

— Очень любопытная история,- заметил я, смеясь.- Надеюсь, что этот парень понимает, что он уже давно скончался. Я намереваюсь разоружить его. Вряд ли он думал миллион лет назад, что его оружие понадобится Военачальнику Барсума.

Ная Дан Чи помог мне приподнять труп и снять с него оружие. Мы оба были удивлены живой теплотой мертвого тела и мягкой упругостью его плоти.

— А не может ли быть так, что мы ошибаемся? — спросил я.- Может, он вовсе не умер?

Ная Дан Чи пожал плечами:

— Искусство древних недоступно людям нашего времени.

— Вполне возможно,- сказал я.- Но сейчас речь не об этом. Ты не думаешь, что этот парень жив?

— Его лицо покрыто пылью,- ответил Ная Дан Чи,- а в этих подвалах уже целые тысячелетия никто не бывал. Он должен быть мертвым.

Я согласился с его мнением и, без дальнейших слов и сомнений, надел на себя перевязь с мечом. После этого я осмотрел меч и кинжал. Прекрасная сталь! Взявшись за рукоятку, я вновь почувствовал себя мужчиной. Все-таки мужчина без оружия — это не человек. Он не может ни отбить нападения, ни защититься. Каждый должен иметь оружие. Мы вновь вышли в коридор. Где-то промелькнул свет и погас через мгновение.

— Ты видел? — обратился я к Ная Дан Чи.

— Видел,- ответил он, и голос его выдал тревогу.- Видел. Но там не должно быть света. Там нет людей…

Мы долго стояли, всматриваясь в даль коридора. Однако вспышек света больше не последовало. Зато по подземелью разнеслись гулкие раскаты зловещего хохота…

Ная Дан Чи в недоумении посмотрел на меня:

— Что это может быть?

— Мне показалось, что это хохот.

Он кивнул:

— Да, но кто может смеяться там, где никто не должен смеяться?

Ная Дан Чи был в замешательстве.

— Может быть, ульсио Хорца научились смеяться? — предположил я.

Мой друг игнорировал мое легкомысленное замечание.

— Мы видели свет и слышали хохот,- задумчиво произнес он.- О чем тебе это говорит?

— О том, о чем и тебе. Видимо, в подземельях есть еще кто-то, кроме нас.

— Я не понимаю, как это могло случиться?

— Идем, посмотрим,- пожал я плечами.

С обнаженными мечами мы осторожно двинулись вперед. Мы не знали, кто там находится и каковы его намерения. Кроме того, в любой момент из тьмы мог выскочить ульсио и вцепиться в горло. Коридор сначала вел прямо, затем стал поворачивать. От него отходило множество боковых проходов. Но мы шагали по тому, который нам казался главным. Больше мы не видели мельканий света и не слышали хохота.

— Дальше идти бессмысленно,- сказал Ная Дан Чи.- Нужно вернуться назад.

Однако у меня не было намерения возвращаться в склеп, где меня поджидала смерть. Я был уверен, что свет и смех означают присутствие человека в подземелье. Если жители Хорца не знают свои подвалы и тех, кто в них обитает, в эти подземные переходы можно проникнуть из-за стен цитадели. А это открывало для меня путь к спасению. Я предложил Ная Дан Чи отдохнуть и обсудить наши дальнейшие планы.

— Мы можем отдохнуть,- сказал он,- но обсуждать нечего. Наши планы… Наше будущее уже решено Хо Рая Кимом.

Мы вошли в одну из камер, в которой не было жутких останков прошлых трагедий, пристроили чадящий факел в стенной нише и сели на холодный каменный пол.

— Может, Хо Рая Ким и определил для тебя будущее,- начал я,- но я буду самостоятельно решать свои проблемы.

— Как?

— Я не собираюсь возвращаться туда, где меня убьют. Я хочу найти выход из этого лабиринта.

Ная Дан Чи покачал головой:

— Мне очень жаль,- сказал он,- но тебе придется вернуться и достойно встретить свою судьбу.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что я обязан доставить тебя обратно Я не имею права выпускать чужих из Хорца.

— Значит, нам придется драться с тобой, Ная Дан Чи. Но мне вовсе не хочется убивать того, рядом с кем я сражался и кто восхитил меня своим мужеством и боевым искусством.

— Я чувствую то же самое,- сказал он.- Я не хочу убивать тебя, но ты должен понять: мне придется это сделать, если ты по доброй воле не пойдешь со мной.

Я попытался переубедить его, однако он оставался твердым, как камень. Мы не пришли к общему мнению. Мне совсем не хотелось убивать Ная Дан Чи, но ничего другого не оставалось. Он был хорошим фехтовальщиком, но какие шансы у него были против лучшего фехтовальщика двух миров? Меня считали лучшим бойцом из всех, кто когда-либо брал в руки меч.

— Хорошо,- сказал я,- нам нет необходимости уничтожать друг друга прямо сейчас. Давай немного посидим и поговорим.

— Согласен.

— Как насчет того, чтобы перекинуться в джэтан? — спросил я.- Это позволит нам неплохо провести время.

— Как же мы будем играть без доски и фигур?

Я открыл кожаную сумку, какую носят все марсиане, и достал оттуда прекрасную доску и набор фигур для джэтана — подарок Деи Торис, моего несравненного друга. В моих руках находилось настоящее произведение искусства.

Каждая из фигурок — воины, падвары, двары, пантаны, вожди — воспроизводила облик какого-нибудь из известных марсианских воинов. А одна из принцесс была великолепным миниатюрным портретом Тары из Гелиума, другая принцесса представляла собой изображение Ланы из Гатола.