Чтение онлайн

– Вы почему не в управлении?
– хмуро поинтересовался майор.

– Багров на больничном с сегодняшнего дня. Но дома его нет. Родионова, кстати, тоже. Но возле хатынок обоих ведутся "дорожные работы", товарищ майор, - пояснил Добровольский.

– Взяли "под колпак"?

Алексей молча кивнул.

– Так куда едем?
– упорствовал Иволгин.

– На конспиративную квартиру, товарищ майор.

"Если так пойдет и дальше, - мысленно усмехнулся Иволгин, - придется переходить к Малышеву. Эти конспиративные квартиры становятся для меня ну прямо родным домом! Черт бы их побрал..."

– Приходько там?
– догадался Петр Андреевич.
– Кого хоть взяли?

– Не взяли, товарищ майор, а перехватили, - радостно отрапортовал Алексей.
– Сами сдаваться шли.

– Да хватит тебе загадки загадывать!
– рявкнул Петр Андреевич.
– У меня от них язва скоро будет! И это... ты кончай там: "товарищ майор"...

– Артемьев с явкой пришел, а с ним... Ни в жисть не угадаете! Вдова Свиридова - Капитолина Васильевна Сотникова.

– Твою дивизию, нехай!
– вырвалось у майора.

– Приехали, товарищ майор!
– Добровольский резво выскочил и, мигом оказавшись сбоку от машины, предупредительно открыл дверцу со стороны Иволгина. Слегка поклонился, как можно громче при этом щелкнув каблуками: Прошу, товарищ майор!

Петр Андреевич медленно вылез, оглядел коллегу с головы до ног и проникновенным голосом, с нотками участия и заботы, произнес:

– Леша, ты не хочешь отдохнуть пару недель? Могу и место хорошее посоветовать. А персонал какой...
– он мечтательно закатил глаза.

– У Артемьева, что ли, товарищ майор?

– Нет, товарищ капитан, там у заведующего другая фамилия... Блюмштейн!
– И Иволгин быстро зашагал к подъезду.

Пройдя в квартиру, он на ходу кивнул вышедшему из кухни Приходько и остановился на пороге небольшой комнаты. Навстречу ему из-за стола стали медленно подниматься Артемьев и...

– Это вы?!
– послышался изумленный возглас стоявшей рядом с нейрохирургом молодой женщины.

В комнате паузой повисла немая сцена. Георгий Степанович Артемьев и оперативники, ничего не понимая, с недоумением переводили взгляды с майора на Сотникову.

– А мы, оказывается, знакомы, - широко улыбнулся Иволгин. Он повернулся к коллегам и пояснил: - Капитолина Васильевна и есть та женщина "из русских селений", что на днях спасла мне жизнь в автобусе.

– Ни фига мене!
– вырвалось у Добровольского.
– Вот уж действительно сюрприз!

Майор прошел к столу, предлагая всем садиться. Затем оглядел собравшихся и иронично заметил:

– Ни дать, ни взять - заседание масонской ложи! Что делать будем, товарищи масоны?
– Он выразительно посмотрел на Артемьева: - Георгий Степанович, вы таких дров наломали - у "Интерпола" бы крыша поехала!

– Каюсь, - с чувством произнес тот.
– Петр Андреевич, кругом виноват. Совсем, простите, старый дурак, голову потерял.

– Ну раз потеряли, будем искать. Вопрос первый и главный: где Астахов?

Вместо ответа нейрохирург молча достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вдвое листок плотной белой бумаги и, приподнявшись, через стол положил перед Иволгиным. Тот осторожно взял его, развернул и с минуту разглядывал вложенный предмет. Оперативники с любопытством вытянули шеи, тоже пытаясь его рассмотреть. Потом все четверо, как по команде, уставились на Артемьева.

– Это его дед - полковник царской армии, блистательный князь Сергей Михайлович Рубецкой, - глядя виновато, проговорил Георгий Степанович. И, предвидя неизбежный вопрос, добавил: - Я ведь, милостивые государи, тоже владею английским и французским. К тому же, по своим каналам навел кое какие справки.

– Кем ему приходится Астахов?

– Он не Астахов, а внук Сергея Михайловича: Серж Рубецкой, выпускник Королевского военного колледжа в Кингстоне в Канаде. Врач-бактериолог.

Иволгин откинулся на спинку стула и в упор несколько минут смотрел на него:

– Вы знали, в каком качестве он сюда прибыл?

Артемьев виновато отвел глаза и чуть слышно ответил:

– Догадывался. Однажды в бреду он четко произнес три слова...

Лицо Артемьева побледнело, он судорожными движениями стал доставать из кармана платок. Иволгин бросил быстрый взгляд на Добровольского. Тот, понимая, встал и, кивнув Игорю, прошел в кухню.

– Георгий Степанович, - с сочувствием произнес Петр Андреевич, - не волнуйтесь. Сейчас чайку попьем, - он доверительно улыбнулся: - У нас, конечно, не такого класса, как вы готовите, но для дружеской беседы - в самый раз.

Артемьев достал платок и неловко, дрожащими руками, принялся вытирать лоб, покрытый мелким бисером пота. Потом вздохнул и, сжав платок длинными, чуткими пальцами, прижал его к глазам и... беззвучно заплакал. Костиков бросил на майора растерянный взгляд. Сотникова же, моментально подхватившись, обожгла обоих оперативников полыхнувшими в глазах искрами негодования и укоризны. Приобняв за плечи Артемьева, ласково поглаживая по спине, она стала его успокаивать:

– Георгий Степанович, родненький, не надо. Все будет хорошо. И у Наташи, и у Сергея... Все образуется, вот увидите. И Веру с Женечкой найдем...
– У нее самой вдруг предательски дрогнул голос, но она быстро взяла себя в руки и продолжала: - Соберемся потом все вместе, такой пир закатим! И обязательно Петра Андреевича с ребятами позовем. Правда, Петр Андреевич?
– Капитолина грозно сдвинула брови и на лице ее промелькнула недовольная злобная гримаса. Мол, чего сидите истуканами? Поддержите старика, не видите: плохо человеку...

Костиков и Иволгин дружно закивали головами, перебивая друг друга:

– И, правда, Георгий Степанович!

– Не дрейфь, медицина! Прорвемся!
– в тон Саше, бодрым голосом пробасил майор.

Из кухни вернулись Приходько и Добровольский. У обоих в руках были подносы с разнокалиберными чашками с чаем и тарелки с бутербродами.

Они ловко расставили все на столе. Сотникова вернулась на свое место. Артемьев немного успокоился, но, стыдясь своей слабости, с виноватой улыбкой проговорил: