Эарелен
Шрифт:
Аранэль была препровождена обратно в свою тюрьму.
О, она теперь не могла спокойно сидеть и ждать, что произойдёт дальше. Русалка уже догадывалась, какая участь ждёт её любимого. И, может быть, и Лингез! О, Энгеа! Как они могли так быть неосторожны!? Что теперь делать???
Она начала яростно рыть подкоп и, о чудо! не прошло и получаса, как выплыла наружу!
Уже была ночь и везде стояла кромешная темнота. Только природное чутьё помогало ей найти дорогу к их с Формаитэ дому. Успела или нет? Там он или уже нет? Внезапно кто-то схватил её за плечи. От неожиданности Аранэль чуть не лишилась чувств.
— Не бойся, это я, Формаитэ… — услышала она тихий шёпот и расплакалась:
— Как я испугалась!
— Не надо плыть домой… Ты же туда направлялась?
— Да… А почему?
— Там засада, меня ищут. Поэтому я поплыл к тебе, помочь с подкопом. Но ты так быстро выскочила через него, что я не успел сказать тебе хоть слово!
— И что нам делать? Где Лингез? У неё был какой-то план для нас.
— Ну, конечно! И был, и есть. Она ждёт нас в ущелье Куалин Хала.
Аранэль даже передёрнула плечами и мороз пробежал между лопаток — боги… ущелье Мёртвых рыб!
— А ничего получше не нашлось? — слабым голосом прошептала она.
— Там просто нас точно искать не будут. А потом решим, что нам делать дальше…
Крепко взявшись за руки, они уплывали всё дальше и дальше, нисколько не сожалея о том, что позади остаётся часть их жизни, их первый дом…
Без названия
… Я сидела у ног мамы и слушала, разинув рот, как сказки отца в детстве. Не верить оснований не было, слишком много подтверждений… Рука невольно потянулась к ногам. Эта «чешуя» дошла уже до колен. Правда, не по всей ноге, а только сбоку, от щиколотки до колена. Этакое сомнительное украшение. Из-за этого «украшения» я уже давно ношу длинные юбки, в отличие от сверстниц. Мама рассказывала историю моих родителей, время от времени оглядываясь на отца — как он там? Помогут ли отвары и примочки? Вот он застонал и она кинулась к нему, а я потихоньку побрела к морю. Надо было переварить всё, что услышала.
Ноги сами привели к гроту. Вода поднялась выше, чем всегда, и я шла к нему уже не по камешкам, как раньше, а по колено в воде. Запрыгнув, уселась на самый край, как всегда свесив ноги. Интересно, они срастутся в хвост или я буду вот такой, русалкой на ножках? Стало смешно и я невольно фыркнула. Неожиданно кто-то вздохнул следом и тоже фыркнул. Я вскочила, как ужаленная!
— Кто здесь?
Неожиданно из воды выпрыгнул дельфин! И весело затрещал, помахивая мне плавниками. Я от неожиданности упала назад, только что затылком не ударилась. Очень рассердилась. Мне ещё этого не хватало!
— Ничего лучше не мог придумать, как пугать меня? — сердито сказала я, зная наверняка, что он меня всё равно не понимает, но высказаться хотелось. Но тут же в голове пронеслось… как странно… пронеслась фраза:
— «Простите, моя госпожа! Я не хотел вас пугать!»
Ещё не легче… Что это за новости? И тут же в ответ:
— «Вы же непростая девушка. Вам говорили, кто вы? Вы — русалка, принцесса, из рода самого царя морей и океанов! Вам положено знать язык мыслей всех обитателей его царства».
Дельфин положил голову на край грота и доверчиво посмотрел на меня.
— «А вы не знали, что умеете читать мысли?»
— «Догадывалась, — подумала в ответ я, — было несколько раз, что я знала откуда-то, что обо мне думают некоторые люди, но это если только я этого хотела».
— «Теперь так будет всегда, вы уже совершеннолетняя и все дары, что положены вам, они ваши».
Я задумалась. Интересно, что из всех даров мне на самом деле нужно? Читать мысли? Это хорошо, но если только вот так, в форме беседы, как сейчас.
— «У тебя есть имя?» — спросила дельфина.
— «Да, конечно, Луин-хала, что значит синяя рыба. Но все зовут просто Лу».
— «Можно, и я так буду называть?»
— «Вам всё можно, моя госпожа».
— «Почему ты так меня называешь?» — слышать в свой адрес такое обращение было непривычно и я даже поёжилась немножко. Но приятно. что и говорить.
— «Потому что я принадлежу вам, с самого вашего рождения. Я вас учил плавать, везде сопровождал, охранял».
— «Хм… Не очень хорошо охранял, раз я оказалась здесь, на земле, а не в море со своими родителями».
— «Но вас вырастили ваши, родные же люди, а если бы вы оставались там, внизу, неизвестно, были бы вы ещё живы».
Я встрепенулась:
— «Лу, голубчик, не мог бы ты сказать, что с моими родителями? Живы они или их в наказание убили?» — спросила и с трепетом ждала ответа…
Он печально посмотрел на меня:
— «Этого никто не знает. Их мысли заключили в обруч. Поэтому никто, даже старая Лингез, нянька вашей мамы, не может это сделать. Ходили слухи, что их не скинули в Ундумэ, а где-то прячут, но где? Бедная Лингез совсем стала белой от горя. Но не теряет надежды, что они найдутся. Только это одно её и поддерживает на этом свете. Потому что столько лет ни один дельфин ещё не жил.»
— «Вы знаете свою историю до конца?» — после недолгого молчания спросил Лу.
— «Свою историю я знаю только с конца» — покачала головой. Глядя на этого «охранника» почему-то хотелось улыбаться во весь рот, — " только, как меня нашли. И всё. Как раз сегодня мама… ой, бабушка, наверное… мне начала рассказывать про родителей, как они встретились и что из этого вышло. Дошла до того, как им удалось сбежать из дворца в какое-то ущелье дохлых рыб".
— «Не дохлых, а мёртвых» — насупился дельфин.
— «Прости! Я не хотела никого обижать!»
— "Ну ладно, слушай…
Там было очень мрачно — ни Анар, ни, тем более, Исил не могли доставать своим светом это место. Самое подножие гор, вокруг навалены обломки кораблей, валунов, оторвавшихся от скал во время шторма… И земля там неспокойная, то и дело происходят обвалы. В одной из пещер они и поселились. Я там несколько раз был до вашего рождения, за бабушкой Лингез следили в четыре глаза, поэтому она посылала меня. Конечно, это место было не для дочери великого государя, но принцесса Аранэль мужественно всё переносила. Всё, что нужно было для жилья, обихода — всё было заранее приготовлено бабушкой Лингез. Лишь один вопрос не давал им покоя — как принцесса выбралась из тюрьмы? Не могла она сама выплыть оттуда, она же была под действием заклятья государева жезла! Ещё по комнатке своей она могла передвигаться, а вот снаружи никак…