Чтение онлайн

— Ну так что? — снова повторил Ланс, обращаясь по большей части исключительно к представителю. — Доверите мне проследить за полным исполнением вынесенного законом вердикта?

Теперь отказать тёмный эльф уже не мог. После наглядной демонстрации аристократом своих возможностей ответ напрашивался самой собой. Кроме того, за происходящим наблюдала и вся трибуна, которая знала, что сделал этот вампир. Он устроил чудовищную бойню, рубя всех и вся на своём пути. Этот урод не пощадили никого, ни собственных товарищей этиамариев, попытавшихся его остановить, ни простую обслугу, которая не смогла спрятаться от зверя, прозванного Потрошителем.

И видит Этий, после такого эта тварь заслуживала настоящих и долгих мучений, а не просто смерти на арене.

— Пусть будет так… — согласился представитель, делая жест пощады. — Обсудим детали завтра?

— Конечно, — согласился Ланс, также поднимая руку и сильно удивляя Вирда, который в целом послушался и уже побежал за брошенными на песок кандалами. — Кстати, к обучению Тринадцатой Дюжины я и пальца не приложил. Ими занимался исключительно господин Дурзол.

Трибуна услышала последние слова, но приняла их без особого интереса. Большинство всё ещё размышляло, а сможет ли этот человек с янтарными глазами также легко превратить и их в безвольный мусор.

В тренировочном зале снова стало жарко, что неудивительно, в отличии от ярко горящих незримыми узорами стен. В Орта Миос наконец-то ввели некоторые изменения в законы. Это собирались сделать ещё после вторжения гидры так ещё и в самые краткие сроки. Но бюрократия она такая бюрократия. Даже самые скорые решения порой принимаются месяцами.

В результате недавно прав у огненных магов стало ещё меньше, контроль за ними усилился. Поменялись и требования к содержанию рабов-этиамариев проблемных стихий. Всё же Ада такая в городе не одна, все они тренируются, пользуются своей магией, плюс обычные производства, где в тех же плавильнях температура поднимается до сотен градусов… И на выходе получаем, что стоит только отвернуться, а весь Орта Миос уже буквально задыхается.

Плюс инфраструктура повредилась, предприятия разрушились, многие понесли убытки. Поэтому правительство упростило правила для ремесленников и ужесточило для конкретно огненных магов. Первым разрешалось не так сильно заморачиваться с температурными барьерами и фильтрами, а вторым требовалось снизить своё влияния до минимума, что выражается в расходах на услуги рунных мастеров. Первые очевидно быстрее оправятся от последствий кризиса, вторые уже собираются переезжать.

Да, это неприятно, но ничего не поделаешь. Ланс на данный момент ещё не мог просто взять и уехать, нужно ведь решить ряд мелких вопросов и укрепить фундамент для Дурзола. Ну и долги неплохо было бы вернуть, хотя бы частично. С деньгами в целом довольно всё туго. Так что ещё некоторое время придётся провести в подземном городе. И ничего страшного, есть над чем работать, так даже лучше.

В данный момент аристократ как раз занимался со своей первой ученицей. Без движений она всё также сидела в центре комнаты, собираясь нити хара в узоры на тенях Кихариса. Никаких мантр и загадочных слов, полное отсутствие жестикуляции и любых других архаичных проявлений контроля энергии. Конечно, само слово заклинание как бы подразумевается, что нужно заклинать, но уже давно и в большинстве миров этот термин употребляется совершенно в другом смысле. И ничего странного в этом нет, язык штука динамическая, он изменяется под нужды общества, а не наоборот.

Прямо над головой Ланса вдруг пролетел гриф. Не настоящий и не живой, а созданный из пламени фантом. Каждое его перо являлось отдельным узором, что говорило о высокой точности. Мощный клюв и размашистые крылья, уверенно несущие творение волшебницы по воздуху.

Вслед за хищной птицей устремилась вереница синиц. Маленькие и довольно милые, каждая из птичек летела по своей уникальной, но всегда спиральной траектории. Чем-то они даже напоминали водоворот, только из огня.

Проделав круг, процессия вернулась в центр, где начала кружится в сложном танце. Схождения и расхождения, перевороты и иногда даже пике, создание вычурных геометрических фигур: фантомы могли легко приковать к себе чужой взгляд.

На самом деле такая магия не имеет никакого боевого применения от слова совсем. Жар опять же недостаточно сильный. Казалось, будто в какой-то момент Ада сделала прыжок, но не вперёд, а назад в развитии. И это от части правда, рабыня явно ослабела.

Однако аристократ был просто вне себя от радости, ведь теперь его ученица действительно не полагалась на эмоции. Это отлично видно по её фантомам. Может эти птички и слабые, совсем небоевые, но детализация каждой поражает, как и количество. Для всего этого нужен точный расчёт и холодный контроль, ведь любая эмоция тут же изуродует контуры тех же перьев, сделав их хаотичными и кривыми.

Как так получилось? Ну, ещё во время партии в тертатон Ланс попросил своего наставника о просьбе. Халсу’Алуби не отказал и после побега целый месяц тренировал Огненную Бестию, разумеется, скрытно. Лучшего наставника, пожалуй и не найти, ведь через Хозяина Песков прошли сотни магов огня, которые все как один с горячими головами.

И что самое главное Халсу’Алуби так же и сам через всё это прошёл. Те раны на его груди, это не результат жестокой битвы или удара предательского ножа в спину. Нет, это результат пламенного рвения, безграничной самоуверенности и чудовищной силы. Хозяин Песков посчитал, что сможет стать выше солнца и обжёгся в порыве за силой. Ему всё было мало и мало, хотелось стать не просто лучшим в данный момент, но сильнейшим за всю историю Эдема.

Этот момент и стал ключевым фактором, который повлиял на Аду. Она мыслила также, думала что у неё всегда и всё получится, уже начала фантазировать о своём особом пути и личной исключительности. Пример Халсу’Алуби охладил лучше любых слов, ведь даже сильнейший маг огня, растопивший снежные шапки Орта Миос… он ошибся, при чём сделал это слишком поздно, когда на кону уже буквально стояла его жизнь. И если даже сам правитель Анхабари обжёгся, то что говорить об какой-то там рабыне?

Подобные мысли сильно угнетали, наваливалась апатия, в результате эмоции ослабели сами собой, а возвращаться к ним уже не хотелось. Это отразилось на текущем уровне силы, но это также пройдёт со временем, освободив место для чего нового.

— Отлично. У тебя всё очень хорошо получается, — довольно произнёс наставник, тем самым заканчивая урок. — Халсу’Алуби тебя многому научил. Как он тебе?

— Он очень мудрый и чудовищно сильный волшебник, — спокойно произнесла Ада, не спешившая подниматься на ноги: напряжение ещё не до конца сбросилось. — Хотя я представляла его совершенном другим.

— Да, у него некоторые проблемы со здоровьем…

— Нет, я не про это.

— А про что?

— Ну как сказать… — размеренно дыша, рабыня продолжала сидеть в центре, восстанавливая потраченные силы. — Он же правитель Анхабари, где проживают довольно своенравные, вспыльчивые и жестокие граждане. Но во время тренировок господин Халсу’Алуби оказался очень терпеливым, вежливым, никогда не ругался во время моих ошибок.