Дзюрдзи

Элиза Ожешко (1842—1910) принадлежит к числу выдающихся польских писателей-реалистов второй половины XIX века. Воспитанная на лучших традициях отечественной и мировой литературы, она в многочисленных своих романах, повестях и рассказах правдиво изобразила жизнь различных классов польского общества в пореформенный период. Защитник прав угнетенных и обездоленных, гневный обличитель буржуазно-помещичьего общества, поборник идеи дружбы между народами — таков в общих чертах облик Элизы Ожешко.

В формировании идейно-эстетических взглядов писательницы большую роль сыграла национально-освободительная борьба польского народа в 1863—1864 годах, стихийные выступления крестьянства против гнета помещиков, передовая польская, а также русская общественная мысль. Польское восстание 1863 года, в котором Ожешко принимала активное участие на стороне передовой партии «красных», убедило будущую писательницу, что борьба за национальное освобождение родины неотделима от борьбы за социальное освобождение народа и прежде всего крестьянства. Неразрешенный крестьянский вопрос и явился той «скалой, о которую разбился корабль, вышедший в открытое грозное море», — так определяла она позже в одном из своих рассказов главную причину поражения восстания.

Верность национально-освободительным традициям означала для нее веру в могучие силы народа, желание напомнить ему о героических деяниях прошлого, о необходимости социального и национального раскрепощения. О влиянии восстания на свое творчество она писала: «Все это совершил со мной и во мне год 1863. Если бы не его молот и резец, моя судьба была бы иной и я, наверное, не была бы писательницей».

Сильнейшее воздействие на Э. Ожешко оказала польская и русская передовая литература. В творчестве своих великих предшественников — поэтов А. Мицкевича и Ю. Словацкого — она восприняла революционные идеи борьбы с самодержавием и социальным неравенством, пламенный патриотизм; большое влияние оказало на писательницу творчество ее старшего современника — Н. Крашевского, мастера польской прозы, автора многочисленных повестей и романов, в том числе из жизни крепостного крестьянства и трудовой интеллигенции; великая печаль о доле крестьянской раскрылась перед ней в стихотворениях поэта-демократа Л. Кондратовича.

Э. Ожешко внимательно следила за развитием русской литературы. В известном письме к Салтыкову-Щедрину, написанном в связи с высокой оценкой некоторых ее произведений великим сатириком, она подчеркивала: «Мы все Вас хорошо здесь знаем и, восторгаясь блестящими достоинствами Ваших трудов, относимся с величайшим уважением к возвышенным и глубоким мыслям, которые Вы в них высказываете».

На страницах журнала «Отечественные записки», который был одним из первых пропагандистов ее творчества среди русских читателей, Ожешко познакомилась с рассказами о крестьянстве Глеба Успенского, с передовой русской публицистикой.

В 1908 году в связи с восьмидесятилетием автора «Анны Карениной» Э. Ожешко выражает на страницах «Курьера польского» «свое восхищение великим русским писателем и мыслителем». «Лев Толстой, — писала она, — возвышается над всей сферой искусства и мысли, как апостол любви между людьми... Он является представителем того величия сердца, которое стремится разорвать цепи, рассеять тьму, перековать мечи на плуги... Пусть же здравствует долгие годы и ведет свой народ к избавлению — великий среди ненависти и лжи борец за любовь и мир».

Первые литературные опыты Элизы Ожешко относятся ко второй половине 60-х годов. В ранних произведениях писательница со всей страстностью своего таланта старается пробудить сочувствие к тяжелой доле труженика, с негодованием обрушивается на лицемерную буржуазную мораль, разоблачает пороки шляхты и буржуазии. В это время Ожешко остро интересует и вопрос о положении женщины в капиталистическом обществе. В повестях и рассказах на эту тему — «Сильфида», «Добрая пани», «Марта», «Четырнадцатая часть» и др. — писательница обвиняет современное ей общество в том, что оно лишило женщину даже тех немногих прав, которыми пользуется мужчина.

В 80-е годы, отмеченные расцветом польского критического реализма, Ожешко создает свои лучшие произведения: повести «Низины», «Дзюрдзи», «Хам», роман «Над Неманом». Острота социальных конфликтов в произведениях Ожешко той поры определялась остротой классовой борьбы в Королевстве Польском периода бурного развития капитализма и зарождения рабочего движения, руководимого революционной партией «Пролетариат».

В эти годы углубляются связи Ожешко с русской, а также с украинской и белорусской культурами. Начатое «Отечественными записками» ознакомление русского читателя с произведениями Ожешко после закрытия журнала продолжают другие периодические издания. В 80—90-е годы на русский язык были переведены почти все сочинения Э. Ожешко.

Украинский читатель начинает свое знакомство с автором «Помпалинских» и «Марты» в 70—80-е годы; тогда переводятся на украинский язык ее «Низины» и мелкие рассказы, украинские журналы посвящают критические статьи ее романам.

В статье Леси Украинки — «Заметки о новейшей польской литературе», напечатанной на страницах журнала «Жизнь», отмечалось, что Ожешко никогда не изменяла «гуманизму, которым проникнуты все ее произведения».

Э. Ожешко с глубоким интересом относилась к украинской литературе. Через польских писателей, живущих в Киеве, она уже в начале 80-х годов знакомится с произведениями И. Котляревского, М. Вовчка, Панаса Мирного, И. Нечуя-Левицкого, Ю. Федьковича, переводит на польский язык рассказы М. Вовчка «Два сына» и «Сон» и ряд рассказов Ю. Федьковича. «Чем больше я читаю,— писала она Ивану Франко об украинской литературе, — тем сильнее чувствую дивное наслаждение и поэзию этой литературы. Чиста она, как кристалл, тепла, как летний вечер, неожиданно оригинальна, ни на одну из известных мне не похожа». Восторженно отзывается Э. Ожешко о социально-бытовых романах Панаса Мирного, особенно о «Гулящей».

Начиная с 1884 года Ожешко собирает материалы для большой работы об украинских писателях, жадно изучает все, что касается украинской литературы, истории, этнографии и фольклора. Она знакомится с публицистикой Ивана Франко, а прочитав его рассказ «На дне», повести «Boa-constrictor» и «Захар Беркут», обращается к нему за помощью и советами. «Я бы хотела, — писала она в первом письме к Франко, — найти много хороших и добрых слов, чтобы просить прощения у Вас за смелость, с которой я отнимаю Ваше время своими делами и просьбами. Но в том, что она возникла, обвиняйте свои повести, которые вызвали у меня большое доверие к Вам и симпатию». В творчестве Франко, как об этом свидетельствуют многие ее высказывания, Ожешко почувствовала начало нового этапа в развитии украинской литературы.

Франко писал польской писательнице: «Ваше имя, как главной представительницы прогрессивного и трезвого направления в польской литературе, мне известно давно... Смело могу оказать, что на горизонте современной польской литературы Вы являетесь для меня звездой первой величины. Я восхищен Вашим писательским мастерством, особенно тонкой обрисовкой чувств и характеров».

Переписка Франко и Ожешко, сыгравшая важную роль в сближении культур двух братских народов — украинского и польского, дает основание поставить вопрос о взаимном влиянии двух крупных писателей славянского мира. Несомненно, например, что рассказ Ожешко «Зимний вечер» (1887), стоящий особняком среди других ее произведений, написан под непосредственным впечатлением от рассказа Франко «На дне». Украинский писатель, создавая свои «Еврейские мелодии», бесспорно обращался к произведениям Ожешко из жизни еврейского народа.