Чтение онлайн

— Из этого загона для апачей? — Он скептически поднял бровь.

— Здесь это называется резервация, а не загон, Барт, — сказала она с непонятным раздражением.

— Судя по тому, как американцы с ними обращаются, я думаю, загон — более подходящее слово. Мэгги усмехнулась.

— По крайней мере, в одном вы с Колином сходитесь.

Он остановился в вестибюле у горшка с папоротником и вгляделся в ее строгие красивые черты.

— Нет, в гораздо большем. Не хватало еще, чтобы Колин застукал меня тут с Бортом. Она огляделась, затем спросила — Не могли бы мы где-нибудь устроиться поговорить в укромном уголке? Только не предлагай свой номер.

Он, шутливо сдаваясь, поднял руки.

— Только в целях сохранения твоей анонимности. Я так понимаю, что твой шотландец ревнив. Мы можем пройти в ресторан отеля. Еда сносная, — для американской кузины из деревни, — добавил он небрежно.

— Я думаю, более разумно найти другой ресторан поблизости.

— Ага, значит, Маккрори все-таки ревнив, — сказал он, насмешливо подняв бровь. Мэгги попыталась улыбнуться.

— Колин даже не знает, что я приехала в Тусон. Он сказал, чтобы я оставалась в резервации с Идеи, но… в общем, это долгая история, Барт.

— Я всегда был терпеливым слушателем, Мэг, — сказал он ласково.

— Я знаю.

Внезапно Мэгги захотелось сбросить груз с души и все рассказать своему старому другу и наставнику. Может быть, тогда ей удастся лучше понять все, хотя Барт и небеспристрастен, напомнила себе она.

Пока ее багаж переносили в номер Колина, подъехала коляска Барта. Они поехали в маленький ресторанчик на Менгер-стрит, и по дороге Мэгги рассказывала о борьбе Колина за прекращение эксплуатации индейцев и против коррумпированных федеральных подрядчиков, обосновавшихся в Тусоне.

— С тех пор, как Ласло пытался заманить его с помощью Иден в ловушку в Соноре, его пытались убить еще несколько раз, — закончила она, когда они уже сидели за маленьким столиком, накрытым опрятной голубой клетчатой скатертью. Мэгги нервно помешивала кофе.

— Он рискует жизнью, сражаясь с ветряными мельницами, Мэг. Ни он, ни кто другой не может изменить судьбу этих несчастных созданий, — с сожалением сказал Барт.

— Боюсь, что Колин не столь прагматичен, как ты.

— Вот почему ты полюбила его, а не меня, — вздохнул он. — Но от этого ты не стала более счастливой, Мэг, да?

Она положила ложку и отхлебнула кофе.

— Просто я боюсь за него, Барт. — Она подняла глаза, чувствуя, как он всматривается в нее. — Ты всегда видел меня насквозь. Так вот, Колин до сих пор не может окончательно примириться с нашим браком. Мужчина, подобный моему мужу, терпеть не может делать что-либо насильно, но иногда… — Голос ее дрогнул, когда она припомнила ту сцену нежности в резервации. — В общем, я не теряю надежды.

— Но? — подтолкнул он ее решимость.

— Появилась новая сложность, о которой я еще не рассказывала ни единой душе. Я даже с доктора взяла слово, что он никому не расскажет. — Она глубоко вздохнула, словно не веря самой себе, и прошептала:

— Я беременна, Барт.

Барт Флетчер застыл, на минуту потеряв дар речи. Затем он увидел, как сверкают ее глаза, как порозовели щеки. Она хочет этого ребенка от Маккрори. Черт, она же всегда хотела ребенка.

— Ты совершенно уверена? Кто этот доктор, что сказал тебе такое? После стольких лет занятий твоей прошлой профессией, Мэгги, согласись, трудно поверить.

— Я поначалу так и думала, но симптомы совершенно определенные, а доктор Торрес прекрасный врач. Я сама не смела надеяться, но это правда.

— Будь я проклят, — задумчиво сказал он, затем нахмурился. — Такой богатый человек, как Маккрори, не имеющий наследника по мужской линии, должен быть в восторге. Почему же ты считаешь это сложностью?

Мэгги беспокойно передвигала чашку с блюдцем, когда подошла официантка и поставила блюда с фаршированным перцем и маисовыми лепешками. Когда она отошла, Мэгги ответила:

— Первая жена Колина умерла, пытаясь подарить ему сына и наследника. Я же уверяла его, что не могу иметь детей.

— Ты сильная женщина, Мэг. В самом расцвете красоты и здоровья. Почему бы и нет? Надеюсь, этот ублюдок не будет упрекать тебя в неверности?

— Да нет, ничего подобного, Барт. Он поверит, что это его ребенок.

— Так в чем же дело?

— Мне бы не хотелось удерживать его с помощью ребенка. У нас была договоренность об аннулировании… — Она покраснела. — Или о разводе, как только у Иден все будет в порядке, а теперь получается так, что я его привязываю, даже если у его дочери все в порядке. И тогда я так и не узнаю, любит ли он меня по-настоящему. — Голос ее дрогнул, и она оставила блюдо, мгновенно потеряв аппетит.

Барт увидел, как она борется со слезами, протянул через стол руку и сжал ее ладонь.

— Этот Маккрори просто дурак. Если до сих нор он не определился со своими чувствами, так оставь его. Или тебя все еще держит девушка?

— Я всегда буду любить Идеи как дочь, но у нее вот-вот начнется собственная жизнь. Она собирается выйти замуж за Волка Блэйка.

— За этого полукровку с револьвером? — недоверчиво спросил Барт.

— Не совсем. Его отец процветающий торговец из Техаса, он хочет помириться с сыном. И Волк пойдет на это ради Иден. И он будет для нее прекрасным мужем, Барт.

Барт забарабанил пальцами по столу, размышляя, как бы правильнее высказать то, что он хочет сказать.

— Мэг… если твой благородный шотландец, — он сердито подчеркнул последние слова, — не может сделать тебя счастливой, значит он не достоин тебя. По отношению к Иден ты свои обязанности выполнила. Если о ней есть кому позаботиться, зачем же тебе оставаться в том месте, где не хочется? Что я хочу сказать… чертовски невнятно… я люблю тебя. Поехали со мной, Мэг. У меня достаточно денег, чтобы мы зажили в Сан-Франциско на широкую ногу. Я стал бы образцовым отцом твоему ребенку.